Будет вам Злодейка!
Шрифт:
Когда я впервые переступила порог покоев своей подлой копии, меня охватило изумление от той роскоши.
Покои состояли из четырёх комнат: гостиной, ванной, гардеробной и, конечно же, шикарной спальни с широкой кроватью.
Гостиная была огромной, с высокими потолками, украшенными золотой лепниной, а стены обиты бархатом глубокого тёмно-синего цвета. В центре стоял массивный стол из тёмного дерева, на котором лежали книги в кожаном переплёте. А в каждом углу – по хрустальной вазе с живыми цветами. Букеты источали тонкий аромат жасмина, у меня аж голова закружилась.
Спальня Шалары не уступала гостиной. Большая кровать с балдахином из тончайшего порочно-красного шёлка, покрывала и подушки, расшитые золотыми нитями, словно мерцали в мягком свете канделябров. Возле окна стоял витиеватый туалетный столик с зеркалом в резной раме, а на полу лежал пушистый ковёр, приглушавший каждый мой шаг.
Горничная остановилась у ширмы, за которой висело вечернее платье – глубокого красного цвета, расшитое бриллиантами. Драгоценные камни играли всеми оттенками, переливаясь в свете канделябров.
Моё сердце сжалось – это платье было не просто одеждой, а символом статуса и власти.
«Теперь понятно, что он говорил, требуя, чтобы я была при параде и не смела позорить его перед храмовниками Богини».
За ширмой обнаружилась ещё одна горничная – стройная женщина с холодным, но внимательным взглядом. Та, что в холе сурово смотрела на меня, морщась.
Женщина без слов вышла, услышав наши шаги, и подошла ко мне, осторожно берясь за футболку, чтобы помочь мне её снять.
В первую секунду я естественно попятилась. Так-то я выросла из того возраста, когда мне требовалась помощь взрослого! Но быстро одёрнула себя.
«Другой мир – другие правила. Просто потерпи, Лара».
Хмурая дамочка поджала губы, однако правильно приняла мой тяжкий вздох за смирение.
Меня стали раздевать, потом одевать, как куклу, аккуратно красить бледное лицо, подчёркивая выразительные черты.
Горничная завила и уложила без того волнистые волосы в сложную причёску, которая казалась одновременно величественной и строгой.
Женщины работали молча и быстро, либо боясь, либо не желая поднять глаза на меня. Походу Шалара давно тут всем опостылела.
Я же отрешилась от всего происходящего, думая о своём.
В голове столько роилось мыслей!
«За что хвататься первым? И как действовать, чтобы меня не прибили? Нельзя позволить Шахрияру и храмовникам провести церемонию – это главное! Ритуал способен раскрыть мою тайну. Отсутствие змеиной ипостаси, той самой сущности, что принадлежала Шаларе, приведёт к разоблачению и, возможно, гибели. Нет, Шахрияр, конечно неплох, исходя из всего, что я увидела, однако он всё равно суровый и непреклонный наг! А главное, он ненавидит Шалару! А я сейчас – она. К тому же вообще непонятно, как он отреагирует, если узнает, что его жёнушка свинтила, и змей ему не обломится?!? – Страх сжал грудь. – Дикий выбор между яростью мужика от того, что я – пустышка, и бешенством – от того, что психичка-жена сорвала ему ритуал! Хэх! Какой же кошмар мне предстоит! Судьба меня к такому не готовила! А ещё этот кирпич! Кровь из носу, а без него нельзя возвращаться в эту крепость! После срыва ритуала меня вряд ли отсюда выпустят без должного отмщения! Каким богам молится, чтобы удачно провернуть эту операцию?!»
– Готово, ваше Сиятельство.
Я поморщилась от обращения. Всегда плохо воспринимала подобный пафос.
«Привыкай… пока. Это твои новые реалии».
Развернувшись, пошла на выход.
Женщины даже опешили. Наверняка думали, что наместнику придётся Шалару в храм за волосы тащить.
«А – нет. Цирка не будет! Я вместо неё. И я не люблю, когда трогают мои роскошные волосы!»
Тем не менее без эксцессов не обошлось.
Едва я решительно распахнула дверь и резко шагнула в коридор, меня впечатало в каменную преграду.
«Откуда тут статуя появилась? А нет – не статуя», – сообразила быстро, вскидывая подбородок, когда руки Шахрияра поймали покачнувшуюся меня за плечи, не позволяя упасть.
Наши взгляды столкнулись.
В горле моментально пересохло от красных пульсирующих радужек генерала.
«Жуть!» – по телу пробежал озноб несмотря на то, что мужские ладони словно опаляли кожу своим жаром.
Я молчала.
Он молчал… а затем его левая бровь поползла вверх.
Шахрияр Шиарис как будто удивлялся моему молчанию.
– Что? Никаких визгов не будет? И ни одного проклятия не припасла? А небылицы?
– Нет, – коротко ответила, делая шаг назад, чтобы этот мужчина перестал довлеть на меня своей колоритной фактурой. – От визгов у меня голова болит, а в небылицы ты не веришь.
– Хм… О проклятиях забыла.
Высокомерная ухмылка мужчины подействовала на меня как триггер.
Я двинулась обратно к нему навстречу, держась правой стороны, и, прежде чем начать спуск по парадной лестнице, едва слышно бросила:
– Не искушай.
Слуха коснулся прерывистый выдох Шиариса.
В холле уже я насмешливо улыбалась, первой выходя в услужливо распахнутые дворецким двери.
Оказавшись, наконец, вне стен удушливого и мрачного особняка, я сделала глубокий вдох и сразу почувствовала, как дыхание перехватило от величия и мрачной красоты этого места.
На улице стояла ночь. Точнее – приближалась полночь.
На полностью чёрном небе ярко светились незнакомые звёзды. Не было видно ни Луны, ни Млечного пути, из чего я сразу сделала вывод: либо Элерон – это какой-то параллельный магический мир, либо это совершенно другая Галактика.
Казалось, каменные стены крепости вздымались к небу, словно древние исполины, покрытые тёмным мхом и обвитыми колючими лозами.
Тусклый свет фонарей играл на влажной брусчатке, создавая волшебные, живые тени, которые казались шёпотом давно забытых легенд. Воздух был прохладным, но в нём витала особая энергия – словно сама крепость хранила в себе тайны и силу, которые невозможно не почувствовать.
В этот момент из-за угла величественно выехал белоснежный экипаж, запряжённый парой крылатых коней, и я забыла, что надо моргать, вытаращившись на чудо-коней.
Их перья переливались серебром, словно сотканные из лунного света, а мощные мускулы под блестящей шерстью играли в такт их грациозным движениям.
Я не могла оторвать глаз – это было настоящее чудо, словно из сказки, ожившее передо мной. Сердце забилось быстрее, а в груди разлилось трепетное восхищение.
Шахрияр обошёл меня, не отрывая пристального взгляда от моего лица. Пришлось опустить взгляд, чтобы не спалиться. Шаларе явно не впервые встречать пегасов… или кто они тут?
Глаза наместника империи Шиатар были жаркими и пронзительными, словно пытались прочесть каждую мою мысль.