Чтение онлайн

– А что за порядок, который вы упорядочиваете?

– Порядок вещей, разумеется. Скажи-ка, друг мой милый, как вышло так, что мы оказались в сегодняшнем дне? Ну вот как по-твоему всё произошло? Вот был Брежнев и был - совсем недолго - тот Советский Союз, про который все пишут. А дальше?

– Ну, потом Перестройка была. А потом Советский Союз распался. И вот мы здесь.

– Всё ты верно сказал. Так оно и произошло.

– А причём здесь учитель?

– Притом, что твой учитель - характерный пример человека слабоумного. Их немного, на самом деле.

– Как же он в школе работает, если слабоумный?

– Да очень просто. Каждый делает, что умеет. Когда всё начало взрываться, трясти и сыпаться, - то Чернобыль, то Армения, то Прибалтика отвалилась - все адекватные понимали, что будет только хуже. А слабоумные говорили, что будет демократия. И я работаю только с адекватными. Слабоумных - благодарю покорно, начиталась.

– Вы с ними боретесь?

– Ты что, мальчик? Зачем бороться - со слабоумными? Слабоумные не могут никому угрожать. У них на это ума не хватит.

– Но вам ведь кто-то угрожает, верно?

– С чего ты взял?

– Если бы не угрожал - зачем вам новые сотрудники?

– Хорошо мыслишь. Угрожают нам в основном конкуренты. Вот, например, ларьки. Милиция берёт с них деньги за то, чтобы бандиты не стали делать то же самое. А чем мы хуже?

– Ну я-то - не ларёчник.

– А мы с вас деньги брать и не собираемся. У вас, насколько я знаю, их и так нет. Зато есть таланты. А мы, так сказать, их поклонники.

– Так что же всё-таки от нас потребуется.

– Да так,- холодная рука сжала в блин опустевшую пивную банку,- Над одним человеком поработать надо.

– Это как-то связано с телефонными розыгрышами? Или с Японией?

– Пока - только с розыгрышами,- Аглая открыла вторую банку,- А там посмотрим. Ну, или если хочешь, можешь идти и сам с двумя трупами разбираться.

– Нет. Дедушка говорил, что нельзя разбрасываться союзниками.

– Отличный у тебя дедушка. Как-нибудь мы с ним вместе напьёмся... А как тебя звать, мальчик?

– Харуки Мураками.

– Что?

– Нет, ну правда так зовут.

– Покажи какой-нибудь документ.

Харуки показал.

– Да, совпаденьеце... Хотя, был же вполне реальный поэт, по паспорту - Аполлон Коринфский. И не просто был, а учился в одном классе с тогда-ещё-не-дедушкой Лениным... Итак, скажи мне, Харуки-кун - это ты хулиганства записываешь?

– Нет. Хулиганства записывает мой младший брат Рюноске.

– Рюноске... тоже Мураками?

– Да. Сокращённо - Рю.

– Ну надо же, какое литературное семейство. А Юкио Мисимы у вас там случайно не водятся? Может быть, по соседству.

– Не встречал. Поймаю - приведу. Но это может быть потому, что "Юкио Мисима" - это всё-таки псевдоним.

2. Мобы, моги и прочие онигири

– Попали мы в переплёт,- сообщил Харуки.

Тайком от Шкутенбергена и прочих он утащил брата на второй этаж, к витражному окну над главным входом. Новости жгли голову, но делиться с кем попало было опасно.

– Я только одного не понял,- заметил Рю,- если ты Атрейю - то кто я?

– Мы оба Атрейю.

– Зачем?

– Для дополнительной секретности.

– Да, плохо наше дело,- Рю смотрел вниз, на стоянку,- Конец свободному творчеству.

– Ты о чём?

– Больше не пошутишь с кем попало. Кстати, что там с историком нашим?

– Всё как обычно. Евграфов предположил, что бухает. А Шкутенберген - что заметили, вызвали в Москву и поставят полпредом на какое-нибудь важное направление - Таджикистан там, или Приднестровье.

– А про нашу с тобой диверсионную деятельность что известно?

– Аглая Павловна обещала, что расскажет.

– Кстати, вот и она.

– Да ну?

Чёрный авто замерло возле гимназии. Совсем не затрапезный и даже по-своему модный, он, однако, выглядел совсем не так, как давнишний опасный джип. Благодаря едва заметным стилистическим хитростям автомобиль стал очень типичным и очень незаметным. Где он бы он не встал, он казался на своём месте, и вместе с тем - совершенно неотличимым от фона. Как будто бы и не было его.

Когда ведьма миновала парадный вход, братья уже ждали её у гардероба.

– Молодцы. Пойдёмте-ка со мной.

– А как же урок?- осмелился спросить Харуки.

– Ну, официально, вы будете на допросе. Вам надо дать показания, верно? А раз надо - значит, пошли.

Она завела новоявленных агентов в биологический кабинет и заперла дверь на два оборота.

– Присаживайтесь, лучше на первую парту,- сказала она,- Будет небольшая вводная лекция. Конспектирование запрещено. Привыкайте запоминать всё и заносить это потом в отчёты.

– Лекция будет о шпионаже?- спросил Харуки.

– Нет. Шпионажем вы заниматься не будете. Вы будете дразнить гусей. Или, точнее, выбешивать людей. А ещё хакерством.

– Но разве нет штатных хакеров?- снова спросил Харуки,- У нас же не битва за Окинаву, чтобы школьников мобилизовать.

– К примеру, штатных пранкеров у нас и правда нет,- согласилась ведьма,- И нанять их будет не просто. Вы же понимаете, что на оперативной работе у нас - только пять процентов сотрудников? Все прочие - сидят в типовой конторе и работают с бумагами. От обычных офисных отличаются тем, что бумаги у них секретные. У нас же тоже ужасная бюрократия и любую операцию утверждать надо.

– А нашу операцию утвердили?- с энтузиазмом спросил Рю.

– Нет. Ваша операция - это моя личная затея.

– Как же вы личные затеи через канцелярию проводите?

– Никак. "Использование служебного положения для личного обогащения", чтобы было яснее. Но если всё выгорит - пойдём к госпоже Фань И. И госпожа И уже решит, с этим дальше делать.

– Она на китайскую разведку работает?

– Она с Долгоморской. Какая разведка, там все удобства во дворе. Пять лет приехала в город электрочайниками на вещевом рынке торговать. А сейчас уже в администрацию прыгнула, с губернатором за руку здоровается - свой человек! Ну да ладно. Давайте я лучше вернусь к лекции. Нас мало, тема мутная, так что смело уточняйте и перебивайте. Скажите, ребята, вы ведь японцы?