Чтение онлайн

Солдаты вскинули сжатые кулаки и проорали: «УРА!»

– Стрелки с нами. Междоусобицы остались в прошлом. Божий Порядок гласит, что каждый человек имеет право на жизнь, работу и еду. Так пусть же это станет правдой!

Анора раскинула руки, наслаждаясь криками восхищения и ликования. Солдаты любили её, любили больше своей жизни. Всё потому, что когда-то она ставила их интересы выше задач Синдиката. Анора не требовала, чтобы ей вернули должок. Солдаты сами захотели это сделать. Она была их фурией, ангелом, Воительницей. С ней у них всё и всегда получалось. Даже здесь, на Пятом Уровне, Анора дала им новый дом и цель в жизни.

Теперь пришло время достигнуть её.

4 июля, 544 год после Освобождения

Корбен шёл перед Сабриной и Мариэлем с каким-то странным спокойствием, будто знал, что на него не нападут. Или ему уже просто было наплевать. Руки наёмникам не сковали, но оружие отобрали. Помощник капитана тихо матерился себе под нос, пока их вели. Сабрина слишком погрузилась в свои думы, чтобы раздражаться на Мариэля.

Она раз за разом убеждала себя, что у неё не было выбора. Она должна была поднять бунт в Приюте. Она должна была найти вигилантов. Она должна была присоединиться к наёмникам. И убить противника она тоже была должна, иначе бы её убили уже сами наёмники. Но легче не становилось. Что же скажет мать? Может попробовать ей соврать, сказать, что всё это время она не принимала участия в боевых действиях? Что её взяли просто как куратора для солдат Георгия? Да, неплохая легенда. Должно сработать – мать ведь практически ничего не знает о делах Старого Города. Откуда она могла услышать, что Сабрину и Елизавету изгнали? Про бунт в Приюте? Про то, что именно она организовала этот бунт? Слишком много деталей, о таком Анора просто не может знать, даже если у неё есть информаторы. Сабрина вздохнула с облегчением. Похоже, всё может пройти проще, чем казалось изначально. Нужно только держать себя в руках.

Анора стояла на огромном пустыре в окружении лучших телохранителей. С первого взгляда Сабрина узнала Тони, Марка, Мануэля, Гаса и Йорена. Остальные прятали свои лица за балаклавами. Появление Сабрины явно их смутило. Но почему?

Сама Воительница была одета в свою старую форму, успевшую порядком износиться. Красный мундир королевского гвардейца всегда сидел на Аноре идеально. Никто и никогда не носит цвета короля с такой честью. Как забавно всё-таки всё обернулось, думала Сабрина. Как забавно всё ещё может обернуться. Удары прикладами поставили Мариэля и Сабрину на колени перед Воительницей. Девушка вдруг поняла, что не может поднять на мать глаза. Это было выше её сил. Чувство вины снедало экс-принцессу, подтачивало её рассудок и уверенность в себе. Мариэль продолжал шептать проклятия. Сабрина увидела, как мать обернулась. Её сапоги были начищены до блеска. Девушка готова была поклясться, что видит своё отражение. Мать медленно приблизилась к Сабрине. Шаг, другой. И вот чёрные блестящие сапоги уже прямо перед носом экс-принцессы. Сабрину затрясло.

– Встаньте, - прошелестела Анора. Наёмники повиновались. Мариэль бросил дерзкий взгляд на Анору, но та даже не удостоила помощника капитана вниманием. Воительница пристально вглядывалась в лицо своей дочери, будто видела её в первый раз. Сабрина представила, как выглядит со стороны – лицо в ссадинах, измазано сажей, волосы грязные и слиплись от пота. Хороша принцесса, нечего сказать.

– Зачем ты это сделала? – буркнула Анора. Сабрина попыталась выдержать испытующий взгляд матери. И не смогла. Опустив глаза, она пробормотала:

– Что именно?

– Ты убивала моих людей. Дюжина бойцов мертва, ещё четверо ранены. Они погибли от твоей руки.

– С чего ты это взяла? – попыталась перейти в контратаку Сабрина, но поняла, что врать бесполезно.

– Мы всё видели, Сабрина. Я учила тебя, что хороший офицер должен наблюдать за работой своих солдат свысока, параллельно оценивая действия противника. Мы видели, как ты целишься в нас, как без размышлений нажимаешь на спусковой крючок. Как радуешься и неистовствуешь. Я приказала бойцам не стрелять в тебя. Просто не могла понять, почему ты это делаешь. Но так продолжаться не могло. Ты ни на секунду не задумалась перед тем, как выстрелить. Так что скажи мне – зачем?
– Анора даже не называла её «дочерью». По лицу Воительницы скользнула гримаса отвращения, будто ей была противна сама мысль, что она родила Сабрину. Анора сняла перчатки и с размаху влепила экс-принцессе оплеуху. Девушка упала на колени, на глазах выступили слезы. Она даже не почувствовала боли от удара – только захлестнувшую с головой обиду, которая разгорелась огнём в её душе. В этот момент она возненавидела саму себя. Ей захотелось вскричать: «Ты спрашиваешь «зачем»? Ответь мне сама! Зачем я вообще появилась на свет?» - но она не могла. Не перед матерью. И не теперь.

Слишком поздно. Всегда было и всегда будет.

– Просто она ненавидит предателей, так же, как любой нормальный человек Старого Города, - процедил Мариэль. Анора посмотрела на него так, будто он был неприятным насекомым, на которого она случайно наступила. Сабрина молчала. Ей нечего было добавить. Всё зашло слишком далеко и словами уже делу не помочь.

– Ты присоединилась к наёмникам и решила повоевать на стороне короля, да? – спросила Анора дочь, продолжая рассматривать Мариэля. Помощник капитана с каждой секундой становился всё более жалким и неприметным, будто взгляд Воительницы выпивал из него жизнь. Насытившись унижением наёмника, Анора щёлкнула пальцами, и Мариэля вырубили ударом по затылку. Сабрина вздрогнула, когда наёмник упал. Он вдруг стал походить на мертвеца, а их в округе уже было более чем достаточно. – После того, как он отправил тебя в Приют и лишил прав на Трон? Сабрина, ты в своём уме?! Или… - Воительница вздрогнула, будто её осенило. – Ты хочешь искупить свою «вину», принеся голову Говарда? Или моей головы будет достаточно? – Анора присела перед Сабриной, схватила её за хвост и оттянула назад. – Что скажешь? И где, чёрт возьми, Елизавета?

Сабрина дрожала. Мать знала всё. От начала и до конца. Когда-то девушка видела мать в ярости. Но сейчас экс-принцесса поняла, что не представляла себе настоящую ярость. Что такое злоба обманутой, изгнанной матери, чья дочь предала не только её, но и себя. Но что она могла сделать? Что она могла сделать?!

И Сабрина сделала последний шаг к бездне:

– Я убила её.

Анора отпустила дочь. Поднялась во весь рост и отошла в сторону. В её движениях появилась какая-то осоловелость, будто Воительница только пробудилась ото сна. Телохранители зароптали. В глазах старых друзей непонимание и смущение сменилось холодным презрением. Теперь я не просто запутавшийся ребёнок, а ещё одна мразь на службе короля, подумала Сабрина. В лучшем случае, меня повесят. А в худшем… Анора убьёт её своими руками. Что же, так тому и быть.

Воительница указала правой рукой в сторону фронта, откуда слышались выстрелы и взрывы.

– Сегодня, - произнесла она. – Сегодня день, когда я подняла обученных мною Стрелков на новую войну. Говард со мной. Мои бойцы со мной. Ты, наверное, даже не помнишь, что у меня был брат по имени Уильям. Я любила его, Сабрина. Он был лучшим старшим братом в мире. Уильям знал, что отец полон дерьма, и не торопился заводить наследников. Власть его не привлекала. Он просто хотел сделать Старый Город лучше. За это отец его убил. Сегодня я напомню ему, что убийство собственных детей никому не проходит даром. Что бы ты ни сделала, я твоя мать. И я не смогу тебя убить. Просто… уйди с моих глаз.

Сабрина не верила своим ушам.

– Мама, - прошелестела она, поднимая руки. Ей хотелось рассказать всё и объяснить, как было на самом деле. Анора отмахнулась. Голос Воительницы задрожал:

– Я была плохой матерью. Что же, если ваши сегодня победят, я прошу только об одном: убей меня сама. И принеси мою голову Карлу. Пусть хоть кто-то из нашей семьи будет счастлив.

– Мама! – крикнула Сабрина. – Мама, прости меня! Елизавета… Я не убивала Елизавету!

– Прекрати мне лгать! – проорала Анора, резко развернувшись на месте. – Вигиланты вчера сообщили мне, что ты к ним обращалась! Я знаю, что ты организовала бунт в Приюте! И я знаю, что бунтовщики сделали с Елизаветой! Но я до конца, до самого конца не могла поверить, что ты отдала приказ! Но ты созналась! Не держи меня за дуру, Сабрина! Ещё хоть слово, и я заберу своё обещание обратно!

Экс-принцесса встала во весь рост. Всё её существо рыдало и просило прощения. Она просто не сможет существовать, если всё так закончится. Ей нужно рассказать обо всём. У них ещё есть время! Она ещё может убедить мать до того, как сюда придут Дэниел и Георгий! Она расставит всё по местам, объяснит, что Анора не со Стрелками и ей можно доверять, что это всего лишь одна большая ошибка…

Сабрина сделала шаг к матери, и Анора вытащила пистолет. Рука Воительницы тряслась, в глазах стояли слёзы, но на лице царила суровая решимость.

– Ещё один шаг, - прошептала она. И тут повисшую тишину разорвал дикий боевой клич. Не успела Сабрина моргнуть, как перед её глазами из ниоткуда, словно вывалившись из стены, очутился Джек. Точнее нечто, напоминавшее Джека. Однорукое существо с дикими глазами и животным оскалом стояло между солдатами Аноры. Воительница застыла на месте. Она будто позабыла о том, что перед ней всё ещё стоит её дочь. Существо ощерилось. И началась бойня.

Сабрина не успевала даже оценивать происходящее. В воздухе будто бы повис кровавый вихрь – так быстро существо двигалось и убивало солдат. Подсознанием экс-принцесса оценивала быстро убывающие шансы бойцов Воительницы на победу. Чем больше крови выплёскивалось на бетон, чем больше изорванных тел падали бездыханными, тем больше она понимала – это конец. Высочённые дома закружились вокруг неё, внутри поднялось странное чувство, которое Сабрина могла бы назвать удовлетворением. Или даже возбуждением. Она поймала себя на том, что неумышленно облизывает губы, наблюдая, как существо разрывает людей на части, кусает их и ревёт от боли и радости. Их двоих словно окутала дымка кровавой ярости. Само время исчезло, оставив во вселенной один только этот момент. Солдаты кричали, раненные захлёбывались и молили о скорой смерти, а Сабрина стояла и мысленно ликовала. Её страдания прошли не зря.