Чтение онлайн

— Вторая самка — беременна, — выдавил он. — В ней восемь эмбрионов. Я… я чувствую их. Живые.

— Понял. — Я переключил внимание. — Гришка, заходи слева. Костян — держи землю, не дай уйти в песок. Водники — усилить заморозку.

Вторую самку мы взяли хитростью. Я открыл портал не перед ней, а под ней — она провалилась в песок, который Костян мгновенно превратил в зыбучий. Скорпиониха забилась, пытаясь выбраться, но холод сковал лапы, и мы затащили её в клетку пусть полуживой, но невредимой.

— Эмбрионы целы? — спросил я у Сергея.

— Целы. Бьются.

Самцов попросту уничтожали. Не так страшен чёрт, как его малюют.

Третья, Босс, ждала нас в центре Пробоя. Она была огромной — метра под четыре в размахе, с хитином, который переливался чёрным серебром, и с глазами, которые светились красным. У неё на спине копошились детёныши — маленькие, размером с кошку, но уже с клешнями.

— Двенадцать эмбрионов, — выдохнул Сергей и побледнел. — Она… она меня слышит. Она знает, что мы здесь.

— Босс всегда знает, — ответил я. — Всем приготовиться.

Атака была мгновенной. Тварь не стала плеваться — она рванула вперёд, сметая всё на своём пути. Костян поднял стену — скорпион пробил её, как картон. Блонды ударили заморозкой — тварь сбросила лёд, как шелуху.

— Отходим! — крикнул я, но Гришка уже лежал на песке — клешня задела его, отбросив на десять метров. Ефим, новенький менталист, стоял на коленях, зажимая рану на плече — его зацепило осколком хитина. А третьим был Костян — скорпион наступил ему на ногу, и я услышал хруст костей.

— Все на меня! — заорал я, открывая портал за спиной — отходной. Блонды подхватили раненых, Костяна тащили двое земляков.

Я остался один. Босс развернулась, готовясь к прыжку.

— Ну, давай, — сказал я, глядя ей в глаза. — Давай, детка.

Она прыгнула. В тот же миг я открыл портал — не перед ней, а вокруг неё. Сферический переход, который я репетировал сотни раз, но никогда не использовал в бою. Тварь провалилась внутрь, а второй конец портала вывел её прямо в самую большую клетку — ту, что мы поставили на отдельный прицеп.

Клетка лязгнула, загудела — защита включилась на полную мощность. Босс билась о стенки, но не могла вырваться. Её детёныши, оставшиеся снаружи, заметались, и бойцы морозили их без жалости.

— Закрывай Пробой! — крикнул я Серёге.

К центру они побежали вместе с Никифором.

Через несколько минут небо над нами перестало быть багровым — стало обычным, серым, дальневосточным.

Обратно ехали молча. Трое раненых — у Гришки сломано два ребра и сотрясение, у Ефима плечо разорвано когтем, но кость цела, у Костяна перелом голени. Но все живы и будут в строю уже через день-другой.

— Санчес, — Гришка сидел, привалившись к стенке Комбата, — А малышей зачем собирали? Там же, у Босса, эмбрионы. Двенадцать штук.

— Новосибирцы хотят их приручить, — ответил я. — Представляешь, скорпион, который слушается команд? Это же оружие. Или охрана. Или просто зверь, которого можно изучать. И яд с них получать.

— Оно не приручится, — сказал Сергей, который сидел в углу, бледный, но довольный. — Я чувствовал их. Они… они злые. Даже нерождённые.

— Пусть учёные разбираются, — ответил я. — Наше дело — доставить. А там хоть суп их них варят.

Сергей хмыкнул и закрыл глаза.

Я смотрел в окно на проплывающую тайгу и думал о том, что сегодня мы сделали невозможное. Взяли трёх самок, сохранили эмбрионы, вытащили раненых. И никто не погиб. Это было главным.

— ХУК, — сказал я тихо, — Как оцениваешь операцию?

«Успешно. Потери — минимальны. Результат — максимален. Вы действовали эффективно, Александр Сергеевич».

— Не я, — ответил я. — Мы.

И замолчал. Потому что за окном уже показались огни базы, и впереди была работа — лечить раненых, разгружать клетки, писать отчёты. Обычная жизнь. Которая, несмотря на всё, была прекрасна.

Новосибирский наукоград расплатился щедро и точно в срок. По оговорённым ценам. А за Босса, так вовсе по двойному тарифу. Деньжищ мы подняли — умотаться сколько!

Парни уже все автосалоны оббежали и чуть не подрались даже, отчаянно споря, какие машины лучше — китайские или японские, что с правым рулём. Денег у каждого на вполне приличную машину хватает, и это при том, что у всех уже отложены накопления на мебель и технику в новые квартиры, но покупать её все собираются во Владивостоке. Там и выбор больше, и цены ниже. А транспорт у нас свой. Привезём.

Новички из первого детдома пока себя показывают неплохо. Одарённых среди них оказалось шестеро, но мы их всех откармливаем мясом Тварей, а в спальнях работают распылители маны. Глядишь, и ещё у кого-нибудь Дар прорежется. И даже если нет, то нестрашно. Стрелки и водители нам тоже нужны.

Растёт наш отряд. И не сказать, чтоб медленно.

Волков лишь хмыкает, когда парни тренируются, и есть отчего. У нас много Одарённых, и не просто Одарённых, а вполне себе сильных магов. Пожалуй, редкий отряд Охотников теперь с нами по этому показателю сравняется.

Нет, по численности отряда нас, конечно же, легко переплюнут, те же Медведи, к примеру, но такого количества серьёзных магов в отряде немногие могут себе позволить. Во-первых, оттого, что дорого, а во-вторых — сильных магов не так много и многие из них предпочитают другие занятия. Кто государственную службу и карьеру чиновника, кто армию, а кто и в частный бизнес пошёл, найдя удачное приложения своим способностям.

Может, и мои парни когда-нибудь разбегутся, но при вступлении в отряд все подписывают контракт на пять лет.

Из забавного — на поступление в отряд подал заявление один из «блатных». Из тех, кого директриса приняла за взятку. Вроде нормальный пацан, без гнили и пальцы не гнёт. Дар у него с акцентом на кинетику. Решение по его приёму я переадресовал триумвирату: Гришке, Сергею и Никифору. Пора им к более серьёзным вопросам руководства приучаться. А кадры — это серьёзно. Тем более, я предупредил, что вся ответственность за каждого принятого — отныне на них.

И пусть дирижёр из меня не очень, но пока особых и очевидных неудач в распределении обязанностей я не замечал. Более того, некоторые перераспределения управленческих функций только улучшали общее дело.