Чтение онлайн

– Поехали, а то опоздаем, – теперь Ольга отвернулась от него. – Я постараюсь… сдержать его.

– Интересно, каким образом? – уже без усмешки ответил Олег и завел мотор.

Ольга еще не знала, как станет терпеть эту пытку, находясь с ними несколько месяцев на одной съемочной площадке. Интересно, а в договоре было прописано то, что она должна? Юристы Олега явно предусмотрели этот пункт или что-то подобное.

Никогда еще Ольга не чувствовала себя так отвратительно и не предполагала, что такое когда-нибудь случится. Это больше в Наташином стиле. Но теперь подруга вроде как счастлива, а Ольга оказалась, возможно, перед самой большой дилеммой в жизни. Всегда же знала, что правильно и как, но сейчас вдруг осознала, что в жизни этой правильности нет.

Что правильно? Школа, потом высшее образование и карьера? Или сразу после школы выйти замуж, родить нескольких детей и забыть о работе при условии, что муж станет опорой? Кому что… У всех свои приоритеты и свои цели. Но если этот муж бросит тебя на пороге сорокалетия, оставив с алиментами и полной неподготовленностью к жизни – что тогда делать? Без образования, без перспектив? Где найти золотую середину?

Ольга помнила, как на дне встрече школьных выпускников многие одноклассницы, слегка перебрав, плакались, что живут с мужьями-тиранами и изменщиками только ради денег. Нет, их избранники не были миллионерами, но в одиночку несчастные девушки с одни-двумя-тремя детьми бы не справились. Тогда-то Ольга и поняла, что не стоит ни на кого надеяться, только на себя.

– Мы приехали, – вывел Олег ее из раздумий и улыбнулся, так мило, что не улыбнуться в ответ было невозможно.

Ольга вышла из машины и тут же увидела Толика, который, бросив недокуренную сигарету, поспешил им навстречу.

– Привет, – поздоровался он и даже расцеловал Ольгу в обе щеки, а потом подлетел к Олегу и завопил: – У нас тут пара проблем! – потащив его к павильону.

– И кто тебя сейчас так страстно облобызал? – услышала она над самым ухом знакомый голос и резко обернулась.

Роман стоял, облокотившись на машину и даже не боясь испачкать свою белую футболку. Его лицо опять выражало… ничего.

– Привет, – сказала Ольга.

– Бывший утешил вчера? Ночевал тоже у тебя?

Она подошла к нему близко, ткнув пальцем в грудь, и собрав остатки здравомыслия в кулак, сказала:

– Прекрати! Мы приехали сюда работать, а не выяснять отношения, так что, будь добр, сосредоточься на этом и не выкидывай номера.

Роман смотрел неотрывно на ее палец, который дотрагивался до него, уже мысленно развернул Ольгу к машине и, стянув эти короткие шорты, поимел. Стоп!

– А если мы сейчас где-нибудь уединимся? – спросил Островский, наклонившись к ее уху.

Да! Да! Да!

Это кричали инстинкты и желание. Они пульсировали в теле и голове, заставив просто обмякнуть в его руках. Почему? Почему он делал ее слабой? Слабости Ольга все-таки не признавала. Зависимость… Как морфий для умирающего от боли пациента, так ей нужен был Роман.

Нет! Терпеть!

– Мы работаем, – повторила Ольга.

– Извините, что прерываю…

Она чертыхнулась и, сделав шаг назад от Островского, повернулась к Олегу, который появился, как черт из табакерки.

– …Я забыл, кажется, закрыть машину, – продолжил Олег.

Он щелкнул брелком сигнализации и улыбнулся так, как, наверное, это делают маньяки. Улыбка вроде была доброжелательной и приветливой, но… Но… Что-то в ней было убийственное, негативное, и Роман не мог этого не заметить.

– Олег Викторович, – радостно, но с показушной наигранностью пропел Островский.

– Роман Сергеевич, – кивок в ответ и убийственный взгляд.

Они не подали друг другу руки, даже не пытались скрыть свою неприязнь, и Ольга это заметила.

Заметила и поняла – эти съемки будут тяжелыми.

Глава 24

Казалось, что было слышно только Толика, когда они вошли в павильон. Он кричал, жестикулировал, командовал…

Роман с интересом осмотрелся – бывать на съемках ему никогда не приходилось, и сейчас даже желание уединиться где-нибудь с Ольгой отступило на второй план. Сразу появилась идея описать в новой книге этот процесс, даже сюжетные линии уже начали выстраиваться в голове. Только надо узнать название всех профессий и атрибутов, необходимых для съемочного процесса.

– Как это называется? – спросил Островский у Ольги и указал на огромный осветительный прибор.

Она задумалась и через минуту ответила:

– Вроде бы прибор студийного освещения, а вот уже насадки на него называют какими-то американизированными словами.

– А зачем насадки?

– Для мягкого рассеивания света, чтобы не было бликов, для бестеневой съемки и чего-то там еще. Если интересно, то об этом лучше спросить у Олега, Толика или кого-то из группы осветителей.

– Что у меня спросить? – подлетел к ним вышеупомянутый Толик и доброжелательно улыбнулся Островскому.

– Названия насадок на осветительные приборы, – ответила Ольга.

– Вы Роман Сергеевич? – спросил помощник Олега и, дождавшись утвердительного кивка в ответ, протянул руку. – Я Анатолий, – представился он.

Островский пожал Толику руку и сдержанно ответил:

– Очень приятно.

– Читал вашу книгу. Достойно, очень достойно. Обязательно попрошу у вас автограф. Как-нибудь за чашкой кофе или чего покрепче расскажу вам об осветительных приборах и других интересных съемочных вещах, а вы мне ответите на пару вопросов о своей книге.

Роман улыбнулся и кивнул.

– Толя! – рявкнул Олег, подходя к ним. – Иди работать, а дифирамбы литературным гениям будешь петь в свободное время.

– Что это с ним? – удивленно шепнул помощник Ольге, а та только пожала плечами в ответ. – Может, ему бабу найти? Ладно, побежал я, нечего гневить начальство.

Толик быстро смылся, а Роман холодно улыбнулся подошедшему Олегу и поинтересовался не без сарказма:

– Что же вы, Олег Викторович, так с подчиненными? Настоящий диктатор. Вы и по жизни так? Тогда понятно, почему Ольга с вами не дошла до ЗАГСа.