Чёрный лес
Шрифт:
— Очевидно, здесь был какой-то культ мёртвых, — задумчиво пробормотал некромант. — В той форме, от которой даже у меня мурашки по коже.
Эспен медленно протянул руку к обручу. Дроган не вмешивался, внимательно наблюдая за внутренней борьбой, которая отражалась на лице заклинателя. Тот некоторое время колебался, не решаясь прикоснуться к предмету, затем отступил.
— Кажется, не зря восьмое княжество перестало существовать. Есть свои пределы, за которые лучше не заходить в нашем искусстве. Даже если наградой будет сила, которая тебе и не снилась, последствия могут оказаться гораздо страшнее.
Дроган кивнул.
— Я рад, что ты это понимаешь.
Эспен невесело усмехнулся в ответ.
— Тебе наверняка доводилось иметь дело с теми, кто зашёл в своём стремлении к власти слишком далеко, так ведь?
Дроган кивнул ещё раз.
— Ты даже не можешь себе вообразить.
Эспен внимательно посмотрел ему в глаза, затем развернулся и молча отправился к двери, через которую уже прошёл Стейн. Двинувшись следом за ними, Дроган огляделся. В новом зале было, на что посмотреть.
Вдоль стен находились возвышения. Дроган уже видел такие в некоторых храмах — на них должны были располагаться служители, певшие гимны Создателю. Впрочем, воитель сомневался, что здесь когда-либо славили Его. У левой стены стоял ряд бронзовых пюпитров, на которых лежали листы, покрытые текстом. Как и остальные вещи в этом месте, они удивительно хорошо сохранились — даже чернила не выцвели от времени. Напротив них на стене было несколько фресок. Дроган подошёл к ним, разглядывая стоявшую по центру изображения высокую фигуру в чёрном балахоне. В левой руке она держала копьё, в правой — петлю. Внизу находилась руническая надпись, высеченная в камне. Перед фигурой, спиной к наблюдателю, было изображено семь мертвецов, склонившихся в поклоне. Слева — семь мужчин, насаженных на колья. Справа — семь женщин, свисающих в петлях с дерева. Дроган удивился, насколько тщательно и подробно неведомый скульптор изобразил сцену — ему доводилось видеть изображения и скульптуры трёхсотлетней давности в некоторых соборах, и их качество даже близко не могло сравниться с этим нечестивым порождением чьего-то безумного разума.
— Это дерево ничего тебе не напоминает? — спросила Велимира, незаметно подошедшая сзади.
Дроган присмотрелся и кивнул.
— То, что росло у колодца. Странно, ведь столько лет прошло.
— Здесь много странностей. Эта — не самая большая из них.
Дроган кивнул и обернулся. В зале были и другие предметы. В центре кругом стояло семь зеркал в человеческий рост, в бронзовых рамах, отлитых в форме костей. Когда Дроган подошёл ближе, он заметил, что не видит в них своего отражения. За ними, на возвышении у стены, стоял огромный трон, будто сложенный из десятков черепов. У его подножия на массивной треноге стояло блюда для подношений. Прямо позади трона находилась огромная стрельчатая дверь. Подойдя ближе, Дроган разглядел, что её поверхность покрывают изображения сотен мертвецов. Не было заметно ни ручки, ни кольца, с помощью которого дверь можно было бы открыть. Дроган попытался подцепить край двери ножом, но она прилегала слишком плотно.
Краем глаза он заметил, как Велимира проводит ладонью у себя перед глазами, делая охраняющий жест. Казалось, это место было способно даже закоренелого грешника превратить в набожного последователя Создателя.
Бенгта подошла и вложила руку в широкую ладонь Дрогана. Хотя девочка ничего не сказала, воитель заметил, как плотно сжаты её губы и побледнела кожа.
— Что дальше? — недовольно спросил Стейн.
— Прислушайтесь, — проговорил Эспен.
Дроган последовал его совету, и различил отдалённые голоса. Будто кто-то пел гимны в этом давно заброшенном месте. Бенгта вздрогнула, и даже обычно уверенная в себе Велимира заметно поёжилась. Коли подошёл к пюпитрам и наклонился над текстами.
— «Знай, что вечность — твой дар», — прочитал он. — «Отринь бренную плоть, принеси свои клятвы. Пусть пустота примет тебя в объятия, и твой путь будет окончен. Отрекись от всего, что знал. Теперь для тебя существует лишь Сокрушитель всего. Пройди сквозь пустоту и очистись…».
— Мне кажется, или голоса становятся громче? — пробормотал Эспен.
Дрогану тоже так показалось, и он вдохнул, чтобы произнести предупреждение, когда Коли завершил:
— «…приняв пустоту, став пустотой».
Миг — и голоса грянули торжественный гимн в полную мощь. Пару мгновений он звучал слаженно, но вдруг голоса исказились, потеряли стройность, и стали кричать вразнобой, порождая ужасающую какофонию. Дроган закрыл уши руками и, не выдержав, рухнул на колени. Боль от удара о каменный пол привела его в чувства. Он увидел, как Коли лежит неподалёку от него и изо всех сил зажимает уши ладонями, из-под которых течёт кровь.
И вдруг все звуки пропали. Сначала Дроган испугался, что лопнули его барабанные перепонки, но затем послышался тихий голос Эспена:
— Что это было?
Стейн покачал головой. Как и остальные, он понемногу приходил в себя в полнейшей тишине. Коли поднимался с пола, тряся головой.
— Будь я проклят! — с чувством и расстановкой произнёс он.
— Не думаю, что мы в подходящем месте для таких заявлений, — ответил Дроган и удивился, насколько чужим показался ему собственный голос.
Коли посмотрел на него ошалелым взглядом и кивнул.
— Да. Думаю, ты прав. Кажется, я оглох на одно ухо.
— Больше не произносим вслух странные тексты, — сказал Стейн, подходя к двери. — Дроган, есть идеи, как её открыть?
Воитель пожал плечами.
— Похоже, это церемониальный зал. Не уверен. Возможно, пройти дальше могли только те, кто сделал подношение, но это звучит слишком уж…
— Как ересь, — прервал его Эспен.
Дроган кивнул.
— Что написано перед троном?
Стейн указал на надпись наверху возвышения. Коли нахмурился, достал стекло, внимательно посмотрел на него и решительно подошёл к Эспену.
— Знаешь, что? Оно твоё. Раз уж ты так его хотел.
Некромант усмехнулся, не удержавшись от едкого замечания:
— Ненадолго же тебя хватило.
Коли промолчал, а Эспен приблизился к трону и прочёл надпись:
— «Владыка Энкиму восседает на троне из черепов. Послужи его славе!».
Стейн медленно обвёл всех взглядом, но его спутники лишь качали головами.
— Никогда не слышал этого имени, — подвёл итог Дроган.
— Я слышала, — неожиданно для всех произнесла Бенгта.
— Откуда? — недоверчиво спросил Эспен.
Девочка покосилась на сумку на плече Дрогана, в которой лежал череп Агариса, но вслух произнесла:
— Это — старая легенда, которую рассказывал один мой знакомый. Он говорил, что в этих землях когда-то была большая страна. Империя. В ней процветало множество злых культов, пока он… — девочка слегка поперхнулась, затем продолжила, прочистив горло: — Пока правитель этой земли не взялся очищать её от скверны. Энкиму был самым влиятельным демоном, владыкой мёртвых и времени. И его так и не удалось одолеть. Тот, кто рассказал мне эту историю, не знал, что случилось с его культом в итоге.
— Кажется, теперь мы можем предположить, — проговорила Велимира, оглядываясь.