Чтение онлайн

– Он пришёл ко мне ночью, разбудил… И отдал вот это счёт долга, – сказал трактирщик Чань, показывая на подвеску. – Сказал, что сокровище нашёл. И предложил выпить.

– Он предложил? Или вы ему предложили?

– Ну, я, – неохотно сознался трактирщик Чань. – Эта подвеска всё равно, наверное, стоит больше, чем все его долги. Что я, жадный что ли?

Инь Фэй поднял бровь.

– Он сначала не сказал мне, где нашёл. Хвалился только, что сокровищ нашёл достаточно, чтобы наконец разбогатеть и жениться на Вэнь Жоу. Думал, что теперь может на что-то надеяться!

В его голосе прозвучало злорадство. Инь Фэй тут же сказал:

– Вы с рыбаком Цзуем друзьями не были, как я понимаю.

– Да вы что, я был ближайшим его другом! В долг его и поил, и кормил, отцы наши дружны были, вот и наказал мне мой перед смертью считать Цзуя братом… И я этот долг исполнял!

Бровь Инь Фэя поднялась ещё выше.

– Только вот в сторону Вэнь Жоу ему и смотреть не стоило. Какой из него муж? Всё приданое пропьёт и прогуляет… Она была такой красивой, нежной, доброй, а он… Он с ней и покончил в итоге.

– Давайте-ка не о Вэнь Жоу, а о вас. Итак, вы начали напиваться. Дальше?

– Дальше он разомлел и сказал, что в Лисьем Поместье сокровище нашёл, – сказал трактирщик Чань. – Ну и выгнал я его взашей, мне проклятые вещи не нужны.

– Но подвеску себе оставили.

– Я её к тому моменту уже в руки брал, что, выбрасывать что ли было? А если б её кто-то другой нашёл?

Тут уже бровь поднял Чжан Сяо. Похоже, трактирщик шёл по Пути Оправдания Себя, и достиг в нём немалого мастерства.

– Понятно, – сказал Инь Фэй. – И что было дальше? Цзуй как утонул-то?

– Вышел от меня. Помахал и пошёл… И мостки… Он там подгнившие были, хотел поправить, да руки не доходили, в таверне работы много… И подломились они под ним. Как нарочно. Может, на нём какой проклятый предмет висел? Он как ухнул в воду, так сразу же под неё ушёл.

– Да, там очень глубоко, – Инь Фэй кивнул с видом эксперта.

– Я… Хотел ему помочь, да побоялся сам упасть, и плавать я не умею… И пьян был, не то что совсем, пошатывало меня… А он, видимо, обиду затаил! Или забыл, что подвеску сам отдал, и ходит к моему дому почти каждую ночь…

– Это хорошо, просто отлично, – сказал Инь Фэй довольно. – Значит, не придётся его искать и в ловушку заманивать, сам придёт.

Трактирщик, судя по выражению лица, радости этой не разделял.

– Только скажите мне, господин Чань, зачем вы весь его дом перевернули вверх дном, раз, говорите, нефритовая подвеска все долги покрывает?– спросил Инь Фэй.

– Да вдруг она проклята…

– Так все остальные сокровище тоже прокляты, – Инь Фэй рассмеялся. Трактирщик отвернулся, видимо, не зная, как оправдываться.

– Но мне это не важно. Поверьте, мне даже если вы его столкнули с этих несчастных мостков, дела нет. Я охочусь на демонов, а с грехами людей пусть адские судьи разбираются, – заключил Инь Фэй. – Мы защитим вас, ну а оплата… Эта подвеска как раз подойдёт. Чжан Сяо…

Тот коснулся её кончиком меча.

– Не чувствую злой магии, – повторил он то, что мысленно сказал ему Тяньгоу. – Скорее защитные чары.

Инь Фэй, подумав, извлёк из рукава талисман. Желтая бумажка сама собой обвилась вокруг подвески; получившийся кулёк сам собой взлетел и исчез в рукаве адского чиновника. Трактирщик постарался подавить разочарованный вздох.

– Ещё нам нужна комната, бесплатная кормёжка и обслуга,– неторопливо перечислял Инь Фэй.– И прежде чем вы придумаете, почему не можете нам это дать – мы ваш лучший шанс пережить эту ночь.

Его голос был убедителен. Ещё убедительнее был его взгляд, в котором, несмотря на иллюзорный облик человека, просвечивало нечто демоническое.

***

Вечер они встретили в самой лучшей комнате, что была в таверне. Чжан Сяо отчаянно жалел, что не захватил с собой книгу. В итоге он не выдержал и раздражённо сказал Инь Фэю:

– Ты же говорил, что это лёгенькое дельце и мы справимся ещё до обеда.

– Я не уточнял, до какого, – рассеянно сказал тот. Он-то книжкой запасся: извлёк из бездонного рукава «Повесть о приключениях бедного студента на острове наслаждений», и теперь был по уши в этой, без сомнения, пошлой книжонке. – Расслабься, я предупредил Лю Ян, она передаст Цун Мин и нашей хозяйке, – он перевернул страницу и задумчиво добавил, – Если Мэйхуа притащит в моё отсутствие кого-то в мою постель, клянусь Девятью Адами, я ей хвост оторву…

Чжан Сяо отвернулся к стене: ему было противно от одного вида названия книжки. Тяньгоу молчал, только иногда недовольно ворча, что демон по соседству воняет демоном. Лишённый каких-либо дел, наевшийся до отвала Чжан Сяо погрузился в размышления, и наверное заснул, потому что Инь Фэй ткнул его сложенным веером в бок совершенно неожиданно.

– Вставай. Пора спасать эту жадную жабу, – сказал он.

Хозяин таверны не спал. Он сидел в пустом зале, сжимая в руках копьё. Откуда оно у него было – Небеса знают, но пользоваться он им явно не умел. Инь Фэй молча уселся рядом, раскрыв веер; стрекоз на нём не было, из чего Чжан Сяо сделал вывод, что они снаружи, следят за подходами к таверне. Сидят, наверное, на крыше, или на стене, глядя своими шариками-глазами на чёрные воды озера, которые идут рябью от холодного ночного ветра, на тёмное небо – интересно, какое оно? Затянуто облаками? Усыпано звёздами? Или же сияет луна? Чжан Сяо понял, что не представляет, какая сейчас фаза луны. Да и вообще он подзабыл, как выглядит небо «Срединного мира», привык непроглядной тьме Диюя, в которой вместо звёзд сияют плавающие в воздухе фонарики.

Он сел по другую сторону от трактирщика Чаня, обнажив на всякий случай Тяньгоу. Невольно вспомнил, как, стоя на кладбище Лисьего особняка, смотрел на город, дремлющий на другом берегу, на мерцающие огоньки окон. И думал, что за каждым таким огоньком скрывается несколько жизней и судеб, счастливых или несчастных, но уж точно не насколько безнадёжно поломанных, как у него. Он бы сам мог быть таким «огоньком» – сидеть за одним столом с семьёй, есть не особенно обильную, но и не скудную трапезу – но Небеса отняли у него всё это. За что? За гордость? За желание учиться и взлететь так высоко, как только может?

Но если они не хотели, чтобы он взлетал, то почему дали ему талант?

Так он раздумывал тогда, глядя на спящий город, огни в котором понемногу гасли.

А сейчас он находится на другом берегу озера – в том самом городе, на который когда-то смотрел с печалью. Теперь он знает причину преследовавших его несчастий и у него есть надежда избавиться от проклятия, которое унесло всех, кто был ему дорог. И он больше не один: с ним Тяньгоу и адский чиновник.

Чжан Сяо неожиданно понял, что его губы растянуты в улыбке. К счастью, Инь Фэй смотрел в другую сторону, и ему не пришлось выслушивать комментарии на тему «Ха! А ты, оказывается, умеешь улыбаться!!».