Бумажная Деревня
Шрифт:
– ...
– Нет ну что ты молчишь? Думаешь, заявление писать буду? Не буду, ты просто ошибся номером. У меня тут есть пара минут - можешь ещё поразыгровать.
– Нет, я не буду.
– Что?
Рю сглотнул горький ком, подступивший к горлу.
– Спасибо, что не стали обзывать и ругаться. Для меня большая честь поговорить с вами. Нас, телефонных хулиганов, ведь не издают на компакт-дисках и не приглашают с концертом во Францию...
– Ой, да какая там Франция! Там эту Францию и не увидишь. Привезли в аэропорт, выгрузили, прокатили на автобусе до отеля, от отеля до зала, а потом обратно в аэропорт. Только и увидишь, что домики вдоль дороги.
– Да, конечно. Но мы бесполезны. Вас могут куда-то пригласить. А нас никуда не приглашают. Нас наоборот, рады бы выключить навсегда из всех телефонных сетей.
В трубке молчание. Но гудка нет. Что такое?
– Ах ты, игуана семицветная!- вдруг кричат в трубке,- Ах ты, паршивец поганенький! Что же ты устрил? Ах ты, поганец паршивчатый! А-а-а-а!
– Вон он побежал,- говорит вдали незнакомый мужской голос.
– Что-то случилось?
– Люша Пусю покусал! У-у-у... мерзопакостники!
На том конце провода послышалась небольшая погоня с топотом и обрушением.
– Ах, пятнистая шмакодявка! Да в какой мусорной яме тебя такого зубастого выкопали? Ух, поганец! Смотри - если доберусь, хвост откручу!
– слышался голос издалека. Рю пододвинул магнитофон поближе, чтоб не упустить ни звука.
– Вот они,-
– Слушай сюда,- голос Лирохвостовой снова стал громким,- этим я ещё устрою... Короче - ты что-нибудь слышал?
– Слышал.
– Надо, чтобы этого никто кроме тебя не услышал. Понятно? И если эта запись где-то будет - я с тобой такое сделаю, что даже японская медицина не лечит, понятно? Запоёшь у меня фальцетом! И девочкам будешь
– А что такого-то?
– Дураком не прикидывайся, школьничек японский обыкновенный! Голос был?
– Да. Это Люша?
– Нет, это не Люша.
– Значит, Пуся?
– Слушай, кончай придуриваться. Ты ведь умный парень. Всё понимаешь, да? Я не хочу, чтобы эту запись кто-то слышал. Только не говори, что ты не записываешь. Вы всегда записываете, я читала. Это пранк называется, правильно?
– Я не буду показывать,- пообещал Рю.
– Да кто ж обещаниям мальчиков верит? Одним словом, слушай сюда. Ты знаешь, где я живу? Леваневского, 3. Жду в гости. Попьём чаю, посмотрю, какой ты есть. Ты ведь симпатичный, наверное. Умные мальчики всегда симпатичные, просто неухоженные. И отдашь мне кассету.
Сердце Рю вдруг стало очень-очень большим. Оно заполнило всю грудную клетку и надавило на горла. Он взмок, не поверил своему счастью...
Но тут вмешался беспощадный внешний мир.
– Братик,- кричит из общей комнаты Харуки,- ну сколько можно? Освободи телефон, мне дедушке позвонить надо.
– Сейчас-сейчас!
– Не освободишь - синюю коробочку обратно распаяю.
– Пощады! Пощады! Простите,- вернулся к разговору Рю,- я вынужден закругляться. Было незаурядным удовольствием с вами поговорить. Мои приветы вашему антерпренёру и спонсорам. Я обещаю, что никому её не покажу и доставлю вам в целости. Наше вам аригато за разговор. Чао!
Харуки завладел телефоном, отключил блюбокс и набрал дедушку Хиро. Трубку, как обычно, взяли на втором гудке.
– Штаб разведки на связи,- сказала трубка по-японски.
– Одзи-сан, нужна помощь.
– Минирование? Разведка? Диверсионная деятельность?
– Короче, на меня бандиты вышли. Я им, похоже, мешаю.
– Примерная численность войск противника? Вооружение холодное и стрелковое, как я понимаю.
– Я не знаю, сколько у него людей.
– Ну оцени! Эх, молодёжь, всему учить надо. Он откуда - триада, якудза, владивостокские?
– Местные. Есть в Китайском посёлке и лезут на Жадину. Банда Афгана.
– Ясно. Не серьёзно.
– Ты их знаешь?
– Зачем?- удивился дедушка,- Они ведь все одинаковые.
– Что мне делать?
– Ждать меня. Они уже под окнами или только выехали?
– Они пока меня ищут.
– Очень отлично. Жди к вечеру, будем составлять план атаки.
– Атаки?
– А как же!
8. Как были атакованы школа, ларёк и остатки здравого смысла
А тем времени Рю летел в школу, как на крыльях. Скопированная кассета в портфеле стукала, словно крошечное сердечко.
На чём он её будет слушать, Рю не подумал. Но это были обычные мелочи. Главное - он одержал победу, первую победу в таком новом для него деле.
Но чем ближе становилась школа, и чем лучше он вспоминал о том, кто там есть. Например, директор Ким. Или классный руководитель Столбов-Бельский. Нет, светиться пока не стоит. Кассета - это сокровище для немногих и только ближайших друзей можно к ней допускать... пока всё не затихнет.
В коридоре нашлась Пиня. Девочка так и клокотала новостями, так что Рю вздохнул с облегчением.
– У нас тут скандалы. Целых два! Представляешь?
– Ого!
Да, целых два - это, пожалуй, перебор. Хотя не особенно удивительно.
Времена стояли весьма безумные, так что скандалы случались каждый день на радость новостным агентствам. Советская эпоха, когда любой пенсионер мог вдруг подойти к детям, что плавят в костре свинцовые пломбы, и начать учить их жизни, осталась в далёком счастливом прошлом. Над Дальним полыхала заря новой эры, когда китайские дети играли в Триаду, а слишком настырного контролёра могли избить и попросту выкинуть вон из автобуса, причём через окно.
Ещё памятна была зимняя баталия восточников с тремя скрипачами и бугаём-контрабасистом из музыкального лицея, что произошла в Парке Мира. Восточники не осрамили честь школы и гнали музыкантов аж до железной дороги. Впрочем, для тогдашней Мирки это было обыденным. Совсем рядом, в Кирпиче при побитом музыкальном лицее, проходили буйные концерты, и разгорячённые металлисты со Сталелитейного, что в Колодцах, неизменно возвращались домой через парк, где в скейт-уголке возле Белой Стенки тусовались расплодившиеся по весне скинхеды.
Но сегодняшние происшествия относились скорее к сфере административно-финансовой. Во-первых, неизвестный в маске попытался ограбить столовую.
– Что же там брать???- в недоумении возгласил Рю.
Вор проник в окно, разломал кассу и похитил деньги. Денег было мало. Тогда он взял огромную метровую кастрюлю и принялся набивать едой вроде заныканой водки и вчерашних булочек. Заполнил котёл и стал проталкивать в окно.
Котёл застрял.
Вор попытался вытащить его обратно. Но мягкий металл котла смялся, так что она теперь не шла ни вперёд, ни назад.