Чтение онлайн

– И правильно, – я киваю. – И моральная поддержка, и физическая защита... мало ли. Мы, к сожалению, не знаем, каким стал этот мужчина за прошедшие годы...

– Да уж, – Зоя поджимает губы. – Но я надеюсь, все пройдет нормально, и он примет мои извинения.

– Я тоже на это очень надеюсь, – киваю я. – Держи в курсе.

– Волнуешься?! – спрашивает Слава, когда мы с ним покидаем больничную палату, и я по инерции смотрю на наручные часы: до встречи с Ноем осталось всего полтора часа.

Будь на месте брата кто-нибудь другой, кто-нибудь не настолько родной и близкий, не так хорошо меня знающий, я бы, наверное, сказала: пфф, нет, конечно, чего волноваться-то?!

Но Слава – это Слава, от него ничего никогда не скроешь!

Даже врать бесполезно: все равно ведь прочитает все по моему взгляду... уже прочитал, если точнее. Потому и спросил.

Так что я отвечаю честно:

– Волнуюсь.

Конечно, Ной давно остался в прошлом, он – перевернутая страница, мои первые отношения, после которых было еще много-много других парней...

Правда, ни один другой парень не смог покорить мое сердце, как покорил когда-то он. Умный, щедрый, с чувством юмора. Он уже тогда словно опережал свой возраст. Да и красавчик, что уж скрывать... Я была влюблена по уши.

Его предательство, которого, как теперь выяснилось, не было, сильно ударило по мне. Рассорило с мамой. Проросло, как ядовитый грибок, в саму мою суть, в мою самооценку, в мое мировоззрение.

Появилось это противное убеждение, что все мужики – сволочи. И как бы я ни пыталась с этим бороться, оно меня преследовало. Чтобы отвлечься, я с головой ушла сначала в учебу, а потом в работу, карьеру. Стала непробиваемой, железной бизнес-леди. И каждый раз, заводя новые отношения, словно заранее знала: ничем хорошим это не закончится.

И правда, ничем хорошим это не заканчивалось: столкнувшись с моей броней, с моим характером и моими убеждениями, мужчины быстро сваливали в закат... один за другим, один за другим...

А я и не понимала, в чем дело, просто называла очередного бывшего очередной сволочью и шла искать нового...

Теперь, надеюсь, с помощью Ноя я наконец-то разорву этот замкнутый круг.

Да, в первую очередь я хочу встретиться с ним, чтобы попросить прощения и объяснить, что виноват во всем был лишь мой отец.

Но еще, будем честны, я очень хочу закрыть гештальт первых отношений, у которых и конца-то нормального не было: ни ссор, ни объяснений, ни прощаний.

Так что да – я волнуюсь. Очень сильно волнуюсь!

И счастлива, что брат рядом со мной.

Мы с ним сегодня как будто местами поменялись!

Обычно это я – ледяная глыба, способная носить маску равнодушия часами, не принимать ничего близко к сердцу, не тревожиться, не паниковать, не считать бешеный пульс, а он – сплошной оголенный нерв, бесконечная эмоция, олицетворение доброты, сентиментальности и эмпатии.

Забавно даже, ведь он – пилот. Человек, который, поднимаясь в небо, каждый раз несет ответственность за десятки, а то и сотни человеческих жизней. И в кресле пилота он, конечно, как я и как наша мама, настоящая машина, запрограммированная работать без единой осечки, серьезный, сосредоточенный, уверенный в себе.

Но в обычной жизни Слава – настоящее солнце, согревающее и сияющее всем вокруг, в то время как я – мрачная грозовая туча, способная метать молнии, пугать раскатами грома и обливать ледяным дождем.

Вот только сегодня все иначе: я – напуганная девочка, которая собирается лицом к лицу встретиться со своим прошлым, а мой брат – та самая глыба, за которой можно спрятаться, чтобы почувствовать безопасность.

Мы заходим в кафе, чтобы немного подкрепиться: не хочется как-то идти на встречу на голодный желудок. Голод всегда делает меня злой, нервной, тревожной. Слава прекрасно знает это – и берет нам божественные панини-гриль с ветчиной, моцареллой, томатами и зеленью, а еще – апельсиновый сок.

Кафе мы выбираем поближе к тому месту, где собираемся встретиться с Ноем: это будет кофейня, достаточно людная, чтобы обеспечить нам безопасность на виду других посетителей, но достаточно элитарная, так как здесь в основном не просто кофе выпить забегают, а приходят с телефонами, планшетами и ноутбуками, проводят созвоны, совещания, встречи. Основной контингент – фрилансеры, программисты, бизнесмены, блогеры.

Вот только Ной, кажется, перед встречей тоже решает поесть, и тоже выбирает кафе, где устроились мы.

Когда он входит внутрь, я узнаю его сразу: за прошедшие годы он не очень-то и изменился, разве что возмужал, заматерел, разросся мышцами вширь. А вот прическа все такая же нелепая: темно-русые кудри, закрывающие уши, лоб и немного глаза.

– Черт, – шепчу я Славе.

– Что такое?! – спрашивает брат.

– Он здесь!

– Оу... Можем уйти.

– Да нет, бессмысленно, – я качаю головой, а потом, приняв решение и набравшись смелости, встаю с места, чтобы привлечь внимание бывшего возлюбленного: – Эй, Ной!

Мужчина оборачивается и, увидев меня, удивленно приподнимает бровь:

– Зоя?!

Он, как и мы, явно не ожидал, что встреча начнется раньше, чем было запланировано.

– Привет, – говорю я и жестом приглашаю его к нашему столу.

Слава тоже встает, протягивая руку:

– Добрый вечер.

– Добрый, – кивает Ной, пожимая его ладонь. – Я тебя помню, ты – брат Зои, Слава.

– Верно.

– Почему ты пришла не одна?! – спрашивает он уже у меня.

– Из безопасности, – говорю я честно. – Давай, заказывай, что планировал, и поговорим.

То, что все пошло не по плану, кажется, начинает мне нравиться.

Я-то рассчитывала на максимально строгую, официозную обстановку, но так даже лучше. Мы оба будем немного голодные, с соусом на лице... Возможно, это поможет разговору сложиться более тепло и дружески.

Примерно полтора часа спустя мы трое выходим из кафе на улицу.

Льет сильный дождь, вот только ни у меня, ни у Славы нет зонтов. Зато есть у Ноя, причем огромный: он открывает его над всеми нами, защищая от потоков воды с неба.