Чтение онлайн

Мы неслись вперёд, не обращая внимания ни на людей, ни на караваны, ни на стражу. Одни оборачивались, другие кричали, но это было не важно. Мы гнали наперегонки с самой смертью.

Показались башни. Я уже мог различить фигуры бойцов на стенах.

— Осталось чуть-чуть, — процедил сквозь зубы Иван.

Ворота Ярмута уже были близко. Двести саженей, не дальше.

В этот момент в Цитадели забили колокола. Гулкий металлический звон разнесся по округе. Соловьев замер и затих.

— Стоять! — закричала стража на воротах.

Но я даже не думал останавливаться, и отряд, невзирая на крики и жесты, на полной скорости влетел в Ярмут.

Не знаю, что сработало на городской заставе — доспехи ордена, нашивки Подмастерьев или смертельно бледный Соловьёв на волокуше. Но в Ярмут отряд влетел на всех парах. Город кипел жизнью: гудели рынки, звенели монеты, раздавались громкие голоса. Люди медленно шли по улочкам, толпились у прилавков, гуляли и кричали.

Я пришпорил своего зачарованного коня и принялся прокладывать Ивану путь через этот кипящий котёл. Передо мной выскочила телега с сеном.

— Дорогу! — проревел я, вжимаясь в гриву своего коня и натягивая поводья так, что животное чуть не взметнулось на дыбы.

Иван с Ярославой успели затормозить. Телега резко дернулась, и мы рванули вперёд с новой силой.

Лошадь Ивана была покрыта белой пеной, тяжело дышала, а её бока ходили ходуном. Волокуша с Соловьёвым подпрыгивала на камнях и высекала искры, и каждый толчок грозил нашей гонке со смертью провалом.

Я вёл отряд через городской хаос, и мой острый взгляд выискивал малейшие бреши и коридоры в людской толчее. Я невольно выцеплял фигуры тех, кто участвовал в испытании силы. У колодца в тени стояла тройка Подмастерьев: у одного рука висела на перевязи, у другого всё лицо распухло от синяка. Они оба были понурыми.

Мы проскочили мимо.

— Выпьем! — раздался пьяный гогот у трактира, и я увёл лошадь в сторону.

«Весёлый ворон» промелькнула вывеска передо мной. Здесь Подмастерья, наоборот, орали весёлые песни, размахивали кружками и радостно хлопали друг друга по плечам. Они явно справились.

Тут же я невольно увидел паренька не сильно старше меня на ступенях у кузницы. Он сидел на ступенях и смотрел перед собой, схватившись за голову руками.

— С дороги! — вновь рявкнул я, поравнявшись с тяжело гружёной каретой.

Возница в ужасе шарахнулся в сторону, осыпая меня отборной бранью. Люди на улице отпрыгивали, шарахались в подворотни. Кто-то зло кричал нам вслед.

Чёрная неприступная цитадель появилась перед нами неожиданно. На воротах, через которые я меньше недели назад пришёл на смотр, дежурили Вороны-часовые. Они, завидев нас, сразу насторожились.

— Подмастерья, — раздалась команда, — сбавить ход!

Но я не остановился, лишь направил коня прямо в ворота. Я видел, как часовые крепко сжали алебарды и замерли, оценивая ситуацию. Взгляды в какие-то два-три удара сердца скользнули по взмыленным коням и моему лицу, залитому грязью и потом. Один из Воронов заметил волокушу, на которой лежал бледный как смерть Соловьёв.

Орденцы быстро рассыпались в стороны, отводя алебарды и открывая путь внутрь.

Отряд, не сбавляя скорости, влетел в широкий проём каменных ворот, оставив за спиной шумный Ярмут. И первым звуком, встретившим нас, был ещё один удар колокола.

Здесь внутри воздух был наполнен звоном доспехов, ржанием коней и приглушённым гулом голосов. Ратники расступались, пропуская нас. На главном плацу столпились кучки Подмастерьев. Они стояли перед своими инструкторами и докладывали результаты. Некоторые группы стояли гордо, другие скорее понуро. Это была очередь, сортирующая победителей и неудачников.

Я на миг зацепился за знакомую сухощавую фигуру Савелия, принимающего отчёт у другого отряда.

— Ярослава! — бросил я через плечо и махнул ей рукой в сторону нашего инструктора.

Рыжая заметила его и одним движением соскользнула с седла. Она грациозно кувыркнулась и бросилась к строю.

Мне нужно было, чтобы хотя бы один член отряда присутствовал на плацу на всякий случай, по крайней мере до тех пор, пока мы не разберёмся с чёртовым колоколом.

— Держись! — крикнул Иван, обращаясь к замершему Соловьёву. — Почти добрались!

Мы пронеслись по краю плаца, собирая недоумённые взгляды и возгласы тех, кто был вынужден ждать своей участи. Для меня же сейчас существовала только одна цель — светлое здание, увитое лозами, с магическими фонарями у входа. Лазарет.

Мы выскочили во дворик. Здесь кипела своя, не менее драматичная жизнь. Тут не было строя или дисциплины — лишь хаос из боли. С десяток Подмастерьев толпились у дверей. Кто-то сидел на земле, прислонившись к стене, кто-то тихо стонал, сжимая окровавленный бок. Двое особо бодрых Подмастерьев яростно спорили с уставшим помощником лекаря.

Мы остановили лошадей.

— Иван, — скомандовал я, — берём его!

Иван вместо того, чтобы подхватить Соловьёва вместе со мной, просто-напросто голыми руками сломал крепление волокуши, подхватил её и споро потащил её к лазарету.

Я аж присвистнул, но тут же бросился вперёд.

— Пропустите! — рявкнул Иван, пытаясь притащить волокушу с Соловьёвым через раненых Подмастерьев.

Дорогу к дверям преграждала небольшая группа Подмастерьев. Вперёд выступил крепко сбитый парень с перевязанной по локоть правой рукой. На его лице застыла гримаса боли и злости.

— Куда?! — взрывел он и уставился на Ивана. — Тут очередь! У нас у самих…

Договорить он не успел. Я сделал быстрый шаг вперёд, чуть повернул корпус и коротко ударил парня в лицо. Он даже не ахнул, а просто рухнул на землю, как подкошенный. Лишь его перевязанная рука беспомощно взметнулась в воздухе.

Внезапно наступила тишина. Было слышно лишь тяжёлое дыхание Ивана. На меня уставились десятка полтора Подмастерьев.

Судя по тому, что эти молодцы у дверей стояли на своих двоих, при смерти они не были. Я обвёл толпу ледяным взглядом и не увидел никаких аурных ран или серьёзных повреждений.

— Разошлись, — сухо приказал я.

Преграда из Подмастерьев расступилась, образовав широкий проход.

Даже двое молодцев, спорящих с помощником лекаря, отошли. Сам же помощник лекаря, худой невысокий паренёк с чёрными волосами, цепко осмотрел волокушу с Соловьевым.