Чтение онлайн

– Она приедет добровольно.

– Ох, Родионов... Даю пять дней. И учти: эти пять дней могут быть квалифицированы как самоволка. Что скажешь на это?

– Спасибо!

– Ох, Родионов...

Витек

С утра Витек планировал осмотреть бетонную будку недостроенной подстанции, которую в своих планах он предназначал для переустройства под пункт придорожного автосервиса, благо автотрасса проходила в двух шагах. Сосед Колька, мужик рукастый и в настоящее время безработный, виделся в этаком начинании в качестве наемного автослесаря.

Отоспавшись, Витек позавтракал, растолкал страдающего от недосыпа и похмельного недомогания соседа и поехал к руинам прошлой социалистической стройки - позабытой и позаброшенной, подобно миллионам иных на бывшем пространстве канувшей в Лету Совдепии.

Побродив в затхлых бетонных стенах, между куч засохшего дерьма, оставленных придорожной публикой, прикинул, что затраты на реконструкцию и взятки местным властям должны оправдаться в самое ближайшее время, если взяться за дело с умом и приложить к строительству собственные руки.

– Узнай, почем доска, кирпич и три грузовика с бетоном, - отдал распоряжение понурому подчиненному.

– Вить, на бутылочку пивка... как?
– осторожно задал тот вопрос о заветном.

– Вот...
– Витек сунул ему купюру.
– Но учти: еще одна такая просьба и ты уволен. Плачешься, что работы нет? Во, - кивнул на строение.
– Твоя работа. И охотников на нее найдется сам знаешь сколько...

– Я все понял, Вить... Ты человек авторитетный, понимаю...

– Сгинь, паскуда льстивая! И чтобы сегодня с ценами поспел!

После обеда, переодевшись в драные брюки и застиранную рубашку, Витек замешал цемент, принявшись за ремонт разъехавшейся кладки опорного столба под сараем.

Присев на низенький табурет и перемешивая мастерком цемент в старом оцинкованном корыте, неожиданно увидел подтянутого, худощавого человека в аккуратной белой рубашке и модного покроя брюках, проходящего через калитку во двор. В руках человек держал обтекаемый и плоский портфельчик с хромированными застежками утопленных замков.

Зашелся грозным брехом сенбернар Понтяра, выскочивший из-под веранды, где доселе дремал в холодке.

– Место!
– урезонил собаку Витек.

– Простите, Надежда Шепитько здесь проживает?
– поинтересовался незнакомец, и тут же при взгляде на Витька, замершего с мастерком, в глазах его появилась настороженная тень узнавания...

Узнавания! Это Витек уяснил сразу, и дрогнуло беспомощно сердце: достали, влип!

– Ну... здесь, - выдавил хрипло.

Незнакомец, явно и бесспорно мент, внимательно оглядев корыто с цементом, произнес безучастно:

– А вы, значит, хозяин дома?

– Ну...
– Витек откашлялся, не в силах унять внезапную осиплость голоса.

– И давно здесь проживаете, если не секрет?

– Ты знаешь что?
– совладав наконец с судорогой голосовых связок, устало отозвался Витек, опуская мастерок в раствор.
– Ты не юли... Вопросы есть - задавай прямо.

– Хорошо, - согласился незнакомец, доставая из кармана рубашки удостоверение.
– Вот, ознакомьтесь. И... начнем, что ли, с Лехи... Помнишь такого?

– А чем закончим?
– вызывающим тоном спросил Витек, вытирая ладони о рабочие штаны.

– Закончим? Историей, к примеру, как отошел в лучший мир Чума... Хотя едва ли для него он будет лучшим, благодаря земным его похождениям...

– Ага. Ну, тогда слушай, чего уж... Мы ж на территории иностранного государства беседы ведем, так?

– Соображаешь.

– А портфельчик твой... Я извиняюсь, конечно, но в машинку покуда положи и дверцу закрой... Вот так...

Завершив свой рассказ, Витек, с горьким прищуром глядя на приезжего майора из московского РУБОПа, спросил:

– У вас, конечно, свои расклады. Но что моей вины касаемо, то лично я в одном ее вижу: польстился стволы поганые эти продать... Тут - да, каюсь. А что Чуму хлопнул, это мне искупление, а не грех, так рассуждаю. Дальше ваш вывод...

– То есть - в твердой завязке?
– внезапно спросил опасный гость.

– Да. С Россией вот распрощался, это - жаль...

– Портфель из машины вытащить можно?

– Ну-у... вытаскивай.

Покопавшись в портфеле, сыщик извлек из него украинский паспорт. Вручил Витьку:

– Передай Надежде... Ее.

– А она уже новый выхлопотала...

– Значит, на память.

– Так что, гражданин начальник, прощаемся или до свидания?

– Честно?

– Конечно, я ж не кривил...

– Ну что ж... В Москву тебя калачом не заманишь, а заманишь - будешь в несознанке, верно?

– Обязательно.

– Значит, считаешь, что совесть твоя чиста? Зря. Из маузера, который ты соседу своему Юре продал, он женщину убил и ребенка. Женщине должен был деньги, а ребенок свидетелем оказался...

– Да ты чего лепишь?

– Ладно, клади цемент без халтуры... Для себя же, поди, стараешься?

– Это так...

Майор Родионов

Приехав в благостный украинский городок, где проживала Алла, Родионов без труда устроился в дешевой и полупустой местной гостинице, откуда, побрившись и сменив рубашку, первым делом отправился к представителям местной милиции.

Свое посещение иностранной провинции в состоявшемся разговоре с начальником уголовного розыска объяснил тем, что гостил у знакомых в Донецке, а после завернул сюда, где, по слухам, можно провести недельку отпуска, предавшись лову крупного сома в живописных рыбных местах. А как не навестить при этом коллег-единомышленников? Даже неудобно не представиться... Тем более подскажут, посоветуют... А если главный сыщик городка не возражает, то хорошо бы и отметить знакомство в каком-нибудь ресторане... Выбор ресторана, естественно, за всезнающим местным милиционером, а угощает, столь же естественно, он, майор Родионов...

От приглашения провести вечер в компании своего московского коллеги сыщик не отказался, и вечер в ресторане провели на славу.

Выпили крепко, от души.

– Видел тут одну дамочку... Очень, скажу тебе, даже...
– доверительно проговорил Родионов, поднимая очередную рюмку.
– Обменялись с ней взглядами... Ну... в общем, хотя и в зрелом возрасте тетя, а весьма... Хочу познакомиться.

– Где живет?
– деловито осведомился компетентный собеседник.

– Там то ли водокачка, то ли... Через улицу от гостиницы. А рядом с водокачкой - дом двухэтажный, желтый...