Чтение онлайн

Правда, в чём именно заключался особенный жребий, предназначенный для неё самими богами, Ану-син не понимала. Когда-то она слышала туманные речи об этом от Жрицы народа маршекасу, теперь же на это неоднократно намекал служитель Иштар. Ану-син нравилось слушать старого жреца, который помогал будущим надитум постичь глубокие тайны мироздания, и со всем пылом своего сердца она стремилась проникнуться его мудростью. Когда на занятиях эн Илшу произносил свои речи, лицо девушки становилось неподвижным, взгляд — пытливым, и вся она замирала и словно обращалась в созерцание и слух.

— До того, как появились боги, — рассказывал верховный жрец, — был хаос, первородная пучина — недра чудовища Тиамат. Не было деревьев, не был виден тростник, и изначальный Апсу, и Мумму, и родившая всех Тиамат вместе свои воды мешали. И тогда посреди небес были созданы боги. Бэлу-Мардуку, самому могущественному среди всех, основали они величественное святилище и отдали ему власть над всем миром. «Погибель и рождение — повели, да свершится!» — так сказали отцы его, боги, и дали ему непобедимое оружие для сокрушения врагов. Владыка наполнил своё тело пылающим огнём; он создал бурю, ураган, злой ветер, Четвероветер, Семероветер, Вихревой ветер, Бесподобный ветер, и выпустил он ветры, которые создал, чтобы смутить Тиамат. Он поднял Потоп, своё великое оружие, и встал на колесницу. Сошлись в бою Тиамат и могущественный Мардук. Одолев Тиамат, владыка наступил на ноги чудовища и, разделив его тело, он мудрое создал. Точно раковину, он разделил тело Тиамат на две половинки, одна из которых образовала землю, а другая — небеса. Владыка измерил строение океана и Э-шарру, чертог, подобный океану, он воздвиг. В этом чертоге, воздвигнутом на небе, он поселил Ану, Энлиля и Эа обитать в своих владениях. Он поместил светила, подобные богам, в созвездии Зодиака. Солнце — Шамаш, Луна — Син, Венера — Иштар… Год он отметил, разбил его на части, двенадцати месяцам он установил по три звезды. Зенит поместил, луну светить заставил, доверил ей ночь, чтобы день узнавать. В звёздном пространстве распростёрся Син, страны наполнил свет Шамаша, священным браком сочетался могучий Мардук с блистающей Иштар… И повелел Мардук прорасти травам на лугах, и насадил он леса по склонам гор и тростники в болотах и лагунах. И населил Мардук горы и долины разными зверями, а праотец Ану пустил с неба пернатых, и они стали вить гнёзда в ветвях деревьев и расселинах скал; премудрый же Эа направил по морским волнам и рекам многочисленных рыб. Земля оживилась и наполнилась радостным шумом, но Мардуку этого показалось мало. Он задумал великое дело: захотел он создать существа, напоминающие богов своим обликом и своим разумом. Он зарезал свирепого Кингу, супруга поверженной Тиамат, смешал его кровь с глиной и вылепил первых людей. Во всём они подобны богам, но слабее их, и время их жизни ограничено. Состарившись, они должны спускаться в Страну без возврата, в мрачный подземный мир, оставляя на земле детей и внуков для служения бессмертным богам…

Эн Илшу не только толковал своим ученицам содержание священных летописей о сотворении мира и происхождении богов, немало внимания он уделял также науке о гадании. Он говорил о том, что жрецы бару — прорицатели умеют предсказывать будущее, гадая по внутренностям животных, наблюдая, как дым поднимается из курильницы или сколько капель масла растворяется на поверхности воды в чаше, или же глядя на небо.

— Всё, что происходит на земле, — говорил жрец, — происходит и на небе. Страны, реки, города — всё это существовало первоначально на небе, а на земле было только их несовершенное отображение. Первобытные образцы всех земных предметов и судьбы всех стран, городов и людей с незапамятных времён существуют в звёздах и созвездиях. Звёзды влияют на всё земное, земные действия лишь наследуют движение звёзд.

— Значит, по движению звёзд можно узнать судьбу всего на свете? — удивилась Ану-син, которая, как обычно, сидела впереди, и делала какие-то заметки на влажной глине таблички.

— Не только узнать, но и предвидеть! — живо отозвался на её вопрос эн Илшу. — Небосвод — это колоссальная книга, клинья которой — звёзды, умение же читать в этой книге — высшая наука. Жрецы, которые умеют предвещать судьбы по звёздам, находят почёт в домах вельмож и в царском дворце. Такие предсказатели порою становятся самыми близкими друзьями царя. Ведь правители не принимают важных решений, не посоветовавшись первым делом со своими предсказателями судьбы.

— Приходилось ли тебе, абу, бывать в Баб-или, Городе Городов, и видел ли ты царя? — вырвалось у любопытной Ану-син.

Эн Илшу сначала как будто помедлил, задумавшись на мгновение, а потом отрицательно покачал головой — его ответ разочаровал девушку. Но жрец заговорил снова, и Ану-син, внимая его речам, узнала, что земля имеет форму плиты и плавает в мировом океане, а по краям находятся две горы: из-за восточной горы солнце всходит, а за западную заходит. На верхнем слое живут люди, в среднем расположено царство бога Эа, в нижнем — царство мёртвых Иркалла, с дворцом, окружённым семью стенами, в котором правит богиня Эрешкигаль, родная сестра владычицы Иштар.

Слушая рассказ жреца, Ану-син представляла небо как пустой полукруг из камня, который стоял на земле. Небо, по словам эна Илшу, имело три этажа, в которых жили боги; жители земли видели только самый нижний этаж со звёздами и окнами, сквозь которые падал дождь.

— А мне всегда казалось, что небо похоже на прозрачную водную гладь, а не на твёрдый камень, — решилась высказать своё мнение Ану-син, хотя и понимала, что этим ставит под сомнение слова мудрого жреца. — И что дождь падает не сквозь прорубленные в камне окна, но оттого, что тяжёлые тучи, словно наполненные водой бурдюки, сталкиваются друг с другом и вызывают молнию, которая перерезает их, точно остриё клинка. И вот из этих прорех выливается вода, которая долетает до земли в виде тонких дождевых струй. Чем больше разбухли тучи, тем сильнее дождь.

Слабая, едва заметная улыбка коснулась бледных губ жреца. Он снова помолчал, обдумывая что-то, а потом сказал:

— Я дам тебе книги из храмового архива, чтобы ты, читая их, сама находила ответы на свои вопросы. В твоей голове не должно быть места сомнениям и догадкам. Но для того, чтобы разглядеть истину под покровом ложных учений, одного желания недостаточно. Вооружись полезными знаниями, выработай силу воли, укрепи свой дух, наберись терпения — в этом залог успеха.

Занятие подошло к концу, но Ану-син задержалась, терпеливо дожидаясь, когда другие ученицы покинут комнату. И только оставшись с эном Илшу наедине, она задала вопрос, родившийся из её наблюдений:

— Скажи, абу, отчего ты уделяешь мне столько внимания? Разве нуждается жрица, пусть и посвящённая в высший сан, в столь высоких познаниях?

Перед тем как ответить, жрец выпрямил спину и с достоинством, присущим его сану, скрестил руки на украшенной золотым кольцом-печатью груди.

— Многие люди не подозревают о том, что избраны богами, — неторопливо заговорил он, устремив свой проницательный взор на девушку, — и у некоторых из них в этом страшном неведении может пройти вся жизнь. А потом, когда наступает отмеченный богами звёздный час, такой человек теряется, его охватывает смятение, нерешительность и даже страх, ибо он не подготовился к тому, чтобы принять свой великий жребий. Иным же людям, если они наблюдательны, любознательны, старательны, боги дают подсказку. И эту подсказку можно найти, как ты, верно, уже догадалась, в книге звёзд и небесных предзнаменований. Я говорил, эта наука сложна, но чрезвычайно важна. Мы, дети древнего Аккада, горды тем, что никакой иной народ не владеет этим тонким искусством прорицания по звёздам. Только здесь, на нашей земле, в долине двух великих рек, построены храмы в виде башен, с вершин которых одарённые жрецы наблюдают движение планет…

На гладкое чело девушки набежало хмурое облачко, и она, не сумев сдержать своё нетерпение, прервала жреца резким взмахом руки.

— Прости, абу, но мне кажется, ты ушёл от прямого ответа на мой вопрос, — напомнила она ему.

Тот бросил на неё быстрый и острый, как молния, взор.

— Законы вселенной неизменны! То, что судили предвечные боги, скоро исполнится! И я, верховный служитель Владычицы Иштар, по высшему велению богов-покровителей Аккада, призван принять в этом живейшее участие.

— В чём? — ещё сильнее нахмурилась Ану-син. — В предсказании, которое как-то связано со мной?

Эн Илшу печально покачал головой, порицая её за резкость, и произнёс самым вкрадчивым тоном, как бы заканчивая беседу:

— Терпение, дитя моё, терпение! Мне пока точно неведомо, каким образом ты свершишь то, что предначертали боги. Всё, что мне дано знать, требует от меня лишь указать тебе верный путь. Но довольно об этом! Однажды, по велению свыше, я объявлю о замечательном событии, которое изменит твою жизнь и повлияет на судьбы многих людей и даже народов. Полагаю, ты получила ответ, пусть пока неполный, на вопрос о своём особом положении среди учениц?

Не дожидаясь, когда настойчивая девушка, осмыслив услышанное, задаст ему новый вопрос, жрец красноречивым жестом велел ей уйти.

Откинув лоскутную занавесь, Ану-син открыла дверь. Её взгляд упал на знак Иштар на косяке двери, но впервые это не вызвало отклика в её душе; её настораживали и пугали смутные речи служителя богини.

Однажды вместо эна Илшу и других жриц, проводивших уроки танца, игры на лире, арфе и бубне, врачевания и гадания, на занятия к девушкам пришла незнакомая женщина. Статная, с прямой спиной и тонкой талией, с лицом увядшим, но сохранившим следы былой красоты. Пёстрая полосатая юбка, обтягивавшая её крутые бёдра, спускалась до щиколоток, где звенели ножные браслеты. Множество браслетов, широких и узких, гладких или инкрустированных камнями, украшали её голые запястья. Распущенные волосы цвета воронова крыла были подобраны в пурпуровую сетку; некое подобие жилета, поддерживавшего высокую грудь, плетением золотистых нитей также напоминало сетку. Её сандалии с загнутыми носками, расшитые пёстрыми цветочными узорами, вызывали восхищение.