Чтение онлайн

— Когда ты начала меня ненавидеть?

— Когда мой сын сказал, что ты его враг.

— И когда он тебе об этом сообщил?

— Вчера.

Что и требовалось доказать. Изюмов решил действовать чужими руками. Самому до меня уже не дотянуться по собственной глупости, значит, пустим маму биологического тела в расход. Заодно и окончательно похороним тайну бастарда Ноября. Я никогда не поверю, что он всерьез предполагал, что вот эта напуганная собственной решимостью женщина со мной справится. Ну… процентов пять успеха — да, вполне. Если бы я шел, погруженный в свои мысли, не смотрел бы по сторонам и всякое такое. Но как-то безжалостно по отношению к той, которая когда-то делила с ним одну постель и подарила ему сына. Еще одно подтверждение моего давнего вывода, что Николай Алексеевич Изюмов — весьма мерзкий тип, и некромантия тут совершенно ни при чем.

— Где вы встречались?

— На набережной Фонтанки, возле Михайловского замка.

— Что попросил у тебя сын?

— Денег.

— Сколько дала?

— Всё, что было на счетах. И еще карту ему открыла. Без имени пользователя.

Я присвистнул. Красиво гуляем! Империя у нас за гражданами бдит изо всех сил. Если какой-то параноик желает, чтобы даже в теории его траты отследить было невозможно, заказывает себе карту без имени. Но! За любую операцию по ней будь готов отстегнуть от одного до пяти процентов комиссии. Ну а что ты хотел? За свободу самовыражения надо платить. А самое красивое, ну кто вам сказал, что операции по такой карте вообще никак нельзя зафиксировать? Глупость несусветная. Возьмут сотрудников Императорского банка за причинное место, те тут же распечатку выдадут, где, что и когда. Вот как дети, право слово, в сказки верят, да еще за собственный счет…

— За что меня ненавидит твой сын?

— Ты плохой! — уверенно отозвалась дамочка.

— А конкретнее?

— Ты… ты…

Пластинку заело. Ну да, не будет же князь Изюмов объяснять глупенькой влюбленной в него женщине, что из-за моего сопротивления ему пришлось занять тело её сына, куда менее отвечающее его амбициям. И что про сына как такового она уже может забыть раз и навсегда. Осталась только одна оболочка, а дух Ноября отправился куда-то туда, в объятья Всесоздателя.

Ладно, попытка номер два.

— А ты меня за что ненавидишь?

— Ты! Ты! Ты!..

Ну, интонации поменялись, конечно, а вот смысла сказанному это ничуть не прибавило. То есть Николай Алексеевич даже подходящую легенду состряпать не удосужился. Просто пришел и заявил: мам, я тут своего брата, который от законного брака родился, вдруг возненавидел так, что челюсти скрежещут. Даже сбежал из-за него из Академии. В общем, ты тоже его того-этого, проклинай от всей души. А будет оказия — прибей ненароком, чтобы я себя счастливым почувствовал.

И ведь сработало! В чем подвох? Бабы — дуры, или налицо некритическое восприятие самого близкого человека?

На несколько секунд я завис, сообразив, насколько близки слова некритический и некротический. Сбросил морок, встряхнулся. Мне надо дождаться спецов и сдать дамочку с рук на руки. Так соберись, не расклеивайся. Никого не интересует, выспался ты сегодня или нет. Дерьмо случается. Раз ты оказался расторопнее, чем в прошлом своем воплощении, повесь себе виртуальную медальку на грудь, и возвращайся в реал.

— Твой сын ведет себя не так как всегда? — просто контрольный вопрос в ожидании приезда спецов из особого отдела.

— Да. Он… так изменился. Это всё из-за тебя!

Ого! А мы еще выводы пытаемся делать! Не ожидал прямо от человека в таком состоянии.

— И давно твой сын стал другим?

— С тех пор, как на него объявили охоту!

Хм, логично. Вали всё на обстоятельства, они спишут и другой характер, и незнание каких-то базовых вещей, о которых должен был быть в курсе исходный Ноябрь.

А потом я подумал. Да какого рожна? Я и так использую в общении с дамочкой свой дар, о чем уже уведомил Семеныча. Чуть слабее, чуть сильнее, какая уже разница?

Направленное внимание. Считай, полное сканирование с возможностью выбрать наиболее заинтересовавшие тебя моменты воспоминаний. Понеслась!

Вот встревоженный подчиненный приносит дальфон, где голосовым сообщением указано место встречи. Хм, а Изюмов — молодец. Сообразил, что проверять в первую очередь будут личные телефоны семьи, а все прочие — по остаточному принципу.

Вот сама встреча. Ноябрь изображает из себя трагического героя и всячески старается держаться подальше от встревоженной матери. И только после выдачи ему на руки обезличенной карты меняет гнев на милость и позволяет бедной женщине припасть к своей груди.

Так, а когда он на меня нажаловаться-то успел? Что-то я не заметил. Ладно, еще раз с самого начала…

А, вот и нужный момент. Да, во время встречи на Фонтанке. Ля, как же мимика Ноября в этот момент мимику Николая Алексеевича напоминает! Ябедничает. Но как-то неконкретно. Дескать, увидел в Академии своего младшего брата, а тот на меня так недобро посмотрел, что я сразу понял: хана! А уж когда за мной полиция явилась, то и вовсе в этом мнении утвердился. В общем, валит с больной головы на здоровую. Я-то его, между прочим, вообще не видел изначально, только злость его почувствовал. Если бы он сдержался в тот момент, вполне вероятно, до сих пор числился бы студентом Государственной магической академии и забот бы не знал.

И вот отсюда опять же вопрос: отец ведь уже впрямую подозревал меня в том, что я менталист. Даже в особый отдел на меня и на деда настучал. Тогда почему же при прямом столкновении он столь глупо себя повел? Я бы на его месте сделал вид, что я в домике, и полями-огородами постарался бы оказаться как можно дальше от человека с прокачанной силой духа, чтоб никоим образом его внимания к себе не привлечь. Загадочно. Гордость не позволила поскорее убежать? Или что? Может, зря я считаю Изюмова реально опасным противником, в то время как он дешевый понторез?

Да, в плане лабораторной работы Николай Алексеевич давал фору многим. Он просто фанател от некромантии, посвящая занятиям ею всё свое свободное время. И, разумеется, достиг в своей стихии определенных высот. А уж про его коронную, как выяснилось, фишечку с вытеснением духа кровного родственника, я вообще промолчу.

Но вот чисто по-человечески… дурак же? И зря я к нему с таким пиететом относился. Говорил же Козьма Прутков, что специалист подобен флюсу, полнота его односторонняя. Так и здесь вышло.

— Откуда ты знала, как я выгляжу? — спрашиваю чисто, чтоб скоротать время.

— Задала поиск в сети. Нашла фотографии с похорон.

— Как ты поняла, в каком общежитии меня искать?

— Сын сказал, что ты воздушник. Я скачала план территории Академии и выяснила, где находится ваше общежитие.

Как же всё просто-то! Если изначально я был против дедовского плана загнать всех под пропускной режим, то теперь прямо жду — не дождусь, чтобы эта вольница поскорее закончилась и всякие придурошные мстители тут не шлялись.