Чтение онлайн

– Давайте, пацаны...
– с акающим акцентом москвича скомандовал он.

Выйдя из салона, троица дождалась, пока желтая "Волга" выкатит со двора (при этом татуированный зачем-то взглянул на номер машины), и, бегло осмотрев двор, двинулась в ближайший подъезд.

– Какая квартира?
– тихо спросил один, вжикая взад-вперед замком-"молнией" небольшой спортивной сумки.

– Двадцать седьмая, второй этаж.

– Варлам, иди-ка на всякий случай под балкон встань, чтобы эта гнида из окна не ломанулась, - скомандовал татуированный, видимо бывший старшим.
– Вот дверь, сориентируйся, где его окно, и, если свет горит, нам скажешь.

Варлам отправился вниз. Вернулся он через минуту и, довольно хмыкнув, произнес, обращаясь почему-то только к татуированному:

– Михей, там зашторено, но вроде как ночник горит.

– Пробить-то мы его здесь пробили, теперь главное - чтобы никого посторонних дома не оказалось. Лады, Варлам, вниз давай. А ты, Валерик, кивнул Михей спутнику со спортивной сумкой на плече, - доставай свою трубочку.

Остановившись на лестничной площадке рядом с дверью, на которой блестела латунная табличка с цифрой "27", Михей и его спутник Валерик осмотрелись. Подойдя к двери двадцать пятой квартиры, Михей, приложив ухо к потертому дерматину, прислушался - все было тихо. Из двадцать шестой квартиры доносился слабый звон посуды, - видимо, там только сели ужинать.

Тем временем Валерик, сковырнув отверткой телефонный щиток, уже перебирал разноцветные переплетения проводков. Нащупав нужные, зачистил проволоку от изоляции, подключил телефонную трубку с каким-то замысловатым табло, щелкнул наборными кнопками и приложил трубку к уху. Вне сомнения, этот прибор позволял прослушивать через домашний телефонный аппарат все, что происходит за дверью двадцать седьмой квартиры.

– Ну, есть он там?
– нетерпеливо спросил Михей.

Валерик редкозубо осклабился.

– Куда денется! С телкой какой-то сидит, понтуется, каким он на Москве крутым был!

– Телка - это хуже, - помрачнел татуированный.
– На хер нам свидетели?

– Так что, до завтра отложим?

– Времени мало, завтра в Москву надо возвращаться, - категорично отрезал Михей.
– Хрен на нее, мы тут все равно не засвечены. Ладно, отключай свои проводки. Сейчас одно надо: чтобы он нас впустил.

В двери не было смотрового глазка, и это немного облегчало задачу ночных гостей. К тому же нужный им человек жил на съемной квартире и наверняка не был знаком с соседями.

Михей аккуратно вдавил пуговку дверного звонка и тот отозвался мелодичной трелью. Спустя минуту за дверью послышались шаркающие шаги и мужской голос спокойно спросил:

– Кто там?

– Слышь, братан, - произнес Михей приглушенно, стараясь вложить в интонации максимум скорби, - сосед я твой, из тридцать первой. У нас тут мужик один хороший погиб, Петька Сорокин из семнадцатой, так я от домового комитета на похороны собираю. Дай сколько можешь на святое дело, хоть пару рублей, если не жалко!

С той стороны двери послышался характерный звук открываемого замка, зазвенела цепочка... Но едва дверь приоткрылась, Валерик, стоявший сбоку, навалился на нее плечом - спустя мгновение незваные гости ворвались в прихожую. Несколько беспорядочных ударов, болезненное кхаканье жертвы - и хозяин, даже не успев рассмотреть нападавших, свалился на пол.

Несомненно, ворвавшиеся в квартиру были профессионалами. Валерик, достав из кармана наручники, мгновенно заломил мужчине руки за спину и щелкнул браслетами. Михей же, выхватив из кармана пистолет с загодя навинченным глушителем, бросился в комнату и, заметив лежавшую на кровати поверх одеяла девушку, резким движением навел на нее ствол.

– Вот что, телка, пикнешь - убью!
– со зловещим придыханием профессионального убийцы пообещал он.

Тем временем Валерик волок за волосы упиравшегося хозяина; поздний визит поднял его с девушки, и потому, кроме махрового халата, наброшенного на тело, больше на нем ничего не было.

– Свистни-ка Варламу, чтобы он сюда подвалил, -- скомандовал татуированный и, сделав шаг к лежащему, неожиданно ударил его в пах. Тот завыл.
– Ну что, гнида, свалить захотел? А как же долги? Скрысятничать хотел? Думал от нас убежать? Зря думал: от братвы далеко не убежишь!

Минут через пять в квартире появился и Варлам. Сперва взглянул на лежащего, оценил неестественную зелень его лица и уведомил глумливо:

– Это еще цветочки. Через полчаса ты вообще пожалеешь, что родился на свет.

Затем обратил внимание на девушку - та лежала ни жива ни мертва от страха, забыв даже прикрыть свои оголенные груди и вполне аппетитные бедра.

– Во, телка, какая ты сисястая! Че, пацаны, с собой заберем или как?

– Первым делом, первым делом - самолеты, ну а девушки, а девушки потом, - продекламировал Михей.
– Запри-ка ее пока в ванной и кляп какой-нибудь в рот засунь, чтобы не орала. А ты, Валерик, обыщи, что тут ценного есть. Не мог же он из Москвы свалить пустой!..

...Спустя полчаса московский бизнесмен, скрывавшийся от кредиторов в Краснодаре, действительно пожалел, что родился на свет.

Конечно же свою вину он знал. Конечно же он видел, кто перед ним, но все-таки попытался договориться.

– Ребята...
– начал он, с трудом справляясь с естественным волнением.

– Мы те не ребята, ребята у мамки сиську сосут, - прервал Михей, доставая из внутреннего кармана несколько сложенных вчетверо листков бумаги. Заткнись лучше и слушай, что я тебе говорить буду. Так-так-так.,. Ага. Вот. Он принялся читать с выражением: - "Расписка... Я, Леонид Петрович Юшкевич, 19 апреля 1998 года взял в долг у Владимира Валерьевича Бурнуса двадцать две тысячи долларов. Обязуюсь вернуть не позже, чем через четыре месяца". Ты Леонид Петрович Юшкевич? Что молчишь, сука?! Не слышу! Ты?!

– Да, - с трудом ворочая пересохшим языком, отозвался хозяин квартиры.

– Брал деньги?

– Брал.

– Почему не отдал?

– Да сами же понимаете - кризис! Я бы и отдал, у меня счета в Мост-банке и "СБС-Агро", так ведь валюты нет! Предлагают или рублями по шесть триста, или в Сбербанк переводить... Да еще с ГКО моя фирма влетела...

– Нас это не колышет. Мы тоже влетели. А вот еще одна расписка. Читаю: "Я, Леонид Петрович Юшкевич, 20 января 1998 года взял в долг у Ольги Дмитриевны Самоделок пятьдесят четыре тысячи долларов. Обязуюсь вернуть шестьдесят четыре тысячи долларов не позднее..." А вот еще: банковская платежка о перечислении на твою долбаную фирму предоплаты в сто двадцать пять тысяч долларов. Капусту ты получил, обналичил - это мы тоже знаем. Товар не поставил. Брал?

Крыть было нечем.

– Брал...

– Чем ответишь?

Должник промолчал.

– У тебя тут что-нибудь вообще есть?
– спросил Михей.

– У него наликом сто четырнадцать штук, какая-то мелочь и кредитки "СБС-Агро", - доложил Валерик, делавший в квартире обыск, и, поставив на стол "дипломат", щелкнул замками - на столешницу посыпались тугие брикеты стодолларовых купюр и россыпь кредитных карточек.
– На антресолях среди хлама нашел.

– Ага, уже легче...
– немного повеселев, резюмировал татуированный.
– А остальные? А нам за работу? А бизнесменам нашим за моральный ущерб? Так чем ответишь, сучонок?!