Чтение онлайн

– Ты говоришь, что я слаб, Кровавая Орхидея? – в горле Бянь Ши заклокотала ярость. – Я?! Который был в шаге от того чтобы стать старейшиной? Это мне говорит тот, чьей головой когда-то трясли, как редькой?!

Инь Фэй широко улыбнулся.

– Да! Больше злости, больше. Смирение – не твой путь, – сказал он. – Ты понимаешь это разумом, но в глубине души всё ещё цепляешься за ту ложь, что учителя лили тебе в уши годами. Потому твоя ненаглядная Шуан-эр всё ещё ждёт!

Бянь Ши ударил. Инь Фэй выгнулся назад как раз вовремя, чтобы игла бывшего целителя не пробила ему горло – и отскочил, окутанный ледяным ветром.

– Выпусти на волю своего внутреннего демона! – выкрикнул он. – Скорбь и злость!! Пока ты сдерживаешь их, ты будешь топтаться на месте!

Головы марионеток дёрнулись одновременно – тёмные провалы на месте их глаз уставились на Инь Фэя. Адский чиновник успел взмахнуть веером за мгновение до того, как дождь игл обрушился от него. Карма словно смеялась над тёмным заклинателем: его духовная сила была куда выше, чем у Инь Фэя – но как раз ветер адского чиновника был лучшим средством против быстрых, но лёгких игл. А потом Чжан Сяо прыгнул вперёд, безмолвный и яростный. Пёс, наконец-то спущенный с поводка. Он перерубил пополам маску одной из марионеток прежде, чем она успела выхватить новую иглу – и тут же развернулся, отбивая клинком иглу другой.

– Прячешься за куклами? Трус! – презрительно выкрикнул Инь Фэй.

Отступать марионеткам было некуда – хозяин, которого они должны были защищать, стоял прямо за спиной, а в ближнем бою они были не ровней Чжану Сяо. Новый смертоносный пируэт Тяньгоу – и новая разрубленная маска падает на пол. Бянь Ши застыл у ложа жены с растерянной гримасой на лице.

«Вот чёрт!!»

Заклинатели, которые шли по пути алхимика, могли своими снадобьями творить невероятные вещи – но при этом многие из них в отрытом бою впадали в замешательство, как потерявшийся ребёнок на ярмарке. Бянь Ши, кажется, был из таких. Но это было последнее, что нужно было Инь Фэю: внутренний демон питается страстью, а растерянность страстью не назовёшь.

Адский чиновник взмахнул веером, позволяя ледяному ветру подхватить себя и бросить за спину тёмного заклинателя. Инь Фэй завис над каменным ложем А-Жэнь, словно призрак, и рассмеялся в лицо резко обернувшегося Бяня Ши:

– Не очень-то ты хочешь вернуть свою жену! Печёнка для тёмного пути слабовата!

Инь Фэй подумывал ещё схватить тело Бянь Шуан на руки – но кто знает, какими заклинаниями её защитил бывший целитель? Видят Небеса, адский чиновник и так сильно рисковал.

Растерянность на лице Бяня Ши сменилась яростью. Инь Фэй чувствовал, как воет и бьётся у него внутри демон. Скорбь, которая перетекает в ярость – как, как судьба посмела отнять у меня возлюбленную? как посмела оставить меня без смысла жизни?

Инь Фэй заставил своё лицо измениться. Теперь это было лицо Шуан-эр.

– Спорим, что я не хуже твоей мёртвой жены! – он подмигнул Бяню Ши.

– Да как ты смеешь! – взревел Бянь Ши. В его крике слышался голос демона. Он ударил. И Инь Фэй не стал уклоняться. Рука бывшего лекаря пробила ему грудь насквозь, там где у человека бьётся сердце.

Но сердце адского чиновника давно остановилось.

Он схватил Бяня Ши за плечи, глядя ему в глаза. Все его меридианы вопили: удар тёмного заклинателя нанёс очень, очень серьёзную рану. Но вместо того, чтобы дать духовной силе хлынуть к пробитой груди, Инь Фэй гнал её в обратном направлении – к заклинателю.

Не для того, чтобы ранить. Он передавал Бянь Ши – его демону – духовную силу.

Чистую, ледяную силу инь.

Этого оказалось достаточно. На лбу заклинателя вспыхнула алая метка, похожая на рану, а около ног заклубились тени. Они поднимались, окутывая бывшего целителя, бывшего мужа, бывшего человека саваном, сплетались у него над головой в тёмную фигуру…

– Сейчас!! – изо всех сил выкрикнул Инь Фэй, выплюнув с криком порядочное количество крови. Он упал на пол, снова юноша-демон в заляпанном кровью платье. – Бей!!

Демон-Бянь Ши был могучим – но он был всего лишь новорождённым, как новорождённый, ещё не до конца понимающий, как стоять на ногах.

Тяньгоу блеснул тусклый молнией во мраке, рассекая тёмный сгусток – и бывший целитель хрипло взревел на несколько голосов. Не давая себе времени думать о боли, о собственной ране, о том, как хочется просто потерять сознание, адский чиновник, встал, пошатываясь, и сорвал с пояса печать.

Время замерло.

– Бянь Ши, – произнёс Инь Фэй, глядя заклинателю в глаза. – Ты обвиняешься в попрании Небесных Законов, и должен явиться на суд Преисподней. Властью, вручённой мне Небесами, я заключаю тебя в колодки!

Он поднял печать. Она была сделана из окаменевшей кости, как и все печати адских чиновников, и иероглифы на ней сплетались с изображением цилиня. Что за существу принадлежала эта кость, оставалось только гадать; но это было именно тем, что делало демона, духа умершего или смертного адским чиновником. Символ власти и долга – и оружие.

Иероглифы, вырезанные на печати, вспыхнули и обратились в сияющие киноварным светом цепи, опутавшие демона-заклинателя.

Время потекло вновь. Хлынуло, как ручей по весне, освободившийся ото льда. Воля Инь Фэя столкнулась с волей демона. Адский чиновник пошатнулся, кашляя; а демон, скованный цепями, бился силясь вырваться – и цепи трещали. Вот лопнула одна, вторая – силы были неравны: новорождённый демон, вылупившийся из талантливого заклинателя, что почти стал старейшиной школы, против едва стоящего на ногах адского чиновника.

– Ты будешь первым, – прорычал Бянь Ши, разрывая ещё одну цепь. – Чью кожу я сдеру не ради Шуан-эр – арххх!

Серебряный меч пронзил горло бывшего заклинателя насквозь.

– Ты не убьёшь. Больше. Никого, – сказал сквозь зубы Чжан Сяо. – Фэй!!

«Если я упаду сейчас, этот смертный погибнет. Смертный, которого я во всё это втянул», – эта мысль в мутнеющем сознании Инь Фэя заставила его крепче сжать печать в ослабевших пальцах.

«Если я упаду сейчас, он снова будет убивать. И только Небеса знают, что станет с душами его жертв».

«Если я упаду сейчас, я… Разве я достоин зваться адским чиновником?!»

Он выпрямил спину. Ничтожный демон, родившийся из ничтожного человека – но в его руках была печать, а, значит, за его спиной стояли законы Небес и всего мироздания.

«Оправдай своё существование, демон».

– Властью, данной мне небесами, я отправляю тебя на суд в Преисподнюю, – выкрикнул он, – Таково решение магистрата Дворца Золотого Цилиня, Инь Фэя!

И взмахнул печатью, ставя её на невидимый лист бумаги. Нет, не так – всё мироздание было для него листом бумаги, и оно содрогнулось. Под ногами тёмного заклинателя открылась зияющая бездна, непроглядно чёрная, с горящими краям – и цепи, натянувшись, потащили его туда.

Последний взгляд, который Бянь Ши бросил на Инь Фэя, был до боль знакомым. Отчаянный и испуганный, до боли человеческий взгляд юноши на того, кто держит окровавленный меч у его горла. Но на этот раз Инь Фэй нанёс удар.

Адский чиновник упал на колени, судорожно кашляя. А когда смог нормально вздохнуть – расхохотался. Он сидел, привалившись к спине, и хохотал, глядя на безжизненное тело заклинателя рядом с каменным ложем его жены, на остатки марионеток – те, что не были убиты Тяньгоу, рассеялись, когда душу Бянь Ши силой печати утащило в Преисподнюю. Он хохотал – от облегчения? Радости победы? Иронии, что он всё-таки стал тем, кто убил Бянь Ши?