Чтение онлайн

Я вышел в коридор. Её уже не было видно – ушла в туалет. Я двинулся за ней, в тамбур. Как и ожидалось, там стоял едкий смог. Трое коренастых парней в засаленных футболках, лица красные, глаза мутные. Один что-то орал, размахивая руками.

Я достал пачку, прикурил, спокойно, не глядя на них.

Прислонился к стене и курил, выпуская дым в приоткрытое окно. Взгляд был прикован к туалетной двери.

«Вылезай уже, Лера. Не заставляй меня ломиться туда» .

Трое вахтовиков, чуть поодаль, поначалу притихли при моём появлении, но выпивка брала своё. Они снова начали бубнить, сначала тихо, потом всё громче. Я пропускал их мат и пьяный лепет мимо ушей, пока одно слово не зацепило слух намертво.

– ...а этот Касьянов, сука, опять задерживает. Два месяца уже, падла, – просипел один, с лицом, налитым кровью. – Говорит, кризис. А сам на новом «Крузаке» разъезжает.

– Да ему бы только наёбывать, – подхватил второй, более тощий, с хищным огоньком в мутных глазах. – Помнишь, того пацана, которого неделю назад заставили в яму залезть без поддержки? Матвеем, вроде, звали?

Сердце замерло. Я не шелохнулся, продолжая курить с тем же отстранённым видом, но каждый нерв в теле напрягся.

– А, этот, что с прорабом спорил? – третий, самый крупный, хмыкнул, отхлёбывая из горлышка. – Ну и его кореша, Саньку. Они же Касьянову на хвост наступили. Обещали в суд пойти, заяву накатать.

– Надо было не пиздеть, а молчком это сделать. Вот и поплатился, – первый понизил голос. – Сказали, с поезда сошёл. Ага, щас. На середине пути? Вещи все остались. Санька допрашивали, а он молчит, козлина.

– Касьянову лишь бы замести следы, – бросил тощий. – Кто его знает, куда того пацана девали. Заболтали, чтобы не болтал лишнего.

Я захлопнула за собой дверь туалета, прислонилась к прохладной стенке и закрыла глаза, пытаясь перевести дух. Тесное пространство давило, но оно было единственным убежищем, где я могла спрятаться от него и передохнуть. От его взгляда, который, казалось, прожигал меня насквозь, от его молчаливого присутствия, наполнявшего всё купе. Не думала, что находиться рядом с ним будет так сложно.

Я снова посмотрела в зеркало. Бледное лицо, огромные глаза, которые блестели. Из-за него. Из-за того, что он сидел там, в нескольких сантиметрах, и я чувствовала каждое его движение, каждый вздох. Расслабиться и заснуть было невозможно. Тело было напряжено до дрожи.

«Соберись, – прошептала я своему отражению, впиваясь пальцами в край раковины. – Ты должна держаться. Ты здесь ради Матвея. Только ради него. Всё остальное не имеет значения».

Сделав несколько глубоких вдохов, я снова собрала вокруг себя невидимую броню, которую носила все эти годы, и резко толкнула дверь.

Прямо рядом с дверью нашего купе, развалясь, стоял мужчина – плечистый, в белой майке, из-под которой бугрились накачанные мускулы. От него разило перегаром и немытым телом.

– Опа, краля вышла погулять! – сипло усмехнулся он, и его мутный, пьяный взгляд медленно, нагло пополз по моей фигуре снизу вверх.

Я попыталась проскочить молча, прижавшись к стене, но он грубо шагнул наперерез, перекрыв мне путь. – Ну куда ты, а? Скучно одной? Заходи к нам, с нами весело, – он протянул руку и шлёпнул меня по ягодице.

В висках застучало, а в глазах потемнело от злости. Я, не думая, на автомате, развернулась и изо всех сил отвесила ему пощёчину. Звук получился сочным, хлёстким, и на мгновение в коридоре воцарилась тишина.

– Руки придержи, урод! – прошипела я.

Он остолбенел на секунду, потирая раскрасневшуюся щёку, а потом его рожа перекосилась в злобной гримасе. – Ах ты, стерва грёбаная! – он дико рыкнул и рванул меня к себе, сдавив предплечье так, что у меня в глазах потемнело от боли. Его пальцы впились в кожу клещами. – Я к тебе по хорошему а ты драться, сука. Нехорошо так поступать.

– Отпусти её, – раздался сзади голос. Негромкий, ровный, но налитый такой стальной холодностью, что мурашки побежали по коже. – Два раза повторять не буду.

Я обернулась. Денис стоял позади нас , заслоняя своей мощной фигурой весть проход. Его поза была обманчиво расслабленной, но взгляд… Его взгляд был таким, от которого кровь стынет в жилах. Таким я его видела лишь однажды, когда он столкнулся с наркоманом, который приставал к детям. Это был взгляд не человека, а убийцы.

– Слышь, да пошёл ты! Не лезь, козёл! – проревел мой обидчик, не ослабляя хватку. – Девочка теперь с нами! Эй, пацаны, вылазьте, гляньте, какую я кису поймал!

Из соседнего купе тут же высунулась вторая, не менее отталкивающая физиономия. – Че это тут, кто базар устроил?

Денис не стал тратить время на переговоры. Он действовал с пугающей, отточенной эффективностью. Резким, коротким движением он толкнул того, что высунулся, обратно в купе, и дверь с оглушительным грохотом захлопнулась. А потом, развернувшись на каблуках, нанёс один-единственный удар. Короткий, прямой в нос тому, кто держал меня.

Раздался отвратительный, влажный хруст. Мужик с воем, больше похожим на визг, отпустил мою руку и схватился за лицо, из которого хлестнула алая струя. – А-а-а-а! Сука! Я тебя, ублюдок, сейчас на куски порву!

Но Денис уже оттащил меня вперед, к нашему купе, и буквально впихнул внутрь, отгородив своим телом от происходящего в коридоре. – Нет! – закричала я, вцепившись мёртвой хваткой в его рукав. Сердце бешено колотилось, в ушах стоял оглушительный гул. – Нет, Денис, пожалуйста, не надо! Они же тебя убьют! Их там несколько!

Он обернулся, и на его лице на мгновение мелькнуло неподдельное удивление, будто он не ожидал такой реакции. – Успокойся, – его голос был твёрдым и странно умиротворяющим. – Они мне ничего не сделают. Или ты забыла, кем я работаю?

Он мягко высвободил свой рукав из моих дрожащих пальцев и захлопнул дверь. Я осталась одна в купе, вся дрожа, как в лихорадке. Из коридора доносились приглушённые крики, ругань, тяжёлые, тупые удары, грохот… Я прижала ладони к ушам, зажмурилась, пытаясь не слышать, но мой мозг услужливо рисовал самые страшные картины: избитого, окровавленного Дениса, его беспомощное тело под ногами этих животных…Как они его запинывают.

Прошло десять минут. Мне показалось, что прошла вечность. И вот ключ, наконец, повернулся в замке. Дверь открылась.