Чтение онлайн

— Давай дадим командиру понять, кому ты принадлежишь, Сокровище.

Я едва успеваю приоткрыть рот, как он стремительно завладевает моими губами, целуя меня с жаром, одновременно стягивая с себя рубашку. Его кожа, прижатая к моей, вызывает такой приятный трепет, что я невольно вздыхаю от наслаждения. Его тепло утешает меня среди глубокой ночи, нависшей над нами. Его губы прокладывают дорожку поцелуев к моему соску, который он дразнит, заставляя меня тихо стонать, пока его пальцы находят моё чувствительное лоно.

Круговые движения по клитору вызывают всё более слышные вздохи. Наслаждение, которое он мне дарит, сладостно, и жар внизу живота только усиливается. Медленно он вводит в меня сразу два пальца, заставляя меня застонать и приподняться.

— Да, вот это я и хочу слышать.

Он улыбается и заставляет меня снова лечь, продолжая свои медленные движения. Настолько медленные, что это становится настоящей пыткой. Я даже чувствую, как он наблюдает за мной, пока дарит мне удовольствие. Мои руки находят его волосы, пока он прижимается лицом к моей шее, заставляя меня сдаться ещё быстрее.

Сняв штаны так, что я даже не заметила, когда он это сделал, он прижимает свой таз к моему, убрав руку. Не отрывая губ от чувствительной кожи моей шеи, я ощущаю, как он устраивается, чтобы войти в меня.

Ожидая боли, я открываю глаза и смотрю на звёзды, и, должно быть, он чувствует мою тревогу, потому что опирается на локоть, чтобы взглянуть на меня.

— Ты доверяешь мне?

Его вопрос сбивает меня с толку, и я несколько долгих секунд смотрю на него, прежде чем утвердительно кивнуть.

— Тогда позволь мне всё сделать.

Он снова целует меня, его язык находит мой, в то время как его рука поднимает моё бедро к своей талии. Его мужская плоть начинает входить в меня, и, хотя первые сантиметры слегка тянут, почти сразу я ощущаю удовольствие от того, что он во мне. Я тихо вздыхаю от удовлетворения, когда он полностью наполняет меня собой, и слышу, как он улыбается у моей шеи. Его толчки сразу становятся резкими и приносят мне наслаждение, которое мне трудно сдерживать. Он направляет меня, заставляя обвить ногами его бёдра, пока его движения становятся всё более грубыми. Но ничто не причиняет мне боли — напротив, удовольствие, которое он вызывает во мне, гораздо сильнее, чем в прошлый раз. Мои руки находят его рёбра, затем бока, вызывая у него дрожь, прежде чем скользнуть к пояснице.

Слегка изменив угол, он заставляет меня застонать гораздо громче и находит мою чувствительную точку. Опираясь на локоть, он наблюдает, как я растворяюсь в наслаждении благодаря ему. Наше дыхание смешивается, мои ноги начинают слабеть, и именно в этот самый миг он наносит решающий удар, поднимая меня на вершину удовольствия. Его зубы покусывают нежную кожу моей шеи, пока он двигает бёдрами в резких, точных толчках. Я достигаю пика наслаждения на несколько секунд раньше него, и он остаётся опираться на локоть, чтобы не придавить меня. Наше горячее дыхание образует лёгкий пар, который растворяется в ночи.

Несмотря на всю свою силу, наслаждение делает его дрожащим, и его плечи подрагивают. Тогда я поднимаю руки к ним, чтобы медленно заставить его отпустить напряжение. Его голова опускается на мою грудь, и я пользуюсь этим, чтобы погладить его волосы.

Звёзды кажутся мне гораздо ярче, воздух вокруг нас — намного мягче, и его тело не кажется таким тяжёлым, как в прошлый раз. Быстро взглянув на него, я замечаю, что он закрывает глаза, прислушиваясь к биению моего сердца. В этот миг он выглядит таким спокойным, но это длится недолго: он поднимается, опираясь на руки, осторожно выходит из меня и берёт свой камзол, чтобы укрыть меня от холода.

Я подкладываю руку под голову и наблюдаю, как он, совершенно обнажённый, опирается на локоть и зажигает сигариллу. Его голова откидывается назад, когда он выпускает первую затяжку дыма.

— Тебе не холодно?

Он улыбается, затем просто открывает глаза и смотрит на меня искоса.

— Нет, Сокровище. Не после всего тепла, которое ты мне подарила.

Затем он снова закрывает глаза, затягивается своим маленьким сигаром и с наслаждением выпускает дым.

— Кайкан, у меня есть вопрос.

Он поднимает голову и смотрит на меня уже гораздо серьёзнее, наверняка почувствовав тревогу, которая меня мучает. Тогда он приближается ко мне и слегка склоняется над моим телом.

— Задавай любые вопросы, какие хочешь, Сокровище.

Поднося сигариллу к губам, он смотрит на меня, затем впивается взглядом в мои глаза. Он ждёт, стараясь сохранить терпение, но даже в такой ситуации ему это даётся с трудом.

— Что с тобой будет, если ты не выполнишь своё обязательство по этой клятве ради розы?

Нахмурившись, он начинает играть с кольцами в своей нижней губе. Он не хочет говорить мне, я это прекрасно вижу. Но я хочу и должна знать. Я приподнимаюсь, опираясь на локоть напротив него, и кладу ладонь на верх его груди.

— Кайкан, мне нужно знать.

С тревогой во взгляде я умоляю его сказать правду, пока он разглядывает меня с явным удовольствием.

— Ты такая красивая с распущенными, растрёпанными волосами…

Он покусывает собственную губу, его глаза искрятся, пока он пытается сменить тему.

— Кайкан.

Он глухо ворчит где-то в глубине горла, затем откидывает голову назад и снова смотрит на меня.

— Если я не принесу ему розу к назначенному сроку через три месяца — я умру.

Ледяной пот пробегает у меня по позвоночнику. Нет, он не мог на такое пойти. Он действительно безумен! Конечно, даже для меня это уже не секрет, но, если раньше такой исход мог бы меня устроить, теперь я больше не хочу, чтобы он умирал.

Мои глаза широко раскрыты, и он подносит руку к моей щеке, проводя по ней большим пальцем.

— Ты беспокоишься обо мне? Это мило, Сокровище. Но в этом нет необходимости.

Он издевается надо мной, что ли? Нет необходимости? Моё сердце начинает бешено колотиться при мысли потерять мужчину, который подарил мне свободу путешествовать по всему миру, который открыл мне столько наслаждений и которого… кажется, пришло время признать одну вещь.

Кажется, я люблю его, иначе это можно назвать только безумием.

— Если командир украдёт у нас Розу… Мы уже девять месяцев в море, Кайкан…