Чтение онлайн

В июне 1994 году руководство Диснея поняло, что у КММ вышел срок годности. Бритни вместе с остальными актёрами позвали в зал, чтобы объявить: передача закрывается. Им сказали, что настала пора «с Божьей помощью двигаться дальше». Ребятам постарше не терпелось найти себе новую задачу по плечу, но у Бритни с Кристиной новизна ощущений ещё не стёрлась. Отработав всего по два сезона, они почувствовали себя раздавленными. Тринадцатилетние девочки не смогли справиться с нервами и, прижавшись друг к другу, разразились слезами, страдая, что их золотое время продлилось так недолго.

Кристина вернулась в Питсбург, а Бритни – в Луизиану. Джастин Тимберлейк не стал ждать у моря погоды, а связался с товарищем-«мышкетёром» Джей-Си Чейзесом, чтобы обсудить создание бой-бэнда. Спустя два года, в 1995 году, брошенное зерно проросло в *NSYNC, куда вошли, кроме них, Крис Киркпатрик, Лэнс Басс и Джоуи Фэтоун. Стартовав в Германии под руководством продюсера Лу Перлмана и в 1997 году подписав договор с RCA Records, они взяли Америку штурмом. Их примеру последовала Кристина Агилера, в 1998 году договорившись с RCA о сольном альбоме, после того, как записала «Reflection», песню для диснеевского полнометражного мультфильма «Мулан».

У себя в Кентвуде Бритни вернулась к «нормальной» жизни и учёбе в «Парк-Лейн Академи». Она сходила на школьный бал и танцы в честь возвращения, её провозгласили «Главной красавицей средней школы». Она помогала Линни вести занятия по аэробике в их тренажёрном зале, превращая танцевальные движения в физическую зарядку. С лучшими подругами, двоюродной сестрой Лорой Линн Ковингтон и одноклассницами Кортни Брэбэм и Элизабет Дженсен, бродила по магазинам и вечерами сидела в кино в соседнем Хаммонде. Дружба с девочками, напоминающими ей о простых, домашних временах, жива до сих пор.

Но мировосприятие Бритни изменилось; горизонт расширился, ожидания выросли. За 18 месяцев нормальная жизнь ей приелась. Её профессионализм и сосредоточенность больше подходили взрослой жизни и карьерному росту, чем средней школе. Она давно переросла разборки в школьном дворе, получила должные уроки маркетинга, пиара и правильного поведения. Ей хотелось идти вперёд, а не назад. В памяти всплывали занятия с Майлзом Тарэгудом и Робин Уайли, и ей мечталось вывести свои новообретённые умения на следующий уровень. Жизнь в Кентвуде не давала места для развития. Самым волнующим событием в обозримом будущем вдруг оказалось давно ожидаемое открытие «Бургер-Кинга».

В этот период Бритни проконсультировалась у Ларри Рудольфа, адвоката в сфере развлечений, в нью-йоркской юридической конторе развлечений и СМИ «Рудольф энд Бир», организованной в 1992 году. Они с папой Джейми познакомились с ним, когда ей было тринадцать, договорившись о встрече после прослушивания, окончившегося ничем. В её глазах Ларри обладал в этой индустрии немалыми возможностями, деловой человек из Бронкса с серьёзными заявками. Среди его клиентов числились The Backstreet Boys и Тони Брэкстон, так что он буквально лучился породой и авторитетом.

При первой встрече Бритни так мучительно стеснялась, что показалась ему «интроверткой», как он сказал «Голливуд Репортер». Она ёрзала в кресле, не глядя ему в глаза, отвечала на вопросы со своей типичной вежливостью: «Да, сэр» и «Нет, сэр». Даже после «Клуба Микки-Мауса» Бритни как человек, а не артист, чувствовала себя запертой в раковине; в ней не было крепкого стержня. И всё равно Ларри Рудольф утверждает, что видел в ней «некие необъяснимые качества». К тому же ей тогда было всего тринадцать, и он ощутил, что её созревающий талант вскоре расцветёт пышным цветом.

Среди коллег его знали как Ларри, но его фирменный бланк был куда более официальным. Там стояло: «Лоренс Эйч Рудольф, эсквайр».

Ларри Рудольф, так же, как и Бритни Спирс, явно шёл в гору. Источник в музыкальной индустрии говорит, что он был «правильный парень, а не дебильный адвокат», и добавляет:

– Временами его заносит на поворотах, но он сообразительный, хладнокровный и считает себя эдаким провидцем. Скажем честно, он увидел в Бритни что-то, что другие наверняка бы не заметили. Он умудряется работать на переднем крае, но почти с гарантией.

Дома, в Луизиане, родители решили: они приложат все усилия, чтобы помочь музыкальной карьере дочери. Она переживала «спад», и проблемы погасили её улыбку. Спирсы часто устраивали «семейные собрания», и на одном из них Джейми пообещал больше работать и договориться о займах с друзьями, чтобы профинансировать карьерный план Бритни. Дела в фитнесс-клубе шли плохо, с деньгами было крайне туго, но Джейми клялся любому, кто слушал, что Бритни добьётся успеха, а он сделает для неё всё, что может. Меньше всего он хотел, чтобы его личные проблемы портили Бритни жизнь. Было решено, что Бритни переходит на домашнее обучение, и, опираясь на преподавательский опыт мамы, пройдёт заочный курс в Университете Небраски, построенный на христианской вере.

К пятнадцатому дню рождения в карьере Бритни начались подвижки, она искала за пределами Кентвуда новую возможность, всё равно, какую.

По собственным словам, она из тех, кто сам начинает раздвигать свои границы и бросает себе вызов. Всё это время она продолжала заниматься танцами, теперь уже в Новом Орлеане, но, как сама она объясняет:

– Дома мне было так скучно, я так хотела снова петь, что позвонила своему адвокату в Нью-Йорк и сказала: «Есть на примете хоть что-нибудь?»

6. Подростковая поп-сенсация

Я вправду надеялась и мечтала, что у меня всё получится, но не ожидала, что всё случится так быстро.

Бритни, 1999 г.

Венисская средняя школа с ар-дековским вызовом стоит на проспекте в паре минут езды от Тихого океана, и выглядит точь-в-точь как любая другая простая школа в Лос-Анджелесе. Но за фасадом, не желая привлекать вагоны туристов, скромно прячется звёздная история. Далеко не все и вся в Голливуде хотят внимания.

Похоже, даже те местные жители, кто в курсе всех событий, не смогли бы написать «десять занимательных фактов» о её стенах. Многие помнят, конечно, что эта средняя школа называется «Райдел Хай», здесь на футбольных трибунах танцевали Джон Траволта и Оливия Ньютон-Джон в фильме «Жир». Но мало кому известно, что эти коридоры можно вносить в музыкальные анналы, ведь они стали декорациями культового клипа, который запустил Бритни на орбиту с её первым хитом, «…Baby One More Time».

Именно здесь, в коридоре первого этажа и классе естествознания, Бритни с Ларри Рудольфом придумали, чем ей заняться: стать сольной звездой, новой «молодёжной сенсацией», или, как её окрестят многие газеты, «поп-шлюхой»; той, с кем будут себя отождествлять подростки – девочки будут ей подражать, а мальчики – мечтать о такой подружке.