Чэнь Шаоюй – Ван Мин. Биография. Воспоминания
Шрифт:
Однако провинциальное правительство прислало нового начальника управления – Лю Чаоаня, который по совместительству стал еще начальником местного миньтуаня [22] . Таким образом, управление по взиманию лицзиня стало также местом суда.
Лю Чаоань постоянно занимался вымогательством, за взятки мог даже убивать. Жители городка глубоко ненавидели его.
Однажды, – Шаоюю было 12 лет, – после занятий в школе он услышал по дороге домой про очередные злодеяния Лю. Шаоюй со своими друзьями из ребят договорились вывесить листовки против Лю. Всего было написано более 20 листовок, разоблачающих в форме парных надписей неприглядные делишки Лю. Листовки были расклеены всюду: на улицах и в переулках, на воротах и черном входе во двор самого Лю.
22
Миньтуань – вооруженные охранные отряды помещиков.
Весть об этих листовках быстро передавалась среди людей от одного к другому. Многие сами прочитали. Дед Шаоюя, узнав про листовки, отправился из Верхней пристани в сторону Нижней. Отец Шаоюя, тоже прослышавший о них, направился из Нижней пристани к Верхней пристани. Оба шли и читали расклеенные листовки. Встретившись, отец и сын сказали почти одновременно: «Листовки по большей части написаны Юйчиком».
Во время обеда отец в требовательном тоне спросил Шаоюя, кто написал листовки. Шаоюй не ответил. Дед заметил:
– Молодцы! Против начальника Лю – это всем по душе!
9. «Просвечивающий ум не ведет к долголетию»
С девяти лет Шаоюй писал стихи. Его первое стихотворение было приведенное выше – «Дневной сон», оно было направлено против конфуцианского запрета дневного отдыха для учеников. Чтобы написать такое стихотворение, требовалась смелость. К счастью, тогдашний учитель Юй Наньсэн не был склонен к рукоприкладству в отношении учеников, даже согласился с Шаоюем. С 12 до 15 лет Шаоюй учился у Ци Таоаня, который, как уже говорилось выше, был добрым, способным пробудить любознательность у учеников. Шаоюй написал в его честь стихотворение «Хороший учитель»:
Учитель наш не бьющий —Выходящий из ряда вон.Как Солнце весной над сливамиИ персиками нас осеняет он.Тремя тысячами учениковБыл Синьтань [23] окружен;Разве касались их телГибискус и каштан? [24]Ежегодно к прилету кукушек учитель задавал ученикам тему «Кукушка торопит пахаря» для сочинения стихотворения. В 1916 году (Шаоюю было 12 лет) учитель Ци Таоань тоже задал эту тему. И вот что Шаоюй сочинил:
23
Место, где Конфуций читал лекции своим ученикам.
24
Ветки гибискуса и рейки из каштана были обязательными в арсенале учителей частных классов инструментами для «воспитания» учеников.
В таком стихотворении критике подверглись сразу все учителя частных классов. Даже Ци Таоань взял в руки рейку; но сначала он все же спросил Шаоюя:
– Кто сказал тебе, что кукушка летит и поет в поисках «половины», а не пахаря торопит?
– Мне сказал дядечка – мамин младший брат, – ответил Шаоюй.
Учитель Ци улыбнулся и, отложив рейку, отказался от своих грозных намерений.
В 1919 году 15-летний Шаоюй на заданную учителем Ци тему «Летят гуси в первые заморозки» написал такое стихотворение:
Нефритовая роса холода несет,Желтеют листья вперемежку с травой.Шеренгой стройной неба поперекПролетают гуси над головой.Россыпью в перьях пятна белеютИли омываются уж снежинок волной?Кости молодые испытание одолеют —Первый иней сентябрьской порой.К смене мест приучены поколения,Улетают осенью, возвращаются весной.За южными крепостями и северными селениямиВсюду находят дом родной.Вот нахлынул ветер встречный,Изогнулся в клин ряд прямой,И за горизонтом этот вечныйИсчезает рисунок неземной.Прочитав стихотворение, Ци Таоань подчеркнул третью и четвертую пары строк множеством красных кружочков, выражая свое одобрение. Его общей оценкой была: «Умница!». Удивительным было то, что учитель сказал еще:
– Юйчик! Все говорят, что ты умен. Посмотри на свое стихотворение, как умно написано! Эх! Только так просвечивает ум из написанного, что, боюсь, это не ведет к долголетию, или тебя погубят злые люди!
Если бы Ци Таоань дожил до 1941 г. и позже, узнал бы об от-равлении Шаоюя Мао Цзэдуном, то он сам удивился бы своей прозорливости.
III. В средней школе
Год с 15 по 16 лет Шаоюя был бедственным для их семьи. За год умерло трое стариков: прабабушка, бабушка и дедушка (все по отцовской линии). Положение в семье стало очень тяжелым. Не было больше денег для совместного с другими семьями найма учителя, да и все книги, какие были доступны в Цзиньчжае, Шаоюем были уже прочитаны. Очень хотелось ему учиться в средней школе. Однако легко только сказать, но куда же пойти в школу? Как раз в это время, когда, казалось, не было никаких надежд на продолжение учебы, Шаоюй встретился у соседей с Ван Цзыпином (позже он тоже стал членом КПК), который учился в средней школе города Кайфэн. От него Шаоюй узнал, что в средней школе изучают много таких предметов, с которыми он еще не был знаком. Ван Цзыпин сказал Шаоюю:
– Ты усвоил много старых знаний, но теперь этого уже недостаточно.
Эти слова только еще больше усилили желание Шаоюя учиться в средней школе. Позже он узнал, что в уездном городе Люань уже полтора года работает Третья сельскохозяйственная школа первой категории провинции Аньхуэй, которая была ближайшей от дома и, по-видимому, наиболее дешевой по плате за обучение.
Шаоюй обратился к инспектору этой школы Гуй Юэфэну за помощью. Гуй был крупный богач, совсем не желал, чтобы мальчик из бедной семьи получил образование. Он привел множество трудностей: во-первых, требуется свидетельство об окончании начальной школы высшей ступени; во-вторых, необходимо иметь шерстяную униформу; в-третьих, надо сдать экзамены по китайскому и английскому языкам, а также по арифметике. Гуй знал, что у Шаоюя не было свидетельства об окончании начальной школы высшей ступени, что он не изучал английского и арифметики, и тем более у него не было денег на шерстяную униформу. Впрочем, у самого Гуя двое сыновей и близкий родственник тоже не кончали начальной школы высшей ступени, но все они были приняты в эту среднюю школу.
Не имея другого выхода, Шаоюй вынужден был одолжить у 35-летнего Чэнь Цзяляна свидетельство об окончании начальной школы высшей ступени, полученное еще при цинской империи. А его получатель согласно записи именовался «заморским сюцаем». Пришлось также купить у одного дальнего родственника шерстяную униформу. Этот костюм уже много лет не надевался, но за него было затребовано 8 связок медных монет (что соответствовало 2 серебряным юаням). После многочисленных просьб родственник согласился отдать его Шаоюю в кредит. Однако костюм порвался в первый же день носки, поскольку он оказался весь изъеден молью. Но носить его все же пришлось и дальше с грехом пополам. Наконец, у некоего Лю Путана купили старый кожаный чемодан (тоже за 2 юаня серебром). На одном углу чемодана зияла большая дыра, с чем тоже пришлось свыкаться.
С таким багажом Шаоюй отправился в Люань поступать в среднюю школу. Только по приезде на место узнал, что требуется внести плату за место в общежитии, за питание, за учебные пособия, за одежду и т. д. – всего 25 юаней. Перед отбытием Шаоюя из дома отец сумел собрать для него на дорогу только два юаня, взятые взаймы. Всю остальную сумму пришлось одолжить у товарищей по учебе – в Третьей сельскохозяйственной школе, у друзей.
В школе один год он должен был проучиться на подготовительном отделении, затем только перейти на отделение сельского хозяйства. Результат же экзаменов был таков: по китайскому языку отлично; по английскому языку знал только алфавит и простейшие правила сочетания букв – это было усвоено непосредственно перед отъездом из дома; по арифметике знал лишь четыре основные действия. Но все кончилось благополучно.