Чтение онлайн

Здесь ничего не поменялось. Только больше не пахнет болезнью. Пахнет смертью. Прохладный воздух, хватающий за горло невидимой лапой, на секунду заставил замереть на месте, но Злата упорно вдохнула глубже и приблизилась к кровати. Коснулась кончиками пальцев старого покрывала, словно пыталась найти невидимую руку матери…

Нет. Никого.

Девушка легла, накрылась с головой одеялом, замерла в неподвижности.

Мама, забери меня, мама. Спрячь. От бед, как от тех пауков, что казались мне в детстве страшными чудищами. Как от соседского злого мальчишки, обещавшего мне выдрать косы, если я доложу, что он мучал отцова пса. Ты ругалась с его матерью, ты прогнала шалью паука, ты рассказывала мне на ночь сказки, в которых добро всегда побеждало, а мечты героев рано или поздно сбывались.

Забери меня, мама.

В комнате царила холодная неподвижная тишина. Злата находилась в ней одна.

***

Невзор открыл глаза. Сначала показалось, что он так и остался блуждать в странных снах, где лица товарищей сменялись ликом матери, а та почему-то вытеснялась образом испуганной Либены вен Силь. Вот же ж женщина! Сама его бьёт, сама боится! Почему…

Он вспомнил слезы на ее ресницах. Затравленный взгляд. Бесконечную вязь шрамов, уродующих ее руки. Возможно, у этой женщины есть причины дрожать, когда к ней подходят слишком близко…

Невзор проморгался, присмотрелся к тьме и с удовлетворением отметил, что находится в какой-то небольшой комнате, а отнюдь не в мрачном лесу. В щелку между неплотно сдвинутыми портьерами бил пронырливый солнечный луч. День. Значит, надо встать.

Стоило сделать движение — и с губ сорвались вперемешку серземельские, тижийские и гиленские ругательства. Боль, спящая при его неподвижности, тут же впилась в тело сотнями острых зубов. Дверь открылась в ответ на его вскрик, в комнату проскользнула женщина, держащая в руках моток ниток и спицы.

— Сид Гарне! Слава Отцу всего живого! Вы очнулись!

От вида этой дамы сразу стало легче.

— Благодарю за заботу, дона Шаль. Как я тут оказался?

— Так Мир как только узнал про вас, приказал к нам везти. Сам все осмотрел, сам вас перевязал. Надавал мне указаний и уехал. У него, мол, пациенты как это… критические! Что-то такое.

— Благодарю за приют и помощь. И его, и вас. Можно открыть окно?

— Конечно!

Дона отложила рукоделие, сама отодвинула тяжёлые портьеры, открыла обе створки, пуская в комнату солнце и свежий воздух.

— Я сейчас прикажу вам бульон принести! И паштет. Наша повариха такой паштет делает, детей от него за уши не оттащишь! Вкуснее всех сладостей! Я сейчас распоряжусь!

Юркая, тонкая, несмотря на возраст, по которому она была ровесницей матери Невзора, дона Шаль в мгновение ока налила из графина воды, подала гостю стакан и легко и быстро выпорхнула из комнаты.

— Спасибо, — проговорил Невзор в пустоту, осторожно прислушиваясь к своему самочувствию.

Что ж, одна рана пустяковая, другая посерьезнее. Бывало и хуже. Правда, лучше тоже бывало. Генерал привстал, пытаясь определить степень своей неподвижности, сполз к краю кровати, поставил ноги на пол. Так, главное, чтобы удержали…

Открылась дверь.

— Сид Гарне! Что вы делаете!

Человек в форме кинулся к нему. Следом зашла, причитая, жена доктора.

— Да к нему же нельзя! Ну что вы! Он слаб ещё!

Следователь усмехнулся:

— Слаб! Уже рвется в бой!

Невзор не стал обсуждать, куда он рвался на самом деле.

— Простите, вы не представились.

— Да, конечно. Следователь военного отделения службы охраны правопорядка Ярослав сид Нек. Мне нужно вас расспросить по поводу инцидента, произошедшего с вами вчера вечером.

— Хорошо. Садитесь. Не надо стоять надо мной, не волнуйтесь, я не собираюсь вставать, а затем оседать на пол, словно девица на душном балу. Дона Шаль, распорядитесь насчёт чая, будьте так любезны.

Растерянная женщина (наверно, Мир дал ей строгое указание к больному никого не пускать), немного расслабилась и поторопилась спустится к слугам. Жена доктора за всем любила следить лично.

Гость сразу перешёл к делу.

— Итак, первый вопрос: вы знаете, кто это был? Свидетельница сказала, что пистолет держала девушка. Это так?

Невзор вздохнул. Ох, Светласка, что ж ты наделала! Глупая девочка! Куда ввязалась? Никогда бы ты сама не додумалась до такого. Стреляла полным ненависти взглядом, да было дело, но не пулями.

— Сид Гарне?

А ведь это ты виноват, Невзор. Ты повесил ее отца. Из-за твоего поручения убили ее бабушку. И теперь девочку арестуют тоже из-за тебя. Справедливость превыше всего, да?

— Генерал? Так вы знаете, кто это был?

Невзор посмотрел на человека, застывшего в ожидании его ответа, тяжёлым взглядом.

— И да, и нет. Дело в том, что мне показалось, что это была Светласка дон Слав. Но я точно знаю, да и хозяин этого дома, доктор Шаль подтвердит диагноз: эта девушка не может ходить. И современная медицина бессильна ей помочь. Но та, кто в меня стреляла, не только стояла на своих ногах, но и могла на них свободно передвигаться. Возможно, то, что черты лица показались мне знакомыми — лишь бред раненого, навеянный тем, что в этот же день я узнал, что мою знакомую Милену дону Слав убили, а ее внучка пропала без вести.

Следователь удовлетворённо кивнул, самолично записывая пространное объяснение раненого на казённую бумагу. Металлическое перо скрипело при каждом нажатии.

— Хорошо. Ещё вопрос —…

Оказалось, сид Нек имел в запасе ещё много вопросов. У Невзора за годы службы изрядно натренировалось терпение, сейчас же даже оно готово было лопнуть, когда следователь в пятый раз стал спрашивать о том же самом. Но, опередив генерала, первой возмутилась дона Шаль, доведённая до отчаяния самовольным поведением больного и наглостью допрашивающего его следователя.

— Нет! — она решительно стала между Невзором и сидом из службы правопорядка. — Вы это уже спрашивали! А он раненый, между прочим, ему уход нужен! И спокойствие. А вы человека тревожите. И поужинать ему не даёте!

Под напором женщины суровый мужчина немного смутился. Неудивительно: мягкая, простая в общении, жена одного из лучших докторов столицы при желании (а по большей части по поручению мужа) превращалась в строгую непреклонную статую, способную убедить кого угодно в чем угодно. Не зря же она с мужем прошла почти все войны, во время которых он работал в госпиталях, изгнание в далёкую провинцию после смерти одного именитого пациента и триумфальное возвращение обратно после хирургической помощи господаревым родственникам. Эта женщина видела горы мертвых солдат, подавала мужу пилу, когда было необходимо отрезать раненому загнившую ногу или руку, и зашивала животы после того, как уложила кишки обратно внутрь. Эта женщина вырастила троих детей и теперь радовалась пятерым внукам. Она многое умела и многое видела. Гораздо больше столичных офицериков, половина из которых если и стреляла в человека, то на какой-нибудь глупой дуэли. Маменькины сыны, записанные на "теплое" местечко в Стольграде благодаря деньгам или связям. За недолгое пребывание в должности интенданта столицы, Невзор повидал таких не мало. Но и мужчины постарше часто робели перед доной Шаль, когда она сурово сводила брови.