Чтение онлайн

— В Индию.

Нужно признаться, что к Бачу Пателю я пришел не только ради прощания. Мне хотелось — ведь он был индус — узнать от него поподробнее о его стране. Его рассказы могли оказаться для меня очень полезными. Но сейчас, когда он пребывал в совершенно для меня непонятном настроении, мне абсолютно расхотелось расспрашивать его о чем-либо. Мало того, мне попросту хотелось поскорее смыться. В конце концов, у меня не было времени на пустые разговоры, а тем более, на разгадывание необычного настроения Пателя. Через четыре дня я собирался лететь в Индию, а до тех пор мне было необходимо устроить массу дел.

— Что ты там собираешься делать? — спросил он.

Мне было неохота теперь рассказывать ему, что наш зоопарк в Дворе Кралове состоит из двух частей, что одна из них должна представлять африканское сафари и что во второй мы будем содержать редких животных со всех возможных концов мира.

— А почему ты собрался в Индию? — пристал ко мне Бачу.

— Мы хотим там заполучить индийских львов, песчаных тигров, болотных оленей, крупных панцирных носорогов, козерогов, животных с высокогорья и еще...

— Еще кого?.. — перебил он меня с интересом.

— Вымирают не только звери. Растения тоже исчезают с нашей планеты. Растения нам тоже нужны, Бачу.

Пока я ему рассказывал о том, что мы собираемся создать зоосад, в котором будет сосредоточено практически все живое, что способствовало существованию человека на Земле, он слушал чрезвычайно внимательно. По крайней мере, вид у него был именно такой, но я все же не мог избавиться от впечатления, что в мыслях он бродит где-то очень далеко.

Я объяснил, что это будет настоящий биологический комплекс, преследующий научные цели. Проще говоря, в одной части мы сосредоточим животных, в другой — растения. В ботаническом саду мы займемся очень интересным делом — там будут выращиваться полезные человеку культуры или, к примеру, те древние злаки, от которых они произошли.

— Так это же будет сейф, — неожиданно вставил Бачу. — Совершенно особый сейф, в котором вы будете хранить вымирающие виды... и в этот сейф вы сможете заглянуть, как вам только это понадобится.

— Д-да, — согласился я в изумлении. — Мы вырастим необходимое количество "чистокровных" культур, которые потом можно будет оставить в качестве фонда для оздоровления полезных растений на всем земном шаре.

— А ведь в перенаселенной Индии, — грустно заметил Бачу, — остались уже только считанные места, где обитают древние животные и растения.

— Так вот мы и отправляемся в эти считанные места.

— Так ты поэтому едешь в Индию?

— Да, конечно.

Бачу вызвал секретаршу и снова велел ей принести... все, что надо. Бачу был сама любезность, секретарша из ленивой женщины превратилась в уважаемую барышню. Бачу больше не кричал, говорил, наоборот, тихо и спокойно, лоб его больше не собирался в гневные морщины.

Бачу Пателя как будто подменили.

Мне вдруг стало жаль красавицы-блондинки. Вот если бы она пришла сейчас, ей, может быть, повезло бы. Как все-таки можно ошибиться в человеке... Я даже и подумать не мог, что Бачу настолько подвержен переменам настроения.

— Да ей и так уже слишком повезло! — воскликнул он. — Меня иной раз охватывает такое бешенство, что я швыряю на пол все подряд и топаю ногами, я об этом знаю, Джо. Однажды меня в таком "приступе" заснял один из моих кинооператоров, да еще и показал мне пленку. Ах, Джо, характер у меня просто ужасный, поэтому все меня избегают.

У меня не осталось ни минуты на то, чтобы хотя бы просмотреть некоторые странички медицинской энциклопедии, так как мой визит к Бачу принял совсем уж неожиданный оборот.

— Но одно мне давно уже подозрительно, Джо.

— Что именно?

— То, что ты ни разу не был причиной моей ярости. С тобой всегда я был очень мил. Просто я знал, что ты — мой спаситель.

Когда я спросил его, чем же это я обязан такой чести, этот господин с изящными манерами дал мне очень "изящный" ответ:

— Наконец-то у меня теперь хватит смелости закрыть эту вонючую лавочку.

Потом он мне растолковал, что под этим он имеет в виду свою обожаемую кино-фотостудию и что с тех пор, как он поселился в Найроби, время от времени у него случаются приступы неизлечимой болезни, которая называется тоской по родине, от которой он минуту назад нашел лекарство.

— Я еду с тобой, Джо! — сказал он решительно и послал домой сказать, чтобы ему собрали чемоданы.

— Джо, я не боюсь ни тигров, ни носорогов, я еду с тобой!.. Я еду домой!..

— Я же не буду там ловить животных, я там буду вести переговоры и знакомиться с обстановкой.

— Даже еще лучше, Джо! Ты знаешь, как я тебе там буду полезен?! Мы используем мои связи, в Индии у меня влиятельная семья. Я буду твоим переводчиком, я же знаю свою страну... ты же понимаешь, что это значит...

Ну, конечно, я все хорошо понимал. Отношения с Индией касались всегда чего угодно, только не моих занятий и увлечений. И хотя из родной Чехословакии предприняли уже необходимые меры, я знал, что там мне придется тяжело. Так что Бачу, действительно, мог оказаться очень полезным.

Сначала я хотел взять с собой в Индию своего Зденека, который по-настоящему был моим хорошим, надежным сотрудником. Но на этот раз наша экспедиция была очень "разбросанной". У нас были стоянки в Кении, Уганде, Ботсване, в Западной Африке. Мы вели поиск в Замбии, Танзании, Судане. И если бы мы оба уехали в Индию, то Йозеф Прокеш, третий участник экспедиции, просто не в состоянии был бы управиться с такой массой дел, и экспедиция могла бы сорваться. Так что Зденеку пришлось остаться в Африке.

И вот мне вдруг так неожиданно посчастливилось.

Бачу еще раз переспросил, когда мы уезжаем, чем, собственно и закончил все свои дела. Как я потом узнал, до самого нашего отлета он ни разу не переступил порога своей фирмы. Половина его обширного семейства жила в Африке. Семейство было на редкость дружное — все только и делали, что спасали друг друга от бед и несчастий. На этот раз "бедой" оказалась тоска по родине.

Дружная родня дружно принялась за дела кино-фотостудии, а Бачу только в нетерпении поглядывал на часы. Целых четыре дня до отлета его чемоданы терпеливо пылились в прихожей. Бачу смотрел на них влюбленными глазами, да еще и разговаривал с ними: