Чтение онлайн

Он серьезен.

Я нервно сглатываю, кидаю растерянный взгляд на стоявшие рядом со мной корзины.

— Оставь, позже принесу. Иди, — пауза, он оглядывается и продолжает, — ко мне, суженая моя.

Меня словно под дых ударили. Сердце заходится в истерике и падает прямо в ноги Ярослава. Только бы не увидел. По спине пробежал холодок. Стало страшно.

Я отрицательно качаю головой, и, протянув лишь руку, для поддержки, готовлюсь спрыгнуть на землю. Но воеводу не так-то просто сбить с толку. Он берет меня за протянутую ладонь, а затем резко дергает на себя. Разумеется, я падаю. Прямиком в его подставленные руки.

— Поймал! — смеется, подмигивая мне. — Не бойся, я тобой.

У-у-у-у! Мое сердце в истерике, а моя задача — лишь бы такой бурной реакции не увидел этот хитрец.

— Несу! — комментирует он, направляясь к входу в трактир.

— Пусти! — пытаюсь вырваться. — Люди увидят. Разговоры пойдут.

— Так, для того язык и создан, чтобы чушь молоть. — Смеется он, прижимая меня к груди. Зарываясь носом в мои волосы. — Никуда больше не отпущу. И слушать тебя тоже не буду.

— У тебя невеста есть! Вернее будет. — Ну должна же я вырваться.

— Конечно, будет. — Тут же соглашается Ярослав. — Только времени немного нужно. Потерпи.

Все! Приехали. То есть он сейчас со мной побалуется, а потом можно и к невестушке — знакомится.

— Пусти, сказала. — В моем голосе столько льда, что легко могу прямо на площади каток устроить.

— Все-все! — опускает меня на деревянный пол крыльца и поднимает вверх руки. — Боялся просто, вдруг упадешь, камни кругом. А ты нам живая и целая нужна.

— За Зорянкой бы так лучше следил. — Я отряхиваю юбку сарафана и начинаю оглядываться по сторонам. — Кстати, где она? — Ответа нет. — Зорянка! — кричу, чувствуя, как подкашиваются ноги.

Ответа нет!!!

— Ярослав! Где она?! — ору так, что можно легко сорвать голос.

— Мама, я здесь! — девочка выбегает на крыльцо. — Там Кощей мне волшебную комнату сделал, чтобы я не скучала. Пойдем, покажу!

Она подбегает ко мне, хватает за ледяную руку, хмурит бровки, не понимая, что случилось с матерью.

— Идем же! — Тянет со всей силы. — Ну же! Нас Кощей ждет. У него цветы для тебя есть.

Судорожный вдох за спиной предает мне силы.

Или я все сегодня узнаю, или выберу Кощея!

— Хорошо. — Я соглашаюсь, неохотно входя в просторный полутемный зал. Глаза еще не привыкли к сумраку, и перепад от яркого солнца к неосвещенному помещению, слепит глаза.

— Видишь? — Тормошит меня малышка.

— Что я должна увидеть, деточка? — тихо посмеиваясь, озираюсь по сторонам.

— Ну как же! Цветы! В ведре. Ой! Вазе! — Щебечет мой птенчик.

И правда, посреди пустой комнаты, столы уже все сдвинуты к дальней стене, стоит один-единственный табурет, на нем высокая ваза, а в ней огромный букет алых роз!

— Коще-е-ей! — Моему восхищению нет предела. И не столько от самих цветов, сколько от того, где он их достал. — Откуда они?

С наслаждением втягиваю носом нежный аромат.

Мужчина довольно смеется, поглядывая мне за спину. Ясно! Там стоит воевода. Но ведь они обещали не выяснять отношения.

Вот, наверное, теперь мной играются. Азарт в крови бушует, кто это соревнование выиграет.

«Так нельзя!» — одергиваю себя, поднимая на мужчину вопросительный взгляд.

– Пришлось попросить знакомых в твоем мире. — Пожимает плечами довольный произведенным эффектом Кощей.

А я слышу другое.

— Ты можешь и мою сестру там найти, верно? — подхожу к нему, кладя ладони на его мощную грудь.

Сзади слышится сиплый вдох. Мне всё равно, не все ему надо мной издеваться.

Правитель всех местных земель молчит, скользя по моему лицу взглядом, а я чувствую, как он меня словно гладит глазами.

— Кощей, можешь? — В горле пересохло, я просто не могу говорить громче.

— Что? — Он словно из своей неведомой дали вернулся. Хмурится, непонимающе.

— Сестру мою найти можешь? — Мне так хочется услышать «Да» в ответ.

Но мужчина качает отрицательно головой.

— Нет, Ксанюшка. Твоей сестры давно в том мире нет. И племянницы тоже. Мне очень жаль. — Он все-таки протягивает ко мне руку, осторожно убирая упавший на глаза локон, а я даже не чувствую, начиная тонуть в жиже отчаянья.

— Как? — Слезы брызнули из глаз. — Как! Кощей?

— Не понимаю, милая. — Улыбается он, а меня словно по щекам бьет. — Что ты хочешь знать?

— Как они погибли? — меня начинает трясти. Если их нет, то я здесь зачем? Мне ничего не нужно! Совсем!

Оглядываюсь в отчаянии и натыкаюсь на испуганный взгляд Зорянки. Она приложила ладошку к губам, стараясь не расплакаться вместе со мной.

— Дочка! — распахиваю объятья.

— Мамочка! — всхлипывая, кидается в них девочка.

— Я не понял. — Голос Кощея растерянный, но совершенно непечальный. — Вы чего ревете-то? Ну, сложно, согласен. Но найти-то можно. Тебе только придется ее позвать, а вот когда она на зов откликнется — я и не знаю.

Я задираю заплаканное лицо, Кощей дергается и опускается рядом с нами, обнимая меня и дочку.

— Вы чего ревете-то? — повторяет он.

— Я не знала, что Лера умерла. — Голос срывается, но я стараюсь сдержать слезы.

— Э-э-э! А кто тебе это сказал? — Интересуется как ни в чем не бывало мужчина. Ярослав мрачной горой стоит где-то в отдалении.

— Ты! — почти кричу. — Ты мне прямо сейчас сказал, что ее нет в нашем мире.

— Верно! Она давно в другом живет.

— Что? — это последнее, что я запоминала, прежде чем упасть в обморок. Все-таки нервы нужно беречь смолоду.

Я стою одна посреди огромного поля, засаженного пшеницей. От легкого дуновения ветерка стебли колышутся, ударяясь друг о друга, шурша зрелыми колосьями. Вокруг ни души, все в округе будто вымерло или не рождалось вовсе. Над головой прозрачная голубая гладь, лишь где-то далеко-далеко у самого горизонта в небе набухают грозовые тучи. Всего несколько мгновений, потраченных мной на то, чтобы оглядеться и в иссиня черных грозовых клубах начинают полыхать молнии. Грома неслышно, но это не значит, что его нет.