Чтение онлайн

— Ну-ка, дай мне попробовать.

Парень подскочил от холода воды, вылитой ему на голову.

Резко протрезвев, шокированный лорд начал бросать взглядами по всей комнате. Там он обнаружил смиренно стоящую Кальвану с ее невозмутимым выражением лица и ехидно улыбающегося старика Пэстилаэйя.

— А я предупреждал, чтобы ты был готов.

У Мэнэнлаэйя дернулся глаз. Юноша мысленно выругался и тут же постарался взять себя в руки.

Кальвана отошла.

— Извините, зачитался…

— Ничего. Ну… Пойдем.

Алийка вернулась в комнату с полотенцем в руках.

— Вот, господин.

— Благодарю.

Мэнэнлаэй протер голову.

— Завтрак уже готов. Мастер Пэстилаэй, Вы присоединитесь?

— Нет. Это ни к чему. Пойдем, мальчик.

— Когда-то Вы твердили, что на пустой желудок мечом не помашешь.

— Ну так мы и не идем махать мечом. Давай скорее, иначе не буду помогать.

— Иду…

Мэнэнлаэй посмотрел на Кальвану.

— Вы будете здесь?

— Да, до вечера я останусь здесь.

— Хорошо. Спасибо. Извините, что силы, затраченные Вами на завтрак, оказались потрачены впустую…

— Ничего. Это моя работа.

Юноша и мастер покинули дом, отправившись в сторону здания с куполом.

— Разве нам в эту сторону? — удивился лорд.

— А что?

— Ну… Мост же в другой стороне.

— Не терпится стать закуской для чудных зверьков подземных лесов? Рано пока туда идти. Во всяком случае, вдвоем. Хочешь, можешь один сходить.

— Тогда куда мы?

— Увидишь.

Старик и юный лорд миновали здание с куполом и подошли к южной границе Оркадама, за которой находились карьеры и шахты серых эльфов. Там расположилась площадка с лифтами, подобным тем, что Мэнэнлаэй видел у входа в подземный город, спусками, подъемниками и ангарами, в которые въезжали забитые рудой повозки и из которых выезжали фургоны с разного рода металлическими изделиями. Эльфы вошли в один из спусков и долго шагали по винтовой лестнице. С каждой минутой температура повышалась.

— Жарковато здесь, — юноша помахал воротом рубахи.

— Это да. Ты же заметил, что в Оркадаме совсем не холодно, хотя он находится достаточно глубоко под землей.

— Да. Я думал это благодаря Миндалитовому солнцу.

— Что? Серьезно? Хотя чему я удивляюсь. Лорды нынче не такие сообразительные, как во времена моей молодости…

Мэнэнлаэй поджал губы.

— Выглядит, конечно, это чудо внушительно. Словно Солнце, распластанное по потолку пещеры, но само по себе это нагромождением кристаллов не светит, как и не греет ничего.

— Теперь я понимаю. Значит источник тепла находится внизу.

— Ага.

— И что это?

— Увидишь.

Несколько минут эльфы молча спускались. Взгляд Мэнэнлаэй был прикован к хромающей ноге мастера.

— Учитель…

— А?

— У меня есть вопрос.

— Давай.

— Не знаю… Я еще вчера спросить хотел, но, наверное, немного неприлично о таком…

— Не тяни.

— Ваша нога… Что с ней случилось?

— Обыкновенное ранение. Ничего особенного. Заживет до момента, когда мы покончим с твоими тренировками.

— Обыкновенное ранение… Звучит печально.

— Нечего мальчику забивать голову тем, что ей неподвластно переварить.

— Рано или поздно я ведь столкнусь с этим. Лучше быть подготовленным.

— Подготовленным? К такому невозможно подготовиться.

— Война — это так страшно?

— Страшно? Нет. Разве что только по началу — как и много чего другого.

— Тогда как? Как Вы опишите войну?

— Я? Хм… Как средство развлечения?

— Как средство развлечения? — брови Мэнэнлаэйя высоко подскочили. На секунду молодой лорд даже разозлился, но тут же обуздал свой гнев.

— Да, что-то типа того.

Парень задумался, пытаясь разгадать суть столь странного ответа, но, так и не найдя объяснения, решил попробовать получить его у мастера.

— Разве можно называть такое — развлечением? Отец никогда не возвращался из своих походов веселым, даже если они были успешными. Моя семья… Она погибла из-за войны. Разве это все развлечения?

— Ну я — это я. Ты — это ты. А что, по-твоему, война для солдата в первых рядах, что погиб от стрелы, даже не добежав до вражеского строя? Это тоже не назовешь развлечением, да. А для матери, что провожает единственного сына на убой? И здесь бы ты оказался прав. Но есть и те, для кого это специфика работы. Бывалые вояки, знатные полководцы — для них война — просто обязанность, одна из таковых, если точнее. Наши враги, варвары с востока, используют тюремных крыс на передовой — для них, вероятно, это билет на свободу. Есть еще просто убийцы, для которых война — возможность достичь своих извращенных желаний. Для кого-то ужас и трагедия, для кого-то возможность прославиться или обрести необходимое — и здесь можно привести много разного. Вот такая вот многогранная эта штука — война.

— Это ужасно…

— Ужасно или не ужасно — это совершенно неважно. От того, как мы будем смотреть на войну — ничего не изменится. Ты ведь и сам задумался о ней, как о средстве мести? Разве я не прав?

— Не знаю… Возможно.

— Ох, не скромничайте, милорд. Я много кого обучал мастерству владением меча. Взгляд на оружие о многом говорит. Ты, малец, никогда не смотрел на клинок со страстью, но прилагал немалые усилия, чтобы овладеть им. Зачем? Сомневаюсь, что в твоем юном сердце найдется место для чувства долга. Оно и у крепких мужей, да затхлых стариков не всегда находится. Разве ты не хотел бы собственноручно порезать глотку Нэнтинаэю?

— Вы видели его?!

Пэстилаэй засмеялся.

— То-то и оно. Видел бы ты себя сейчас… Да, я встречал его на поле боя. И не раз.

— Он все еще жив?

— Пока я не отбыл, был жив. Как сейчас — не знаю. Хотя… Думаю, что жив.

— Почему?

— Больно хорошо уж дела у него шли там.

— Все так плохо?

— Не знаю, плохо ли, но точно хуже, чем когда-либо до этого на моей памяти.

— Тогда, наверное, плохо.

— Пускай будет так.

— Вы знали его?

— Лично? Пересекались.

— Почему он поступил так?

— Вот у него и спросишь. Откуда же мне знать.

— Не знаю… Может Вам это понятнее. Вы же больше моего знаете.

— Меня все эти причины и мотивы мало волнуют. Я просто солдат, фехтовальщик, который ищет испытаний своей силы. Об этом тебе лучше с малышом Синманом поговорить.

— Лорд Синман говорил мне, чтобы я не спешил с выводы.

— Отличный совет. Хотя и банальный.

— Разве может быть мотив, оправдывающий такие поступки?