Чтение онлайн

Такое случалось раньше – и не раз. Вот только у него всегда хватало времени, чтобы присоединить конечность обратно и подождать, пока она прирастёт. Не в этот раз. Перед мысленным взором возникла картина: женщина лет сорока с тёмными волосами распекала Сабрину. Джек чувствовал её настроение. Она была на грани. Она доставала оружие.

Она собиралась убить свою дочь.

Не обращая внимания на Стрелка, Джек бежал вперёд. Быстрее. Быстрее! Вытащив нож, он рывком преодолел последние сотни метров. На секунду ему показалось, что здания расступились перед ним, но Джек отбросил эту дурацкие мысли в сторону. Сейчас не до галлюцинаций.

Он ворвался в центр круга, образованного солдатами женщины, словно завоеватель, въезжающий в покорённый город. Очень быстро въезжающий. Удар прикладом заставил Джека услышать треск собственного черепа. Пули разорвали его живот, удар мачете чуть не отделил его голову от тела. Последнее всегда давалось всем очень и очень трудно. Фактически, никто так и не сумел достичь цели. Джек слышал, как кричит Сабрина. Он не видел Мариэля, но на него было плевать – Георгий найдёт себе ещё сотню таких помощников. У него был только нож, зубы и одна рука. Более чем достаточно.

Схватив стоявшего слева солдата, Джек подтянул его к себе и резким движением разорвал клыками его горло, пожирая плоть. Жертва брыкалась и вопила, когда наёмник использовал её в качестве подпитки. Остальные солдаты отпрянули, кто-то стрелял, кто-то пытался перезарядиться. К их несчастью, вместо штурмовых винтовок они использовали обычные, старого образца. С автоматами у них был бы хоть какой-то шанс. Теперь их смертные приговоры были не просто подписаны, а уже приведены в исполнение.

Ударить ножом, выпотрошить эту жалкую мразь, сожрать её. Это не ветеран войны, даже не человек. Это корм, всего лишь молящая о пощаде еда, которой можно обглодать лицо, что Джек с радостью сделал. Вопли утихли, когда жертва начала захлёбываться собственной кровью. Тело наёмника раздирали выстрелы, но он перестал обращать на них внимание. Жажда поглотила его, стала им самим, его сущностью, стремлением, которое срочно нужно было утолить. Горячая кровь текла по его лицу, и он с восхищением слизал алую жидкость с губ, наслаждаясь привкусом железа. Один безумец бросился на него, примкнув к винтовке штык. Джек играючи перехватил острие руками, чувствуя, как лезвие вспарывает ладони, затем свернул солдату шею. Люди женщины-командира отступали, в то время как она сама стояла в оцепенении, не в силах отдать и единого приказа. Сабрина стояла позади неё, холодным взором наблюдая за учинённой Джеком бойней. По её взгляду наёмник понял: она наслаждалась происходящим даже больше, чем он сам. Что бы он о ней ни думал, им определённо по пути.

– Вы видите меня?! – заорал Джек, потрясая голосом округу, заставляя жалких людишек задрожать. – Скажите мне… что я такое?

– Мудило! Чудовище! Убью! – прокричал один из солдат в ответ. Стрельба возобновилась. Джеку потребовалась всего секунда, чтобы преодолеть расстояние между ним и противниками. Кричавшему бойцу он выдавил глаз, затем выхватил мачете, висевшее у врага в ножнах, и обезглавил наполовину ослеплённого солдата. Пули прошивали Джека насквозь, но не доставляли никаких неприятностей. Оставалась только жажда.

Неожиданно женщина очнулась от своего оцепенения. Взревев, она подняла пистолет и, медленно приближаясь к Джеку, разрядила в него всю обойму. Как только патроны кончились, она достала нож и бросилась с ним на наёмника. Ему не составило труда перехватить её, сломать руку и поставить командиршу на колени. Анора – а именно так её звали, подсказало сознание, - завопила от боли и обиды. Она не ожидала, что её крестовый поход против Синдиката так бесславно закончится. Джек приставил нож к горлу женщины.

– Ну что же вы не стреляете?! – издевательски усмехаясь спросил он у бойцов Аноры. Те стояли по местам, не в силах выстрелить в своего командира.

– Не тронь её, - неожиданно раздался голос Сабрины. Джек с удивлением посмотрел на принцессу. – Не смей её трогать, - повторила девушка, приближаясь к нему. Пристально смотря на Джека, она отняла у него нож. – Ты не имеешь права в это вмешиваться.

Внутри наёмника закипала злоба, которая тут же остыла, стоило Сабрине робко улыбнуться – словно на лаву вылили галлоны воды. Она имела над ним почти что мистическую власть. Он пытался это отрицать. Он орал на экс-принцессу, поддевал её, пытался всячески унизить. Всё бесполезно. Слишком сильно Сабрина была похожа на неё…

Джек опустил руку. Анора, кряхтя, отползла вперёд.

– Спасибо, - сказала Сабрина. И наёмника тут же снёс шквал огня.

4 июля, 544 год после Освобождения

Карл глубоко вздохнул. Пришло время для его ежедневных обязанностей. Постучав пальцами по подлокотнику Трона и вызвав контекстное меню, король подключился к Сети. Потоки информации захлестнули его. Даты, события, персоны. Всё это висело перед глазами короля. Отодвинув в сторону лишнее, Карл попал на магистрали данных.

Кастус Дрейк когда-то запретил подключаться к Городу. Тогда Синдикат и создал Сеть, Операторов и Информаторий, чтобы иметь доступ к данным Эдема, не нарушая заветов Освободителя. По сути, Сеть являлась копией всех потоков информации Города. С помощью Трона Карл видел абсолютно всё, что творилось в его царстве, при этом не прибегая к помощи Операторов.

Фактически, он стал вторым Освободителем. Как и Дрейк, Карл распылил своё сознание по Сети. Когда король понял, что в реальности его больше ничего не держит, он приказал подключить его к Трону полностью. Уильям, Анора, ещё одна девочка, имя которой он так и не дал, Сабрина, Елизавета и Грегори. Его сын, дочери, его внучки и внук. В какой-то мере он заботился о них. Но сын подвёл его, как и дочь. А вторая дочь… С ней он даже не успел пообщаться. Он лишь знал, что она вырастет хорошим человеком. Должна была. Сестёр Карл отправил в Приют, поддавшись отчаянию, но всё же с определённой целью. И он её достиг.

Нет, некогда думать о семье. Сейчас нужно заняться делом.

Карл мысленно прослеживал траектории запросов по Сети. Часто он встречал здесь призраков. Люди, погибшие при подключении, но им так никто и не сказал, что они умерли. Карла восхищало, что слепок сознания этих людей, конструкты их разумов, так и остались бродить по Сети. Вот оно, обещанное Эдемом бессмертие. Ты существуешь, а твоё тело – нет. Такой простой и элегантный способ спасти всех. И если Сеть – копия базы данных Города, то где-то здесь Карл может встретить и самого Освободителя. Король не переставал думать об этом. В конце концов, Трон всегда был во Дворце, с самого основания Синдиката. Конечно, здание не всегда было Дворцом – в какой-то момент кто-то из королей пришёл к выводу, что нечего держать такое строение только для административных нужд. К тому моменту совет директоров уже не мог его удержать. Карл напряг память – в последнее время она его всё сильнее подводила. Когда же это было? Триста? Двести лет назад? Король не мог сказать точно. Сейчас он помнил лишь, что когда-то Синдикат не был тем, чем он является сейчас. Он ещё выполнял свои прямые обязанности, человека у руля всё ещё контролировали остальные Семьи. Карл даже точно не мог сказать, всегда ли существовали Семьи или же Синдикат просто в итоге пришёл к этому. Какой смысл притворяться, если компании всё равно наследуются по семейному принципу, а не выборами? И всегда ли были короли? Люди Библиотеки постоянно переписывали историю. Это было их работой, адаптировать прошлое под сегодняшний день. Карл был уверен, что ещё оставались в живых люди, которые помнили прошлое. Но постоянные войны позаботились о том, чтобы молодое поколение всё меньше и меньше слушало старших. Настанет день, когда сказка Карла о том, что короли всегда управляли Синдикатом пожизненно, станет правдой. Осталось ему только дожить до этого момента.

И в этом могли возникнуть трудности. Каждый день, когда Карл просыпался – то бишь, открывал глаза в реальности, он терялся. Он не понимал, что за зал окружает его, что это за люди в красных мундирах, почему они все вооружены? Последним его чётким воспоминанием был перехват власти. Тогда ещё королевский гвардеец Карл Лоренс был силён, молод, полон амбиций и уверенности, что любой правитель может перекроить мир так, как он того желает. Создание Корпуса штурмовиков заняло у него почти пять лет. Тогда ещё это и не было Корпусом – он просто тянул к себе всех наёмников и головорезов, готовых за хорошую сумму на своём счету перевернуть Старый Город вверх дном. Артур Пендлтон, старый король, обоссался, когда Лоренс со своими людьми, ликвидировав остальных гвардейцев, ворвался в Тронный Зал. Это было беспрецедентно, неслыханно – чтобы телохранитель отнял корону у своего короля, избранного Семьями правителя. И только Карлу казалось странным, как ни один коронованный умник не догадался объявить себя единственным истинным правителем. Всего-то надо было поставить Дома в зависимое положение, постоянно угрожая их существованию, - и всё, власть в твоих руках. Впрочем, у Лоренса было преимущество – он заручился помощью старого Роско в этом деле. Карл до сих пор с улыбкой вспоминал старого говнюка, которого он сделал Королевским Правосудием. Жаль, что его сын, Джошуа, оказался таким чистоплюем. Но ничего, внук исправился, не уронил честь вечных головорезов. Карл не хотел в этом себе признаваться, но его беспокоил Дэниел и его рвение. Пацан в свои двадцать лет вертел властью и солдатами как хотел, при этом пытаясь соблюсти некий негласный кодекс чести. В этом он походил на отца. Рано или поздно маленький Роско поймёт, что ему с Карлом не по дороге – и тогда королю придётся искать нового человека на должность. А людей, которым можно доверять, так мало. Впрочем, когда придёт время, у Карла в Корпусе есть человек, который позаботится о младшем Роско.

Ох уж эти королевские заботы. Карл не понимал, почему Пендлтоны так негодовали. Учитывая количество обязанностей, которые берёт на себя король, Лоренс освободил Артура от этого груза. Приятных моментов было намного меньше, чем обязанностей. Постоянно нужно было держать Старый Город в тисках. Благо, о Втором и Третьем Уровнях почти не приходилось думать. Зато Четвёртый доставлял проблем за двоих. Постоянные стычки с бандами, вигилантами, не говоря уж о конфликтах между Семьями. Последнее взял на себя Дэниел, и, надо признаться, пацан справлялся с политикой довольно успешно. Если не считать, конечно, его визита к Розанди – там Роско показал себя далеко не с лучшей стороны.