Чтение онлайн

Кстати о неладах с желудком. Таковые, действительно, случаются у зомби достаточно часто. В этом таится один из мелких побочных эффектов, еще одного достоинства зомби-особей. Дело в том, что зомби выработали настолько сильный иммунитет, что им не страшны никакие болезнетворные микроорганизмы. К несчастью, этот иммунитет вызвал недостаток собственных то ли ферментов, то ли полезных для расщепления пищи бактерий в желудке. Так что зомби приходится регулярно компенсировать сей недостаток извне с помощью специальных фармацевтических средств.

Повинуясь указаниям карты помощи, Кирилл на лифте поднялся на первый уровень. Интерьеры центра мало отличались от внутренних видов большинства офисных зданий. Светлые бежевые и пастельные тона настраивали на умиротворение и вселяли уверенность в постоянном благополучии. Единственное, что настораживало и создавало некоторую неуверенность, это толпа зомби обоих полов. Вернее, настораживало не наличие толпы, а то, что у каждого ее зомби-элемента не хватало верхней левой конечности.

В огромном холле, занимавшем, казалось, весь первый этаж центра, организованно толпилось сотен пять зомби. Несколькими ручейками они исчезали в семи проходах и примерно с такой же скоростью появлялись из лифтов. Именно на выходе из лифта с Кириллом случился неудобный инцидент. Карта помощи как раз регистрировала его в очереди на замену, о чем свидетельствовал мимолетный зуд в ухе. Кир слегка замешкался, и в этот момент мимо начала протискиваться миловидная зомби-девушка в дорогом белом платье. Золотые нашивки первой категории нарочито вычурно украшали ее плечо. Ощущение было такое, что девушка просто не видела стоящего перед ней Кирилла. Когда она поняла, что из-за какого-то невидимого препятствия не может выйти из лифта, то с такой силой пихнула это препятствие наличествующей правой рукой, что Кир покачнулся. Ожидать такой силы и наглости от столь воздушного зомби-создания не приходилось.

Однако эффект от толчка вышел совсем не тот, на который рассчитывала зомби-девушка. Из-за непрерывного потока выходящих Кирилл начал заваливаться прямо на милую особу. А поскольку левой рукой остановить падение он не мог, а правой схватиться было не за что, то через мгновение он оказался на полу. Вернее, на полу оказалась зомби-девушка, а он аккуратно улегся сверху. Подобного шока виновница происшествия не испытывала, видимо, никогда. Ярко-голубые глаза ее расширились до неприличного состояния от осознания того, что она лежит в общественном месте в обнимку с неизвестным зомби. Казалось, стоит глазам открыться еще хоть немного больше, и они выпадут из орбит и покатятся по гранитным плитам, как жемчужины. И вдруг она узрела белую бирку на его воротнике. Глаза ее раскрылись еще шире. Предположение Кира не оправдалось, они не выпали. Однако из уст милого создания раздался такой визг, что Кирилл подумал, не сломал ли он ей что-нибудь при падении.

Сам он лежал вполне спокойно и как будто видел себя со стороны. Больше всего его взволновало не само падение, а то, что он оказался рядом с зомби-особью первой категории. Да еще такой красивой зомби-особью. Да еще настолько рядом. Их тела в процессе падения практически переплелись, волосы перепутались, глаза смотрели в глаза, и даже дыхание смешалось. Зомби-девушка приятно пахла земляникой, апельсинами и еще чем-то неуловимо прекрасным. А когда она закричала, запах усилился и окутал его голову благоуханной пеленой. На какой-то миг перед криком из глубины сознания Кирилла даже вынырнула абсолютно неадекватная мысль о реализации инстинкта близости. Разумеется, не здесь, и не в данный конкретный момент, и чисто теоретически…

Отчаянный визг зомби-девушки начисто выбил из его головы все мысли. Его невольная пленница в это время дергалась и извивалась в напрасных попытках выбраться из-под его не самого легкого тела. Однако своими усилиями она скорее мешала ему подняться, чем помогала себе. Между тем поток выходивших из лифта зомби, встретив неожиданное препятствие на полу, запнулся, остановился и скучился, угрожая полной неразберихой. К счастью, подлетевший робот-охранник точными движениями расцепил Кирилла с негаданной половинкой, поднял на ноги и толкнул в одну сторону, а милую еще орущую зомби-девушку в другую.

Кириллу почему-то стало неприятно, что за несколько секунд знакомства ни он, ни она не сказали ни единого внятного слова. Несмотря на визги и тычки, или, наоборот, благодаря им, он был уверен, что не скоро сотрет из памяти эту встречу. В отношении девушки он был убежден в обратном. Кир вообще начал подозревать, что она уже считает, что столкнулась не с живым зомби, а с роботом или цветочной кадкой.

В ухе снова зудело, карта помощи продолжила регистрацию, прерванную встряской, и вскоре выдала номер его прохода. Кир встал в очередь. Очереди – это неотъемлемая часть зомби-общества. Они позволяют зомби поддерживать адекватный психологический тонус и экономят время, которое иначе терялось бы понапрасну.

Кирилл машинально потрогал левое плечо. Так странно, через час-другой на этом месте вновь будет полноценная живая рука. Интересно, а у не-совсем-человеков в отравленных землях отмирают руки? И если да, то как они их заменяют без таких вот центров? И где все-таки он оставил свою натруженную и столь важную для него левую руку?

Очередь двинулась. Стало очевидно, что карта помощи зарегистрировала Кирилла в средний проход. Краем глаза он заметил знакомое уже белое платье. В самой левой веренице зомби стояла его только что обретенная знакомая. Та очередь была существенно короче. Видимо, и здесь перворазрядные имели небольшие преимущества. Очаровательное лицо зомби-девушки было окутано разноцветным сиянием поля зомбифона. Слишком далеко, Кир не мог видеть черты ее лица, но яркая еще память сама рисовала их, такие близкие и четкие.

Сочетание зомбифона и зомби-девушки неожиданно извлекло из столь не к месту услужливой памяти новые данные. Он должен был позвонить Лине, как только доедет. Обычно вытаскивать подобную информацию вовсе не приходилось. Всеведущий инстинкт общения сам включался, приказывал руке активировать зомбифон, и Кирилл, уже видя родную головку постподруги на экране, осознавал, что происходит. Сбои инстинктов начинали уже досаждать. Ничего, с заменой руки они точно закончатся.

Очередь снова двинулась. Кирилл поднял руку с зомбифоном и дал команду набрать Лину. Пока экран не зажегся, его глаза продолжали следить за призывно белым платьем в крайнем левом ряду. Мило улыбающееся (спасибо сериалам) лицо его собственной подруги разорвало этот становящийся все более неадекватным контакт между ним и тем завораживающе белым платьем.

Средней продолжительности беседа с Полиной предоставила Кириллу массу информации, касающейся, в основном, погоды, коллег девушки по работе, их поездок и приобретений, планов на вечер и новостей от тещи, с которой Лина уже успела пообщаться. Когда зомбифон все-таки пришлось отключить, из всего массива сообщенных сведений осталась только одна мысль – у Лины каблук попал в ливневую решетку, видимо, эти данные были самыми важными. Без серьезных усилий их тоже удалось выбросить из памяти.

На табло, что венчало идеально-белые двери прохода, к которому его прикрепила карта помощи, зажегся номер 10151. Это был его номер. Он двинулся к порталу. На входе непонятная сила заставила его оглянуться. Белого платья в крайней левой очереди уже не было видно. Кирилл потянулся к дверям. Ручек на них не обнаружилось. С тихим щелчком они распахнулись, пропуская Кирилла в казенно-бежевый коридор.

Процедура замены рук включала в себя пять этапов. Вначале в стерильного вида лаборатории у Кирилла взяли образцы ДНК. Сделал это очень вежливый медицинский робот, который усадил его в передвижное кресло-бокс, намертво пристегнув защелками, ткнул иглой в район позвоночника, тренькнул сигнальным звонком и неожиданно-глубоким женским голосом сказал: «Благодарю вас». После чего кресло само повезло Кирилла в соседний зал. Там тело зомби просканировали, с целью получения полных телеметрических данных, и отправили дальше в длинный зал ожидания.

Третий этап оказался самым утомительным. В течение почти двух часов он в окружении сотен таких же бедолаг ожидал, пока заготовку причитающейся ему левой руки подгонят под его генетику и телеметрию. Все это время на широких зомби-панелях, скрывавших противоположную стену, транслировались успокаивающие сюжеты о надежности зомби-медицины и качестве выращиваемых в М-полисе рук. Одновременно с этим через микропроколы незаметные щупы, появившиеся из кресла, ненавязчиво обследовали оставшиеся нерастерянными органы Кирилла. Это называлось технической профилактикой, призванной выявить и устранить мелкие погрешности, возникавшие при эксплуатации организма зомби. Впрочем, кроме потери рук, среднестатистические зомби не страдали какими-то серьезными дефектами. Да и потеря рук – это отнюдь не дефект, а способ обновления ключевых инструментов организма.