Чтение онлайн

– Какой-то незнакомый мальчишка, которого едва успели заметить. Судя по слепку магии – Тёмный маг. «Круг» упустил его. Как видно, парень не слабак и не трус, если решился на такое. Да ещё сумел одурачить их и сбежал, - торопливо рассказывал Рассел. – Но всё-таки, где наш-то, вчерашний?

– Упустили и этого? – спросил Чезаре с лёгкой насмешкой. Ему всё ещё казалось это чуть-чуть забавным. Вот сейчас он распахнёт дверь и продемонстрирует раззявам мальчика.

– Может, и к лучшему, - сказал Рассел. – Славный паренек, а погиб бы ни за что. Королева приказала его убить. Сегодня люди из «тайного круга» искали его.

Чезаре, только-только хотевший пропустить курьера и рядового в комнаты, чтоб не топтались в прихожей, отступил на шаг и нахмурился.

– У королевы теперь власть, - сказал он сдавленным голосом. – Интересно, а можно попасть к ней на аудиенцию?

Но Рассел и курьер только переглянулись и покачали головами. Роз поджал губы. Разумеется, королева никого сейчас не примет, она заперлась за пятью дверями и окружила себя охраной. Ну что ж, хотя бы следующий шаг Тэллина Розу известен: он будет искать Грета Кешуза. Незаконного сына принца Ромила. Ему сейчас, должно быть, лет тринадцать-четырнадцать. Чуть старше, чем Дэн …

– Нам надо в участок. Объявлена облава на обоих мальчиков, - сказал курьер. – Вы едете, эн Роз?

– Буду через пару минут, - ответил Чезаре рассеянно. – Не ехать же прямо в пижаме?

На самом деле он уже не был одет в пижаму. Но и служебную форму ещё не надевал.

Тихо-тихо Роз прошёл в комнату, где спал Дэн. Мальчик сидел на кровати полностью одетый – чёрные короткие штаны, полосатые чулки, рубашка в маленьких круглых пятнышках крови. Жабо и манжеты он отодрал и кинул на подоконник, кружевные банты с туфель запихал под кровать.

– Всё слышал? – спросил Чезаре.

– Его поймают?

– Кого?

– Гудвина, - ответил Дэн.

– Ты думаешь, что Гудвин убил принца Ромила? Почему ты так считаешь? – тут же вцепился в мальчика Роз.

Дэн сжался и покачал головой.

Ну что с ним делать? Роз переоделся, наскоро сжевал варёное вкрутую яйцо и гренок, вернулся к Дэну. Тот всё сидел, сложив руки на коленях. Как будто маленький арестант в своей камере.

– Послушай меня, малыш, - Чезаре постарался завладеть его взглядом, но мальчик, лишь посмотрев в его глаза, зажмурился. – Послушай! Мне надо идти на службу. Очень надо! Здесь тебе ничто не угрожает. На квартиру наложено много чар, и ты здесь в безопасности. Но стоит выйти наружу – как тебя увидят и схватят. В таком-то виде!

Он придвинул к кровати сумку с вещами, собранными его матерью.

– Так что твоя задача: вымыться, переодеться, взять на кухне хлеба, согреть чая и позавтракать. И ждать меня. Ты понял?

Ни слова, ни жеста – Дэна словно парализовало. Понятно, он действительно уверен, что на принца покушался его брат. Значит, Тэллин обработал обоих мальчишек. И, по своему обыкновению, нимало не позаботился о том, что с ними произойдёт после дела. Убьют их, искалечат, посадят в тюрьму, лишат эмоций – это Тэллину, мерзавцу, неинтересно. Его это, негодяя, не беспокоит.

Чезаре зашёл на кухню, проверил – еды немного, он нечасто обедал дома, но хлеб, сыр, масло, сахар и чай – всё имелось, так что голодная смерть ребёнку не грозила. Дэнни, оказывается, тихонько проскользнул следом за ним и теперь смотрел во все глаза. Ну да, небольшой беспорядок. Когда он в последний раз прибирался тут? Чезаре не помнил. Он всегда старался мыть посуду, ставить вещи на место, протирать пыль – но, конечно, идеальным порядком в кухне и не пахло.

– Ты сможешь сам вскипятить воду для чая, малыш? – спросил Роз.

Он не очень хорошо представлял, что может уметь мальчик возраста Дэнни. Сам он в десять лет, кажется, только и делал, что пропадал во дворе или на речке с другими мальчишками. Они играли или рыбачили, купались или строили шалаши из тростника. Мог ли он поставить на плиту чайник? Роз не мог вспомнить. На память приходили разве что бесконечные костры и поджаривание мелкой рыбёшки на палочках. Снаружи рыба обугливалась, изнутри оставалась полусырой, и была удивительно вкусной даже без соли.

– Сможешь?

Дэн презрительно посмотрел на Чезаре и кивнул.

– Мне десять лет, а не один год, - сказал он.

– Хочешь, я принесу сюда из участка свою лютню?

Роз сам не знал, зачем это спросил. И тут же раскаялся – ещё придётся объяснять мальчику, зачем потащил музыкальный инструмент на работу! А ведь давно надо было забрать. Это они сидели в весеннее равноденствие, праздновали день рождения Солнца, пели песни…

Но Дэнни покачал головой, и Чезаре уловил в его взгляде страх.

– Ненавижу лютни, - сказал мальчик.

– Ну, как хочешь. Я приду только вечером. Сиди тихо, малыш. Никто сюда не придёт.

«А если и придёт, то без меня не сунется», - мысленно добавил про себя Роз.

Дэн вздохнул и кивнул.

– Мне некуда деваться, - буркнул он.

Он сел на табуретку и скрестил руки на груди.

– А Гуди вы тоже приведёте сюда, как поймаете, эн Роз?

Чезаре не нашёлся с ответом. Пожал плечами, надел шляпу и ушёл на службу.

***

Утро встретило Сарвена Дарда, ученика мага ложи Смерти, свежестью и прохладой. Кажется, собирался дождь. Ещё оно приветствовало его отвратительным смрадом, идущим от ямы с отходами, заскорузлой одеждой – где он только так извозился? – головной болью и частичной потерей памяти.

Кажется, вчера вечером они с учителем после хорошей пьянки раскопали на свалке чьи-то кости, связали их верёвочками и заставили плясать. Потом залезли на чужой погост, сломали дверь в богатый склеп, забрали оттуда свежую покойницу, старую даму в шёлковом платье, как у невесты. Положили на её место пляшущий скелет и закрыли крышку гроба, не забыв открыть на ней окошечко. Оно-то как раз и послужило идеей для забавы. Очень уж смеялся учитель на похоронах дамы, увидав это оконце. Только представьте себе: обитый бледно-розовой тканью и украшенный ленточками и рюшечками гроб – и окошечко, да ещё открывающееся и снаружи, и изнутри!

…Про то, что оно изнутри отворяется, они уже потом увидали – когда старушку изымали из домовины…

Дальше Сарвен Дард по прозвищу Упырёк совсем ничего не помнил. Он привстал на локте, озирая свалку. Горы мусора и ямы, словно язвы на коже. И ни одной старушки в светлом шёлковом платье – ни живой, ни мёртвой. Учителя Сарвен тоже нигде не видел.

Ученик некроманта сел и потёр виски. Он выбривал их, оставляя волосы расти широкой полосой посередине головы. Сейчас под пальцами уже шуршала отросшая щетина. Голова казалась ему жбаном, полным боли. Она там внутри переливалась и перекатывалась, и, кажется, даже булькала. Тут в горле Дарда что-то и впрямь забулькало, и он согнулся, ожидая приступа рвоты. Нет, пронесло.