Чтение онлайн

— Персик.

Может, потому, что он уже несколько раз называл меня так без всякой причины, или просто из-за его самоуверенности, но я не обращаю внимания на то, как его куртка касается моей спины, а звук его голоса — тихого и предназначенного только для меня — заставляет мое тело трепетать.

— Уже забыл мое имя?

Я подхожу к стойке и рассчитываюсь с Роми. Она провожает его взглядом, когда он снова приближается ко мне. Что, черт возьми, он делает?

Он наклоняется ко мне, его рука скользит вокруг меня и касается моего бедра, когда он шепчет:

— Поверь мне, я пытался. Но те звуки, которые ты издавала... То, как красиво ты кончила для меня... — Он тихо смеется, и у меня сводит живот. — Это не то, что мужчина может забыть. — Когда он придвигается на несколько дюймов ближе, мне приходится подавить дрожь. — Так что нет, я не забыл твое имя. Ты делаешь это чертовски трудным.

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, его голубые глаза ищут мою реакцию. Если бы он мог заглянуть под мою одежду, то увидел бы ее — мурашки на коже, жаждущей его ласкающего прикосновения, соски, твердые и готовые к тому, чтобы их ущипнули, киска, покалывающая и оставляющая мокрое пятно прямо в центре трусиков.

Я оглядываюсь на Мэйв и Роми, которые с восхищенными улыбками наблюдают за всем происходящим. Иисус.

— Спасибо, дамы, — говорю я им, делая вид, будто Линкольн не вывел меня из равновесия в очередной раз. — Рози Голд устраивает чертовски шикарное шоу. Вы должны постараться попасть на него, когда она в городе, — говорю я, улыбаясь и подмигивая им.

Лили машет рукой.

— Пока, Фэй, — кричит она мне вслед.

Ларк настороженно улыбается, переводя взгляд со своего отца на меня. Она тоже все это видела. Ситуация становится слишком запутанной. У него есть дети. Дети, с которыми мне нравится быть рядом. Мысль о том, что они возненавидят меня, беспокоит гораздо больше, чем следовало бы. Что бы ни происходило между мной и Линкольном, забота о том, что они подумают заставляет серьезнее относиться ко всему происходящему. Я разберусь с этим в другой раз. Я торопливо надеваю пальто, стараясь не выглядеть так, будто убегаю с места преступления.

Когда я выхожу из салона, ветер бьет меня по лицу, взъерошивая волосы и мешая отвязать поводок Кит, но дверь распахивается прежде, чем я успеваю освободить ее.

— Ты завела собаку? — спрашивает Линкольн у меня за спиной. Я должна была догадаться, что он пойдет за мной.

— Я приютила ее. Только на время, пока я здесь.

— Приютила? — говорит он, нахмурив брови, словно пытаясь понять, что могло заставить меня сделать это, учитывая, что он знает, что я не собираюсь оставаться в Фиаско.

Я раздраженно вздыхаю.

— Да, как приемная семья. Почему ты... Возвращайся внутрь, Фокс.

Он насмешливо улыбается.

— Ты волнуешься? Персик, я тебя смущаю?

Я снова убираю волосы с лица. Я не могу отвязать поводок. Я смотрю на него, насупив брови, и выдавливаю из себя смешок.

— Да ладно, Фокс.

Он хмыкает:

— Да, я помню, что в прошлый раз ты говорила это с меньшей дерзостью. Мне понравилось, когда твой голос был наполнен желанием.

В тот момент, когда мои бедра сжимаются, наше внимание привлекает тройной сигнал клаксона. Кит дико лает, как раз в тот момент, когда Гриз с пугающей скоростью подъезжает на своем гольф-каре.

— Ты можешь ездить на гольф-каре по городу? — смеясь спрашиваю я, когда он останавливается.

— Хотел бы я посмотреть, как полиция Фиаско попытается убедить меня в обратном, — говорит он. — Фэй, я рад, что застал тебя. Одна из девушек моего книжного клуба сказала, что ты здесь. Что скажешь насчет ужина у меня в пятницу вечером? — Он переводит взгляд на Линкольна, который теперь стоит рядом со мной. — Мои правнучки там? Или ты слоняешься по округе в поисках женщин?

Линкольн прищуривается, словно последний вопрос был нелепым.

— День маникюра после терапии, — говорит он деду.

— Тяжело сегодня? — спрашивает его Гриз.

— Зависит от того, о чем они говорили, — отвечает Линкольн. Мне кажется, что я не должна присутствовать при этом разговоре, но он смотрит на меня и говорит: — Мы — команда, выступающая за терапию.

— Это хорошая идея. Я тоже являюсь частью этой команды. — Я понимаю, как это прозвучало, и неуклюже пытаюсь взять слова назад. — Я имею в виду, что я — сторонница терапии. Не в вашей команде. Мне нравится ваша команда.

Он облизывает нижнюю губу, а затем улыбается мне.

— Все в порядке, Персик, я знаю, что ты имела в виду. — Он прочищает горло, когда понимает, что Гриз тоже это услышал.

— Это твоя собака? — спрашивает Гриз, кивая на щенка, сидящего так, словно я ее этому обучила.

Я снова смотрю на нее с улыбкой.

— Да, это так. На какое-то время.

Гольф-кар снова оживает, когда он говорит:

— Ха, Лили нарисовала мне что-то с собакой, похожей на эту. Какое совпадение. Ладно, увидимся в пятницу, Фэй. — А потом он исчезает так же быстро, как и появился, даже не дождавшись моего ответа на вопрос, смогу ли я прийти на ужин.

Хотя было бы разумно сбежать как можно скорее, я не могу устоять и задерживаюсь еще на несколько секунд. Наблюдая за тем, как Гриз уезжает, я улыбаюсь и спрашиваю:

— Он всегда такой?

Линкольн, не теряя ни секунды, отвечает:

— Всегда.

Мне кажется, что я уже знала ответ. Семья обожает Гриза. И моя сестра, видимо, тоже. Он напоминает мне Линкольна — высокомерное обаяние и защита, когда дело касается их семьи. Я понимаю. Это, пожалуй, самая очевидная вещь, которая нас объединяет.

В предвечернем свете Линкольн Фокс, в очках в черной оправе и с почти идеальными чертами лица, выглядит так, словно он замаскировался. Совсем другая версия мужчины, которого я встретила на краю кукурузного поля и в темном переулке. Я прочищаю горло, пытаясь прийти в себя. Было бы разумно дистанцироваться от него. Я причмокиваю, чтобы заставить Кит двигаться. Но когда мы отходим на несколько шагов, я не могу удержаться от провокации.

— Я знаю, что ты смотришь мне вслед, — говорю я, поворачивая голову в сторону.

— Трудно не согласиться, если учесть, что мне понравилось смотреть, как ты кончаешь15, — говорит он слишком громко. Не успев осознать его слова, я оборачиваюсь и вижу, как он открывает дверь и, улыбаясь мне, заходит обратно в «Teasers».

Я понимаю, что тоже улыбаюсь, когда снова смотрю на тротуар и направляюсь к своему грузовику, но ощущение, что за мной все еще наблюдают, заставляет меня оглянуться и сунуть руку в карман. Я нащупываю перцовый баллончик и сжимаю его в ладони, когда с другой стороны улицы раздается тихий свист.