Чтение онлайн

11. Оппозиция не упускает возможности напомнить властям, что причиной отставки Л. Тер-Петросяна в 1998 г. было именно озвучивание бывшим президентом Армении своего видения путей урегулирования конфликта.

12. В декабре 2006 г. ГА ООН отказалась удовлетворить эту просьбу.

13. «До выборов в Национальное собрание активного переговорного процесса не будет. Основная причина в следующем: использование карабахского вопроса в предвыборной борьбе считаю безнравственным. Даже самые лучшие предложения попытаются дискредитировать, если эти предложения и обсуждения будут в предвыборный период. Именно по этой причине было бы правильнее продолжить процесс более активно после выборов». Интервью президента Армении Р. Кочаряна корреспондентам армянских телеканалов 15 декабря 2006 г. http://news.president.am/rus/?sub=press&id=96&year=2006

14. В ночь с 9 на 10 декабря по обвинению в подготовке государственного переворота сотрудники Службы безопасности Армении задержали командира отдельного батальона «Шуши», координатора общественной организации «В защиту освобожденных территорий» Ж. Сефиляна.

15. Асимметрия в отношениях с Грузией определяется в первую очередь тем, что при отсутствии транспортных магистралей с Азербайджаном и Турцией, а также в складывающейся ситуации вокруг Ирана Грузия является единственным сухопутным коридором для Армении. Кроме того, именно по территории этого государства осуществляются поставки российского газа в Армению. Выход на Иран и арабский мир, который могла бы обеспечить Армения, для Грузии сегодня неактуален.

Левон Бархударян, Гайк Барсегян, Армен Егиазарян, Кеннет Мунтер

На первый взгляд ситуация с интеграцией в мировую торговлю в Азербайджане и Армении выглядит вполне благополучной, хотя, исходя из более высокой доли производства товаров в структуре ВВП и сравнительной неразвитости сферы услуг и торговли услугами, соответствующие показатели соотношения торговли услугами к товарной торговле значительно ниже среднемировых, а также средних для стран ЕСА и стран с высоким доходом. Уровень интеграции Грузии в систему мировой торговли в 2003 г. был примерно в два раза ниже, чем для остальных двух стран, являясь, таким образом, наименее интегрированной в систему мировой торговли страной Южного Кавказа. Однако благодаря своему стратегическому месторасположению основной статьей экспорта Грузии является оказание транспортных услуг. Армения, с другой стороны, несмотря на очень высокие транспортные расходы, может считаться наиболее интегрированной страной на Южном Кавказе.

Однако более детальный анализ структуры, номенклатуры и уровня концентрации внешней торговли стран Южного Кавказа показывает, что при исключении основных продуктов экспортной специализации и связанного с ними импорта (нефти и продуктов нефтедобычи для Азербайджана, алмазов и бриллиантов для Армении и транспортных услуг для Грузии) соответствующие показатели уже значительно ниже.

Несмотря на сравнительно низкие уровни таможенной защиты (в Армении он соответствует среднему для стран ОЭСР, в Азербайджане находится на среднем уровне стран с переходной экономикой, а в Грузии соответствует среднему для развивающихся стран), уровень интеграции всех трех стран в систему мировой торговли при исключении основного продукта экспортной специализации уже значительно ниже, чем средняя для стран с переходной экономикой. Ситуация с экспортной составляющей оказывается значительно хуже, и основной причиной этого является очень высокая концентрация экспортоориентированного роста в весьма ограниченном количестве экономических секторов.

К примеру, в Армении ювелирная промышленность и обработка алмазов обеспечивала в 2003 г. 40,3 % всего и 51 % товарного экспорта, в то время как доля этого сектора в добавленной стоимости и занятости обрабатывающей промышленности составила в том же году только 7,5 % и 3,6 % соответственно. В Азербайджане сектор нефтедобычи обеспечивал в 2003 г. 74,7 % всего и 86 % товарного экспорта, производя около 26 % ВВП (в 2002 г.). В нем было занято около 60 000 человек (2,7 % занятости в несельскохозяйственном секторе, или 23,8 % занятости в промышленности)1. В Грузии экспорт транспортных услуг составлял в 2003 г. примерно половину экспорта услуг и 23 % всего экспорта. В транспортном секторе производится 12 % ВВП и занятость составляет около 9 % всей несельскохозяйственной занятости2.

Такая высокая концентрация экспорта, а следовательно, и процессов развития в относительно небольших секторах делает эти страны чрезвычайно чувствительными к внешним воздействиям и изменению условий торговли, в то же самое время не позволяя им эффективно перераспределять плоды экономического развития вне узких групп, которые непосредственно участвуют в процессах развития. Относительный и абсолютный разрыв в уровнях экспорта между странами Южного Кавказа с другими группами стран достаточно велик и становится огромным, когда мы не рассматриваем основной продукт их нынешней экспортной специализации. Так, например, для Азербайджана уровень экспорта (без нефти) примерно в 6 раз меньше средней для стран ЕСА, а для Армении и Грузии – более чем в 2 раза меньше.

С учетом этого долгосрочным приоритетом экономической политики для всех трех стран должен стать постепенный и постоянный рост уровня интеграции в мировую торговую и экономическую системы путем существенной диверсификации их производства и экспорта, что потребует согласованных действий во многих сферах, включая политику внешней торговли, улучшение качества бизнес– и инвестиционного климата, институциональные преобразования, аппроксимацию европейского законодательства, повышение качества государственного управления и т. д.

В начале 90-х, с распадом бывшего СССР, Азербайджан, Армения и Грузия, так же как и другие бывшие республики СССР, были вынуждены начать процесс весьма болезненного перехода от административно-командной системы управления экономикой к рыночной экономической системе. Распад бывшего СССР оказал драматическое воздействие на состояние экономики и внешнюю торговлю всех трех стран Южного Кавказа. ВВП в Армении и Азербайджане составил приблизительно половину, а в Грузии треть уровня 1990 г. Однако реформы и реструктуризация экономики привели к восстановлению экономического роста в регионе, и с середины 90-х (в Армении – с 1994, в Грузии – с 1995, в Азербайджане – с 1996 г.) в странах Южного Кавказа наступил период восстановительного роста экономики. Наиболее впечатляющая динамика роста наблюдалась в Армении, где в 2004 г. был превзойден уровень ВВП 1990 г., в то время как Грузия достигла около половины уровня 1990 г., а Азербайджан вышел на уровень 88 % по сравнению с 1990 г.

Вследствие структурной и институциональной слабости этих стран (характерной, впрочем, для почти всех постсоветских стран), особенно в начале процесса перехода, резкое падение производства привело к кризису занятости. Появившаяся высокая реальная безработица (как явная, так и в основном скрытая)3 и вызванное этим драматическое падение реальных доходов населения привели к применению соответствующей экономической политики (периодическая индексация зарплаты, пенсий и т. д.), для того чтобы не допустить обвального снижения доходов населения. В условиях системного экономического кризиса это неизбежно привело к падению этих стран в гиперинфляционную спираль. Однако начиная с 1995 г. благодаря жесткой монетарной политике и достигнутой макроэкономической стабилизации удалось существенно снизить инфляцию и с тех пор удерживать ее под контролем (диаграмма 1).

Страны Южного Кавказа унаследовали практически отсутствующую систему регулирования внешнеэкономических отношений. За коллапсом внутреннего советского рынка последовало множество гражданских и политических трений, этнических и военных конфликтов, которые оказали сильное негативное воздействие на восстановление национальных экономик, а также на внутри– и межрегиональную торговлю.

Диаграмма 1.

Инфляция в странах Южного Кавказа (ИПЦ, 2000=100)

Армяно-азербайджанский конфликт по поводу Нагорного Карабаха, конфликты в Абхазии, Аджарии и Южной Осетии, а также в Чечне существенно ухудшили внутрирегиональные транспортные коммуникации. В 1993 г. Турция исходя из политических соображений закрыла границу с Арменией. Большинство из этих конфликтов все еще не нашло своего разрешения, тем самым продолжая свое негативное воздействие на процессы внутрирегионального сотрудничества и существенно удорожая транспортное сообщение между Южным Кавказом и остальным миром.

Одним из важных макроэкономических последствий неразвитости торговых отношений на Южном Кавказе явилось ухудшение состояния текущего счета платежного баланса во всех трех странах региона. В 1997 г., к примеру, дефицит текущего счета во всех трех странах был выше 15 % ВВП. В то время как в последние несколько лет состояние с дефицитом текущего счета в Армении и Грузии постоянно улучшается, в Азербайджане не прослеживается определенной закономерности, что в основном связано с огромным потоком прямых иностранных инвестиций (ПИИ) в нефтяной сектор и строительством нефтепровода Баку-Джейхан.

За последние 5 лет выпуск продукции в Южно-Кавказском регионе рос с очень высокой скоростью. Диаграмма 2 показывает динамику регионального выпуска продукции за 1990–2004 гг. Общий региональный продукт в 2004 г. в рыночных ценах составил 17,3 млрд. долл. США, что в реальном исчислении составляет 74 % уровня 1990 г.