Чтение онлайн

– Так им и надо, - убеждённо сказал Дэн. – Гуди мне и говорил, что он будет бороться!

– Ага, - быстро произнёс Чезаре. – Он говорил! Скажи-ка мне, а кто его научил? Ты мог слышать от него имена, конкретные имена!

– Ничего я не слышал! – ещё громче крикнул Дэн, тяжело дыша.

Он почувствовал, как в нём поднимается былая ненависть. Маг ещё не успел разделить эту эмоцию, и если её беречь и использовать разумно – то и не разделит! Поэтому Дэн изо всех сил старался оставаться спокойным. Это было непросто. Светлый предал его доверие, Светлый арестовал его семью, и их могут казнить!

– Не волнуйся, малыш, - покровительственно сказал Чезаре. – Я позабочусь, чтобы твоего брата судили справедливо! Всем должно быть ясно, что подростки сами по себе так действовать не будут: это им не свойственно. Они слишком ещё незрелые, и их эмоции, хоть и очень сильны, тоже не дозрели до борьбы. Тот, кто использует таких, как твой старший брат, очень циничны. Вот они-то и есть настоящее зло. Я сам занялся этим делом, чтобы Гудвин ван Лиот остался цел!

Из этих слов Дэн понял лишь, что Чезаре оправдывает брата. И считает, что виноват кто-то другой. Это его немного успокоило.

– Но мама… и отец? Почему их отправили в ссылку?

– Чтобы они ненароком не вмешались в процесс, - в голосе Чезаре Дэн снова услышал самодовольство. Этот человек словно был уверен в своих безграничных возможностях. – Ведь речь идёт об их сыне. Сыновьях, - поправил он сам себя, глядя на Дэна сквозь дым. – Сегодня я говорил с ними, правда, разговор вышел недолгий. Ты сможешь найти их позже, когда в Азельме станет поспокойней. А что касается Гуди, ты мог бы мне помочь. Вспомни всё, о чём с тобой беседовал брат.

Но Дэнни мог лишь покачать головой. Потрясение оказалось очень сильным, а эмоции не находили выхода – жгли ему сердце. Он ненавидел всех Светлых магов и ненавидел Чезаре Роза. Тот не мог не заметить, не мог проигнорировать его ненависть. Пусть давится ею, разделяя то, чему нет предела, пусть испытывает мучения. Всё равно им далеко до того, что чувствует он, Дэн.

***

Стараясь сохранять спокойствие, Чезаре докурил, вытряхнул из трубки пепел в коричневое глиняное блюдце и извлёк из-за кресла задвинутый туда чемоданчик. Совсем небольшой – поместиться там могло не многое! Щёлкнул двумя золочёными пряжками, открыл оббитое красным шёлком нарядное нутро чемодана и достал скрипку в потёртом футляре и старую, с пожелтевшими страницами книгу.

– Я знаю, что для тебя дорого, и забрал это из вашего дома, - сказал он.

Мальчик сидел, сжавшись в комочек, и опять, как при аресте, казался Розу совсем маленьким. Знать бы ещё, как помочь ему справиться с горем и потрясением. Как устоять перед желанием использовать магию? Ведь она будет расценена Дэнни как нападение, а не как проявление сочувствия.

Дэн взял и книгу, и скрипку. Роз прислушался к эмоциям мальчика. Чувства, переполнявшие его, были далеки от любви, но благодарность к Чезаре он ощущал. Это обнадёживало мага. Всё-таки он вытащил его и принял на себя ответственность за маленького мага, можно сказать, усыновил.

– Можешь идти к себе, малыш, - Светлый закрыл глаза, откинулся в кресле, словно собирался подремать. – Если ты будешь играть на скрипке – постарайся не угробить всех вокруг.

Как ещё сказать ему «видишь – я добрый!» чтобы он принял лучшие намерения за участие, а не за попытку подчинить? Роз ещё не придумал, как, но, возможно, что потихоньку у него получится объяснить мальчику, что он не враг.

А ещё Роз очень хотел кое-что прояснить для себя самого. Он уже успел дознаться до того, кто руководил Дэном и Гуди. И отлично знал, откуда тянутся нити заговора. Но не мог ничего сделать: сейчас просто невозможно было не то что арестовать – даже обвинить этого человека в содеянном. Горечь от того, что глава Комитета потерпел неудачу, не находила выхода. С одной стороны, от Чезаре ждали действий, с другой – не давали ему полной свободы действий.

Как он настаивал, чтобы арестовать и допрашивать Гудвина Софета ван Лиота, как злился, понимая, что это дело ему не отдадут. Но дело ушло к дворцовым шавкам. Добраться до них Чезаре не мог. Дворцовую охрану всю перебрали, перечистили, кого-то казнили, кого-то выслали в дальние колонии или на границу с воинственным Иртсаном. Вельможи, советники, тайная служба – все перегрызлись между собой, пытаясь установить, чья вина в том, что недоглядели, в том, что кого-то не оказалось на месте, в том, что в итоге всех перипетий погибли и король, и наследник. Всё это обсуждалось уже сотни раз, и ни разу Чезаре Роз не присутствовал там.

Он злился не только на свою беспомощность, но и на то, что у власти беспрерывно пребывают не-маги, простаки, как их зовут Тёмные. Так повелось с очень давних времен, когда маги, пришлые люди, появились в Тирне – им дозволено было остаться лишь на таких условиях. И вот, спустя почти тысячу лет, только избранные маги по сей день могут очень изредка хоть что-то предлагать королю, полагаясь на его милость. Офицеры Комитета к избранным не относились. Разве что у их Главы было право разговаривать с королём раз в неделю.

Так что обещания, данные Дэнни, слова, что он, Роз, позаботится о Гудвине, не имели никакого веса. Он не мог ничего сделать. Во дворце целый институт охраны – магов, стражей, скрытых и явных. И вот кто-то сделал так, чтобы один мальчишка сумел убить короля, а другой проникнуть в покои принца, что ставило существование всего этого института под сомнение. В особенности магов. Зачем они нужны, если их так легко провести?

Чезаре Розу были известны люди, которые, скорее всего, и провели всю эту свору, и, пожалуй, он мог бы воспользоваться своим знанием, чтобы спасти и второго мальчишку тоже. Надо будет попробовать завтра сделать этот ход. Правда, ход небезопасный – человек, к которому сходились все нити, запросто этими нитями мог удавить и самого Роза.

Когда-нибудь всё изменится. Чезаре был уверен в этом. И продолжал скрывать, кто такой на самом деле Дэнни, выдавая его за своего ученика.

И мало-помалу, начав с простых бесед, действительно стал обучать Дэна Светлой магии. Это оказалось непростым для них обоих испытанием, особенно поначалу, когда Дэнни замыкался, уходил в себя, целыми днями не разговаривая с Розом.

Но постепенно мальчик свыкся со своим положением.

Двое ловцов, которые присутствовали при аресте Дэнни, хранили его секрет. Остальные же привыкли видеть Чезаре в обществе хмурого, замкнутого мальчика, с которым тот нечасто, но всё же появлялся то в участке, то на улицах города. Некоторые считали Дэна сыном Роза, но лишних вопросов не задавали. И хвала Спящему.

***

Учитель Сарвена Дарда, которого все звали попросту неаппетитным прозвищем «Трупоед», лежал на спине и смотрел в потолок, время от времени моргая и издавая звук, похожий на громкую отрыжку. Во всём доме стоял невыносимый запах перегара, самосада и тухлятины.

Упырёк первым делом распахнул окна и высунулся наружу. Вид из окна был привычный: кладбище, памятники, оградки, массивный забор, маленький храм с «кулачками» на крышах. Пасмурный день как нельзя более способствовал созданию унылого и мрачного настроения. Трупоед умер с перепоя два дня назад, и нерадивый ученик упустил момент, когда человека можно вернуть без ущерба для его здоровья. Как умственного, так и физического. Ну, как - упустил. Вообще-то Дард бы и не смог качественно сделать такую работу: чтобы по-настоящему оживить кого-либо, необходимо убить. Не говоря уж о том, что у Сарвена никого не было под рукой для такого дела – разве смог бы он убить человека? Ведь одно дело копаться в трупах, видеть их чуть не каждый день, иметь дело со всякой нежитью, а другое – сделать этакое самому.