Чтение онлайн

Лили и Ларк выпрыгивают из грузовика, хлопают дверьми и бегут по подъездной дорожке, чтобы поприветствовать Джулеп и неуловимого щенка по имени Кит. Я вдыхаю радость от того, что я рядом со своей семьей, а затем выдыхаю ненависть к себе за то, что не уделил этому больше внимания. Чьи гребаные дети покупают животных или приводят домой собаку без ведома родителей?

Я откидываю голову на спинку сиденья — было бы намного легче, если бы Лив была рядом. Быть одиноким родителем иногда чертовски трудно. Я впервые позволяю себе задуматься о том, что у меня может быть кто-то, чтобы делать это вместе со мной. Посмеяться над провалом в моем воспитании и найти способ избежать этого в будущем. Выслушать, как я схожу с ума от того, насколько умны мои девочки — они только что просто надули меня, черт возьми.

Ландшафт вокруг дома Эйса — это открытка Кентукки. По широким просторам загонов, которые расположены по всей левой стороне участка, а также по массивным белым конюшням, занимающим все пространство справа, становится ясно, что у моего брата есть две совершенно разные страсти: бурбон и лошади.

Сумерки окрашивают горизонт брызгами глубоких оранжевых и мягких пурпурных оттенков. Прекрасно. Я выхожу из джипа и наблюдаю, как мои девочки разговаривают с Хэдли, которая, должно быть, приехала прямо перед нами. Гриз сидит на своем привычном месте на веранде и улыбается, любуясь той же картиной. Двое всадников, скачущих в нашу сторону верхом на лошадях, преодолевают холм на границе моей видимости, — трудно разобрать, кто это может быть, кроме того, что это мужчина и женщина. Звук копыт, ударяющихся о землю остается тихим, пока я наблюдаю за ними, но когда я действительно сосредотачиваюсь на всадниках, он разносится громким эхом. Мой брат приближается к нам, и такую улыбку на его лице я вижу не так уж часто.

В нескольких футах позади него скачет не кто иной, как Фэй.

У меня внутри все сжимается, когда я понимаю, что именно она стала причиной улыбки на лице моего брата. Я уверен, что она не собирается ему уступать.

— Что за хрень? — спрашивает Хэдли, подходя ко мне и положив руки на бедра, пока мы оба смотрим, как они проносятся мимо. Они поднимают ветер и пыль, осевшую на тропинке.

Я бросаю взгляд на свою лучшую подругу.

— Тебя не пригласили прокатиться?

— Это не те скачки, которые меня интересуют.

Я смеюсь и смотрю на ее волосы, собранные в высокую прическу так, что локоны рассыпаются во все стороны.

— Ты только что приехала?

— Хэдли Джин Финч, твоему любимому Фоксу нужно потискаться, — перебивает Гриз, оказываясь рядом с нами. Она крепко обнимает его, и старик наслаждается этим. Обхватив его руками, мы втроем наблюдаем, как Эйс и Фэй спрыгивают с лошадей и смеются над чем-то. Когда, черт возьми, Эйс успел стать смешным?

Хэдли спрашивает:

— Гриз, ты приглашаешь на ужин каждую красотку, которая приезжает в город?

Он усмехается.

— Сногсшибательная, правда? У меня хорошее предчувствие на ее счет. — Глядя на меня поверх ее головы, он продолжает: — Мои внуки, возможно, знают кое-что о бурбоне, но они, похоже, не знают, что такое химия...

Может быть, это выглядит так со стороны, но я точно знаю, как она ощущается. Я не могу избавиться от этого чувства с тех пор, как она вернулась. Он сжимает мое плечо и идет обратно к веранде, крича на ходу:

— Может, стоит начать добиваться того, чего вы оба хотите, а не просто сидеть и ждать, когда это чудесным образом произойдет.

— Больше адекватности, Гриз, — говорит Хэдли себе под нос.

Я целую ее в макушку.

— Слышал, что ты встречаешься с начальником пожарной охраны.

Она поднимает на меня глаза и улыбается.

— Уточни, что ты имеешь в виду под «встречаешься».

— Вместе сходить поесть. Насладиться обществом друг друга...

Она вздыхает.

— Линк, ты как будто совсем меня не знаешь. Я трахаюсь с начальником пожарной охраны... — Затем она понижает голос. — И его новобранцем.

Я поднимаю брови.

— Они оба в курсе?

— Они в курсе. — Она кивает, ухмыляясь. — О, поверь мне, они в курсе.

— Черт возьми, девочка! — восклицаю я. Я знаю, что это еще не все, и когда она захочет поделиться, то расскажет. Потому что, как бы ни веселилась моя лучшая подруга, куда бы ее ни занесло ветром, она жаждет стабильности. Именно поэтому в детстве она стала проводить так много времени с нами, несмотря на то, какими дикими были я и мои братья. У нас всегда были семейные ужины, Гриз обязательно спрашивал, где мы были и что делали. Никто не интересовался ею настолько, чтобы спросить, пока она не оказалась за нашим обеденным столом.

— Близость — это все, — продолжает она. — Ты знаешь, что с моей крыши есть прямой доступ к пожарной станции через дорогу...

Я изо всех сил стараюсь слушать, но не могу удержаться от того, чтобы не бросить взгляд в сторону конюшни. Эйс держит поводья обеих лошадей, а Фэй идет за ним. Улыбается, улыбается, улыбается. Почему она проводит с ним время? Я все еще думаю о том, как она прижималась ко мне. О ее запахе, который остался на моих пальцах той ночью. Как я был близок к тому, чтобы ворваться в ближайшую дверь и трахнуть ее, как мне хотелось.

А теперь она запрокидывает голову, смеясь над тем, что говорит Эйс. Он не такой уж и смешной. Мой здравый смысл покидает меня.

— Я сейчас вернусь, — прерываю я Хэдли.

— О, ладно... — говорит она в ответ, и я слышу ее смех, когда до нее доходит, куда я направляюсь.

Руки сжимаются в кулаки, я ломаю голову над тем, что скажу, когда доберусь до конюшни, но ничего не могу придумать. Мои ботинки стучат по каменной дорожке, ведущей к двойным дверям конюшни. Единственное, в чем я уверен, так это в том, что не хочу, чтобы мой старший брат находился рядом ней. Можно ли считать себя сумасшедшим, если знаешь, что то, что ты собираешься сделать, именно безумие и есть? Глупо до безумия.

Если бы не прохладный ветерок, проникающий в открытые двери, вы бы никогда не узнали, сколько здесь лошадей. Здесь очень чисто. Фэй снова заливается смехом откуда-то со стороны крайних стойл, и этот звук не должен вызывать у меня реакцию, но вызывает. Его отголосок проникает под кожу и заставляет меня испытывать гнев, которого я не чувствовал уже очень давно. Мне хочется взять то, что я не имею права даже желать. На ней слишком большая мужская рубашка, застегнутая лишь наполовину, и лучше бы она, блядь, не была его, и обтягивающие черные брюки, заправленные в высокие ковбойские сапоги — более грязные и поношенные, чем те фиолетовые, что были на ней в «Bottom of the Barrel».

Эйс смеется над чем-то, что она сказала, и улыбка все еще не сходит с его лица, когда он замечает меня.

— Привет, Линк. — Он снимает седло с лошади, на которой скакал.

— Привет, — говорю я, тяжело дыша и не сводя глаз с Фэй. — Мне нужна минутка.

Фэй быстро смотрит на Эйса, а потом на меня.

— Эйс, я позабочусь о лошадях, прежде чем мы придем ужинать. — И поскольку он мой брат, он больше не задает никаких вопросов. Он понимает, что мне нужно побыть с ней наедине. Он делает небольшую паузу, пытаясь прочесть между строк. Да, брат, она моя.