Чтение онлайн

— Надежда на посулы, что ему будут приносить за правильные решения! — фыркнула Береслава, с излишней эмоциональностью разрезая кусок мяса на тарелке. — Может, и насобирает сестрам на новые платья. Подло подсиживать претендента с твоим опытом! Они нисы от силы два столетия! Драгомир — всего лишь шаловливый ребенок! "Учился в столице." Увольте, что в этом хорошего? А то неизвестно, что эти студенты больше дам обхаживают, пьют и хулиганят, чем учатся. А ты — мудрый, благородный, честный человек! Со строгими принципами! С безупречной родословной! Твои рекомендации — само твое имя и процветающие под руководством нашего рода деревни! Я уверена, если вены Силь не справятся с возникшими проблемами, лучшей кандидатуры, как мы, на роль стардов Блотоземья не найти!

Бажена, гулявшая утром до соседней деревни, вспомнила разговоры крестьян и обратилась к матери:

— Мама, дочка старосты Бороздки сказала, что они не смогут сдать нужное количество налогов. Низинные поля затопило, это почти треть засаженной зерновыми территории. Я обещала…

— Жена! — воскликнула Слава, перебивая дочь. — Я поражена! Как ты можешь что-то обещать от имени рода? Если людям надо, они придут и поговорят об этом с отцом! Ты же ничего не смыслишь в этих делах! Что ты там наговорила?

Бажена опустила взгляд в тарелку.

— Я сказала, мы можем снизить объемы требуемых выплат.

— Как ты себе это представляешь?

Девушка смяла разложенную на коленях салфетку. Да, это не женское дело. И тем более не ее. Просто до старостовой дочки ей встретилась вдова Мила с тремя оборванными голодными малышами, вот и слетело с языка…

— Мы можем не заказывать мне новые платья.

Тем более, что их эскизы казались ей ещё более уродливыми, чем то, что она носила сейчас.

— Мы закажем тебе новые платья! — непререкаемым тоном сказал отец. И вдруг улыбнулся. Бажена не видела этого, она смотрела в тарелку, но чувствовала по изменившимся интонациям папиного голоса, что тот весел. — Так вот, дамы, моим вторым попутчиком был некий Вадим вен Борз, молодой человек, ехавший из столицы в Малахитовый дом погостить у стардов вен Силь. Прекрасно одет, безупречен в манерах, молод — на вид ему 30–32 года. И главное — он холост.

— Тот самый вен Борз? Сын министра? — удивилась Береслава.

— Именно.

Мать тут же посмотрела на Бажену.

— Ну, Жена! Что ты сидишь печальная? Радуйся — мы едем в гости. Завтра же пошлю весточку Либене. Уж я знаю, как написать так, чтобы нас непременно пригласили на ужин.

Бажена согласно кивнула. Она не любила поездки в Малахитовый дом. За неимением лучшей кандидатуры, именно в Чеславе вен Силь матушка видела своего будущего зятя. Сама девушка мрачного мужчину боялась. Неразговорчивый, хмурый, ласково смотрящий только на свою мачеху, он вряд ли мог стать для нее хорошим мужем. Да ещё эти его короткие, толстые, совсем не аристократические пальцы, вызывающие у "невесты" подсознательное отвращение…

— Я рада, матушка. Можно я схожу завтра к донам Тих в гости? Ведь погода улучшилась.

— Поначалу. А потом ухудшилась. И вне зависимости от погоды, я не вижу причин, по которым ты могла бы посещать этих девиц.

Мать недовольно ковыряла ложкой в тарелке. Безразличие дочери к своему будущему, ее холодность по отношению к собственным родителям иногда изрядно бесили Береславу вен Хлад.

— У них замечательный инструмент, мы музицируем. Я возьму с собой кого-нибудь из горничных.

— Пианино?

— Нет. Эт…

— Благородный инструмент — пианино. Не стоит перенимать купеческие привычки, дорогая. Я понимаю, ты хочешь облагодетельствовать девиц, оказывая им некоторое покровительство, подобная доброта похвальна, но не стоит растрачивать на чужих людей так много внимания. Лучше мы проведем завтрашний день вместе.

— За музыкой? — удивилась Бажена. Она знала, что если сама она любит подобное времяпрепровождение, то матушка "всю эту трескотню" не выносит. За исключением приемов и балов, естественно.

— Что ты! Гораздо лучше. За обсуждением платья. Мы завтра же вызовем портниху. Или предпочтительнее съездить в город самим? — Береслава посмотрела на мужа. Тот кивнул.

— Непременно. Съездим завтра в Нахолмье.

Бажена кивнула, принимая информацию к сведению, и тоскливо посмотрела за окно.

— Лимонное.

— Оно тебя бледнит.

— Тогда розовое.

— Говорят, над розовым сейчас все смеются.

— Бежевое.

— Бажена! Отец мой, ты можешь выбрать нормальную ткань?

— Персиковый?

— Дона Умн, давайте сделаем красное. И изумрудное. Чтобы моя красавица прямо в глаза бросалась посреди толпы!

— Уважаемая, может лучше действительно бежевое?

— Вы, кажется, здесь принимаете заказы, а не даёте, верно?

— Конечно. Значит, одно алое и одно изумрудное. С оборками по лифу.

— Совершенно верно! Будет очень красиво!

Красиво… Бажена смотрела на себя в зеркало, и ей хотелось плакать. Она не считала свои наряды красивыми. Иногда ей было стыдно выходить в свет в тех платьях, что заказывала ей матушка. Но переспорить мать было невозможно. Та полагала что знает, как выглядеть модно. Бажена ненавидела слово "мода".

— Анджей, вставай! Пора в шляпный!

Пара шагов по Швейной улице — и глаза останавливаются на прелестном шляпном магазинчике с гостеприимно распахнутыми для посетителей дверьми. Он маленький, но зато на витрине…

— Жена! Идём! Что ты застыла?

— Может быть купим это? К изумрудному платью?

— Отец! Кто знает эту лавку? Пойдем в "Шляпное царство", это известнейший магазин провинции!

Бажена бросила прощальный взгляд на понравившийся головной убор и шагнула следом за мамой.

В "Шляпном царстве" их встретили яркие краски, цветы, перья, ленты и вежливая девушка в просто голубом платье. Бажена с завистью оглядела скромный наряд торговки.

— Добро пожаловать! Что предпочитаете?

— Мне…

— Ей для начала вон то украшение к причёске. Да, с перьями.

Бажена посмотрела на яркое разноцветье почти полуметровой высоты с ужасом.

— Мама, оно не подойдёт под платье.

— Подойдёт. Под то золотое, что мы тебе заказывали на прошлый праздник. Ты же его так и не надела, так что оно совершенно новое. Выйдешь в нем куда-нибудь.