Чтение онлайн

Оставшиеся шлюпки швартовались у борта, команды вызывали или толкали к талям для подъёма на борт. Последствия битвы. Любой битвы. Мужчины приводили корабль в порядок. Готовые сражаться, если понадобится, встретить шторм, выжить. В воздухе витал запах рома, но времени открыть склад спиртного не было. Запасаться ромом считалось преступлением, но сегодня мужчины пили друг за друга и за отсутствующих друзей, которых они больше никогда не увидят.

Стирлинг прошёл на корму и коснулся шляпы. «Шлюпка готова, сэр. Второй катер». Это прозвучало как извинение, но Адам сомневался, что Бетюн вообще это заметит. Он взглянул на флаг на фок-мачте. Возможно, Афина никогда не увидит, как адмиральскую баржу поднимают на борт.

«Очень хорошо. Оставайся на борту». Он подумал, сможет ли что-нибудь сдвинуть с места этого несокрушимого человека. Он видел дым на ветру, но это была труба галеры, первоочередная задача после боя. Но мысль о еде вызывала у него головокружение.

Он последовал за Стерлингом к порту, где небольшой отряд королевской морской пехоты уже был выстроен и проходил смотр у своего лейтенанта. Двое боцманов ждали с серебряными сигналами, чтобы провести Бетюна в шлюпку.

Пока Афина тянулась к своему тросу, земля оставалась невидимой для собравшихся. Было только море, теперь яркое, почти ослепительное в отражённом свете.

Адам видел, как «Хостайл» подходит к концу, и даже без подзорной трубы он видел, как её люди держатся за ванты и высоко на реях. Здесь Винсент был готов со своей сигнальной группой, без улыбки наблюдая, как из рундука вытаскивают флаги.

Возможно, было бы лучше и безопаснее быть как Винсент или лейтенант морской пехоты. Или как Стерлинг, уверенный в своей силе и одиночестве, которого поддерживал только корабль.

«Вот он и идет, ребята!»

Это был матрос по имени Гранди, который когда-то служил под началом Бетюна, когда тот был капитаном. Он притворился, что помнит, даже узнал его, когда поднимал флаг над «Афиной». Ещё одна ложь… Гранди поднял радостное возглас, которое подхватили другие, ремонтируя и поднимая новые такелажные снасти для команды парусных мастеров. Крики вскоре утихомирил капрал.

А вот и Бетюн, отталкивающий всех, кто пытался помочь ему пройти через входной люк. Он выглядел напряжённым, но кивнул королевским морским пехотинцам, на некоторых из которых сохранились пятна и шрамы, полученные утром. Адам увидел, что его форма по сравнению с ними была идеальна. Словно, как и в тот первый день, он только что ступил на борт.

Он сказал: «Я хотел бы, чтобы вы сопровождали меня, капитан Болито».

Кратко и официально.

Адам был глубоко тронут. Очередная ложь, к которой он не был готов. Он спустился в катер, а лейтенант Эвелин стояла на корме, чтобы встретить его.

Над лодкой он услышал хлопки мушкетов и трель криков, когда Бетюн спустился вниз, чтобы присоединиться к нему.

«Вёсла на весла! Вместе уступаем дорогу!»

Адам коснулся банки, где шальная мушкетная пуля оставила свой след. Лица гребцов, которых он считал никогда не узнающими, наблюдали за гребком, за лопастями, опускающимися и поднимающимися одновременно, за напряжением и страхом, которые постепенно улетучивались.

И вдруг шхуна нависла над ними. Он узнал ещё больше лиц, даже некоторых из десантной группы капитана Саутера, чьи алые мундиры не совпадали с остальными, а некоторые, как он предположил, были матросами шхуны. Бетюн вскарабкался на борт, едва дожидаясь, пока носовой матрос зацепится за крюк.

И вот Джаго, обнажив зубы в ухмылке, схватил Адама за руки и втащил его на борт.

Он сказал: «Сделал это как можно быстрее, капитан! Эти ублюдки взяли шхуну на абордаж. Всё было на волоске. Я хотел отправить шхуну, но…

Он обернулся, и Бетюн спросил: «Где она?»

Адам понял, что двое морских пехотинцев охраняют высокого мужчину, который, как и Бетюн, не проявил никаких признаков событий, описанных Джаго.

Каким-то образом он понял, что это Силлитоу, центральная фигура, чье имя фигурировало в большинстве донесений Бетюна.

Капитан Саутер сказал: «В каюте, сэр Грэм. Мы ничего не могли сделать».

Адам сказал: «Позволь мне…», но Бетюн протиснулся мимо него. Лишь несколько секунд он смотрел вниз, на тот же пологий мыс.

"Почему?"

Джаго тихо сказал: «Мы только что поднялись на борт, понимаете, капитан. Они начали стрелять, и мы тоже. Потом я вижу, как она поднимается на палубу. Кажется, она увидела корабль». Он посмотрел на воду, вспоминая. «Наш корабль».

Адам услышал, как что-то упало, шум проплывающих рядом лодок и голос Бетюна.

Джаго покачал головой. «Там была кровь, но, кажется, она улыбалась». Он встряхнулся. «Не уверен, капитан».

Адам взял его за руку, как и в те времена. «Постарайся вспомнить, Люк. Что она сказала».

Джаго внимательно посмотрел на него, его небритое лицо внезапно стало спокойным.

Она сказала: «Это Ричард!» Он отвернулся, посмотрел на море. «Потом она упала».

Бетюн снова появился на заваленной мусором палубе. Он огляделся, но, похоже, ничего не увидел.

Затем он увидел Адама и хрипло проговорил: «Я потерял её, Адам. Потерял её…»

Силлитоу сказал с большим презрением: «Она никогда не была твоей, чтобы ты ее терял, черт бы побрал твои проклятые глаза!»

Капитан Саутер рявкнул: «Отведите этого человека к Афине, капрал, в кандалах, если считаете нужным!»

Адам увидел, что Бетюн несет зеленую шаль, и услышал, как он пробормотал: «Ей всегда нравился этот цвет».

Он подошел к фальшборту и остановился, глядя вниз на катер.

«Я хочу, чтобы её отвезли в Инглиш-Харбор, Адам. Думаю, она была там счастлива». Казалось, он впервые осознал, что Джаго рядом с ним.

Он сказал: «Я возьму катер. Ты останешься с капитаном флагмана».

Джаго наблюдал, как лодка отходит от борта, и хмуро наблюдал за гребком.

Затем он сказал: «Я подготовлю шлюпку, как только вы скажете, капитан».

Адам посмотрел на него и увидел, что Толан, верный слуга Бетюна, все еще был на борту, и вспомнил, что они игнорировали друг друга.

Затем он увидел лицо Джаго.

"Что это такое?"

Джаго протиснулся сквозь матросов и снова перегнулся через планширь. Гичка «Афины» дергала за фалинь, а двое раненых матросов сидели на днище, словно ничего не случилось.

«Где ты его нашёл?» Он едва мог вымолвить хоть слово.

«Его забрали эти чёртовы королевские особы, представляешь?» Он не мог сдержать своего удовольствия, но оно было гораздо большим.

Адам смотрел на худенькую фигурку, опирающуюся на кормовые простыни, частично прикрытую курткой. Белые заплатки на воротнике были очень хорошо видны в ярком солнечном свете. Ноги у него были босые, и он видел тот же самый жуткий шрам, словно только что полученный.

Джаго сказал: «Когда их нашли, там было два гардемарина. Но один из них был мёртв. Похоже, юный Дэвид доплыл с ним до берега после того, как «Одейсити» затонул».