Чтение онлайн

Джума проглотил слюну, облизал пересохшие губы, покачал головой, повернулся и, деревянно переставляя ноги, направился к двери. У порога оглянулся:

– Научись контролировать своего "тигра", Клим, иначе...

Вышел.

Мальгин ударил кулаком в ладонь с такой силой, что едва не содрал кожу. Боль заставила думать.

С минуту он размышлял, поглядывая на виом и вслушиваясь в приглушенный говор двух десятков людей, потом подсел к столу и соединился с отделом комплектации.

– Мне нужен нестандартный кокос, оборудованный персонкомпом [Персональный компьютер, инк с большим объемом памяти.] типа "Советчик".

Инк-распорядитель хозяйственной службы института не удивился запросу, но просьба была неординарной.

– На складах института таких нет, вы же знаете. И почему именно "Советчик"? Могу предложить персонком первого класса "Деловой".

– Мне нужен высший класс. Сколько понадобится времени на выполнение заказа?

– Если есть разрешение директора...

– Запросите.

– "Советчики" используются в основном погранслужбой и спасателями...
– Инк задумался на секунду, успевая за это время связаться с компьютерами упомянутых служб и получить ответ.
– Через два часа комплект будет в институте.

– Чудесно.

Мальгин выключил стол и некоторое время сидел неподвижно, вспоминая лицо Джумы. Скверно получилось!

Что же, собственно, произошло? Спонтанное кратковременное расщепление личности, после которого "черный человек" вырвался на волю? В каком образе? В образе "тигра", как выразился Джума? Или "барса", по впечатлению Зарембы? Странно, у меня никогда не наблюдалось особой любви к хищникам из семейства кошачьих. Может быть, это их личные впечатления? А хищник, сидящий внутри меня, выглядит на самом деле иначе?

Мальгин внимательно вгляделся в свое отражение, включив в стене зеркало.

М-да, мастер, интрасенс из тебя пока что фиговый. Видимо, иногда возникают "короткие замыкания" нейросвязей, и независимо от воли информация "черных кладов" просачивается наружу, вызывая неглубокий шок и одновременно неспецифические реакция парасимпатики и психики. Джума прав, это опасно. Нельзя надеяться на собственные силы и хороший тренинг, можно наломать таких дров, что и Шаламову не по силам!

Клим вдруг почувствовал слабость и облился потом, проговорил сквозь зубы:

– Мальчишка!..

В зале реанимационного бокса он появился через полчаса, приведя себя в порядок и вызвав Железовского. Нужен был человек, на которого он мог бы безоговорочно положиться и который не боялся бы никакой ответственности.

Глава 12

За развитием событий в отделении нейропроблем следили не только сотрудники других отделений института, но и работники других родственных учреждений: Академии наук, Всемирного координационного совета, СЭКОНа, Управления аварийно-спасательной службы, отдела безопасности и погранслужбы - всего около двух тысяч человек. Кроме того, все происходящее записывалось операторами информвидения и агентства новостей, чтобы в сжатом виде передать запись в эфир в своих программах.

Непосредственно в зоне гарантированного риска - в зале реанимационного бокса ждали финала всего четыре человека: Мальгин, Стобецкий, Заремба и Железовский, соединенные информполем "спрута" с системой эм-синхро Европы; в случае нужды им могли прийти на помощь все инки сети и ведущие ученые-медики и врачи, включенные в контур эм-синхро. И все же ответственность за выбор тактики и стратегии, за последствия выхода Лондона из комы и его дальнейшие действия падала на этих четверых. Плюс пятый угол квалитета ответственности председатель СЭКОНа Казимир Ландсберг, во избежание ненужного риска наблюдавший за превращениями "куколки" в "бабочку" из кабинета главврача.

Майкл Лондон открыл глаза в двенадцать минут десятого, и от этого простого движения все приборы, показывающие параметры жизнедеятельности, словно сошли с ума. Если верить им, у пациента артериальное давление внезапно увеличилось в десять раз, сердце заработало с быстротой аварийного насоса, температура тела подскочила до пятидесяти градусов по Цельсию, а мозговые процессы, фиксируемые по альфа-, бета-, тэта- и дельта-ритмам, наоборот, прекратились! Затем так же внезапно все пришло в норму, операционный инк отключил автосердце и легкие, подачу физиогаза, гасители колебаний, убрал поддерживающие манипуляторы, и Майкл Лондон, лоснящийся то ли от пота, то ли от слоя осевшего физиогаза, встал и помахал всем рукой.

– Привет, спасители!
– раздался из скрытых динамиков его приятный голос.
– Выпустите меня отсюда и предоставьте одежду, дабы достойно предстать пред светлыми очами комиссии.
– Говорил Лондон серьезно, да и на лице его было выражение сосредоточенности и суровости, но в голосе слышались нотки сарказма, а может быть, и превосходства.

Мальгин выключил передачу из камеры и дал команду Гиппократу. Юркий кибер приволок пластиковый пакет - одежду Лондона и замер у стены реанимакамеры. Стена разошлась лепестками диафрагмы, образовав овальное отверстие в рост человека, и в эту дыру шагнул нагой бывший начальник службы безопасности.

В боксе установилась такая тишина, что звуки собственного дыхания стали казаться людям оглушительными.

Некоторое время четверо (и с ними еще бригада официальных лиц) и переродившийся человек смотрели друг на друга внимательно и настороженно, однако немая сцена не могла длиться долго: Лондон взял из манипулятора кибера пакет, развернул и начал одеваться. Потом похлопал кибера по горбику генератора, и тот, смешно поджав манипуляторы, кинулся из зала. Бывший начальник отдела безопасности подошел к сидящим в кокон-креслах, оглядел каждого, мельком взглянул на порхающие у потолка "ромашки" видеокамер.

– Пресс-конференции не будет, коллеги. Я здоров и нахожусь в здравом уме и твердой памяти. Хотя, может быть, это определение и находится за пределами человеческой оценки, ибо я - второй экзосенс, если применять термин коллеги Железовского. То есть я - человек, получивший экстраспособности извне, как и Шаламов. Но в отличие от Даниила, у меня произошло не расщепление психики, а слияние двух психик, что существенно меняет дело.

Лондон снова посмотрел на видеокамеры, на скулах дернулись желваки, закаменели.

– Власта, обращаюсь к вам. Снимите оцепление и отмените императив "Аргус", а также "Цербер". Во-первых, я не опасен, ибо полностью контролирую сознание, а во-вторых, сам обращусь к вам попозже, потому что есть такая необходимость.

– Хорошо, - после некоторого молчания прошелестел в наушниках "спрута" голос комиссара безопасности.

Лондон удовлетворенно кивнул.

– До свидания, друзья. Мы еще увидимся... во всяком случае, со многими из вас - непременно.

В голове Мальгина сам собой всплыл "бутончик" света, развернулся венчиком и превратился в подмигивающий глаз.