Чай для господина Ли
Шрифт:
— Вон та! В розовом! Нет, не она сама... её служанка! Та, что стоит за ней!
Все головы повернулись к Чэнь Юй. "Невинный персик" побледнел так, что стал похож на мел. Её служанка, стоявшая в тени, попыталась сбежать, но стражники перекрыли выход.
— Это клевета! — взвизгнула Чэнь Юй. — Я дочь министра! Как вы смеете слушать этого грязного торговца?!
— А еще, — добавил Мо Тин, доставая из кармана ту самую бусину из розового кварца, которую мы нашли в саду после диверсии. — Мы нашли это на месте нападения на сад госпожи Вэй. Это часть вашей подвески, мисс Чэнь.
Пазл сложился.
Я посмотрела на Матушку Чжао. Она была в шоке, она-то думала, что действует сама, или с помощью какого-то тайного доброжелателя, который передал ей яд через подставных лиц. А оказалось, что её использовала девчонка, которую она хотела сделать невесткой.
Чэнь Юй использовала Матушку Чжао, чтобы убить меня и Цензора, уничтожить Клан Ли и расчистить путь для своего отца.
— Ты... — прошептала Матушка Чжао, глядя на Чэнь Юй. — Ты дала мне эту шкатулку с благовониями... Ты сказала, это «успокаивающий сбор для гармонии»... Ты сказала, это поможет Цензору расслабиться и принять наше прошение...
Чэнь Юй поняла, что тонет, и решила утащить всех с собой.
— Да! — крикнула она, и её красивое лицо исказилось в уродливой гримасе. — Да, это я! Потому что вы все — идиоты! Клан Ли должен был исчезнуть! Ваш чай устарел! Ваш глава — слабак, влюбленный в эту деревенщину! Мой отец должен контролировать Гильдию!
Она выхватила кинжал из рукава и бросилась... не на меня, на Ли Цзы Фана.
Мужчина был в кандалах, и не мог уклониться.
— Нет! — закричала я.
Время замедлилось, я видела блеск стали, видела расширенные глаза мужа.
Но Ван Юй оказался быстрее.
Он метнул свой веер, сложенный, как дубинку. Тяжелый костяной веер с металлическими вставками ударил Чэнь Юй по запястью.
Кинжал звякнул об пол.
В следующую секунду Мо Тин уже скрутил её, прижав лицом к камням.
— Взять её! — заорал судья, опомнившись. — И служанку! И старую ведьму Чжао тоже!
— Я не виновата! — выла Матушка Чжао, когда стражники тащили её прочь. — Меня обманули! Цзы Фан, сынок, скажи им! Я твоя мать!
Ли Цзы Фан стоял неподвижно. Стражники снимали с него кандалы. Он потер запястья и посмотрел на женщину, которая воспитала его, пусть и ненавидела.
— Ты мне не мать, — сказал он тихо, но в тишине зала это прозвучало как приговор. — Ты уничтожила наследие моего отца, предала наш рода. Пусть суд решит твою судьбу.
Матушку Чжао уволокли. Чэнь Юй, плюющуюся ядом и проклятиями, тоже.
Зал взорвался овациями. Толпа любила такие повороты. Только что они кричали «Ведьма!», а теперь скандировали: «Слава Чайной Императрице! Слава Справедливости!»
Ван Юй подошел ко мне, он улыбался своей фирменной полуулыбкой.
— Эффектно, — сказал он. — Курица, конечно, пострадала зазря, но наука требует жертв.
— Спасибо, — я протянула ему руку. — Вы спасли нас.
— Я спас свои инвестиции, — он пожал мою руку. — Не забывайте, у нас контракт. Картель. Я жду вас завтра у себя для обсуждения деталей монополии.
Он подмигнул и ушел, оставив нас с Ли Цзы Фаном одних посреди хаоса.
Ли Цзы Фан шагнул ко мне, в его глазах стояли слезы, он обнял меня, не обращая внимания на судью, стражу и толпу.
— Я думал, что потерял тебя, — шептал он, зарываясь лицом в мои волосы. — Прости меня, я не смог защитить тебя.
— Ты тоже все время защищал меня, — ответила я, обнимая его в ответ. — А сегодня моя очередь. Мы партнеры, помнишь?
— Партнеры, — он отстранился и посмотрел на меня. — И не только.
Он повернулся к судье.
— Господин судья! Моя жена доказала свою невиновность. Мы свободны?
— Абсолютно! — судья, уже предвкушающий, как он напишет в отчете, что "раскрыл заговор министра Чэнь", сиял. — Клан Ли полностью оправдан! Более того, Империя компенсирует вам моральный ущерб из конфискованного имущества семьи Чэнь!
Мы вышли из Зала Суда на залитую солнцем площадь.
Там нас ждала Сяо Лань, девчушка прыгала от радости, размахивая флагом с логотипом «Жемчужины Дракона».
— Они свободны! Свободны! Бесплатный чай всем в честь победы!
Толпа ревела от восторга.
Я вдохнула свежий воздух. Он пах не пылью и кровью, а свободой и возможностями.
Враги повержены. Чэнь Юй в тюрьме. Матушка Чжао в опале, скорее всего, её сошлют в монастырь. Мы получили компенсацию и очистили имя.
И у нас есть союзник в лице Ван Юя.
— Домой? — спросил Ли Цзы Фан, беря меня за руку.
— Домой, — кивнула я. — Мне нужно принять ванну и выпить чаю. Нормального чая, без яда и куриц.
Мы шли сквозь толпу, как короли. И я знала: это только начало. Теперь, когда у нас развязаны руки, мы построим настоящую Империю.
Но сначала... сначала я хочу просто поспать в своей кровати, рядом с любимым мужем, и знать, что завтра меня никто не попытается убить.
Хотя... зная этот мир, я бы не расслаблялась.
[Арка «Суд и Предательство» завершена.] [Получено достижение: «Адвокат Дьявола».] [Репутация: «Легенда Столицы».] [Новый статус: Глава Клана Ли (де-факто).]
Я улыбнулась Системе.
Глава 17
Первое утро на свободе пахло не сыростью темницы и не гарью битвы, а свежими булочками с кунжутом и жасмином.
Я проснулась в своей постели — широкой, мягкой, застеленной свежим шелком. Солнце нагло било сквозь резные ставни, рисуя на полу золотые узоры. Рядом со мной, уткнувшись лицом в подушку, спал Ли Цзы Фан. Его длинные черные волосы разметались по белоснежной простыне.
Я замерла, любуясь им. Во сне исчезла суровая складка между его бровей, которую я привыкла видеть за последние месяцы. Сейчас он выглядел моложе, беззащитнее.
— Если будешь так долго смотреть, я начну брать плату за просмотр, — пробормотал он, не открывая глаз.
— А у тебя высокие тарифы, глава клана? — я провела пальцем по его плечу.
Он перехватил мою руку, потянул на себя и, открыв один глаз, хитро улыбнулся.
— Для тебя — спецпредложение, оплата поцелуями.
Мы рассмеялись, и этот смех был лучшим лекарством от пережитого кошмара. Но идиллию прервал деликатный, но настойчивый кашель за дверью.
— Хозяин... Госпожа... — голос Мо Тина звучал виновато. — Простите, что прерываю. Но... к воротам прибыла делегация Клана Ван. Они говорят, что господин Ван Юй ждет вас для подписания «того самого документа». И он очень недоволен, что ему приходится ждать.