Чертовски Дикий
Шрифт:
— Ты имеешь в виду, притвориться, что мы...
— Да, — резко обрываю я его. Этот невыносимый ублюдок реально наслаждается ситуацией. — Уверен, Валек прекрасно осведомлен о фанатских теориях насчет наших отношений. Мы могли бы снять один номер в отеле, и никто бы ничего не заподозрил.
— Вы бы пошли на это? — спрашивает Айви, явно удивленная.
— Это идеальная ложь, — отвечаю я, сохраняя нейтральный тон, несмотря на внутренний дискомфорт. — Ты можешь подождать в машине, пока мы получим ключ от номера, а потом проскользнуть внутрь. Возможно, притворившись, что доставляешь нам еду.
Руки Призрака приходят в движение в вихре жестов, ясно выражая его негодование. В его синих глазах горит протест, массивное тело сжато от напряжения. Хотя я не могу уследить за всеми его жестами, смысл ясен. Он не хочет разлучаться с Айви.
— Я понимаю твое беспокойство, — говорю я ему, — но твое присутствие привлечет слишком много внимания. Это самый безопасный вариант, — я смотрю на Айви. — Если ты, конечно, не против?
Айви медлит, затем кивает. Она дарит Призраку слабую улыбку.
— Всё хорошо, — мягко говорит она ему. — С ними я буду в безопасности, — её улыбка становится чуть более дерзкой, когда она снова встречается со мной взглядом. — А если нет, уверена, ты будешь готов прийти за мной.
Виски шумно выдыхает через нос:
— Ага. Прийти и скрутить нас в крендель.
— Именно, — многозначительно говорит Айви. — Так что не облажайтесь.
Плечи Призрака слегка опускаются; в его позе поражение борется с инстинктом защитника. Его руки снова показывают жесты, на этот раз медленнее.
О-Б-Е-Щ-А-Й-Т-Е... З-А-Щ-И-Щ-А-Т-Ь... Е-Ё.
— Обещаем, — говорю я совершенно искренне. Несмотря на мое нежелание проводить длительное время в компании Виски в чертовом номере отеля, безопасность Айви имеет первостепенное значение. — Ценой собственных жизней, если потребуется.
— И мы вдвоем отлично с этим справимся, — добавляет Виски. — Чума — это мозги, а я — мускулы, — он излишне поигрывает мышцами, чтобы подчеркнуть свою мысль.
Я не могу сдержать закатывания глаз.
Мы коллективно разрабатываем структуру стратегии в групповом чате. Тейн отвлечет Валека разбором командных игр, что является вполне правдоподобным занятием для капитана и нового игрока. Тем временем Айви, Виски и я сбежим по пожарной лестнице в сумерках, когда тени обеспечат дополнительное укрытие.
Призрак подходит к своему шкафу, достает несколько футболок и худи. Он возвращается к Айви, протягивая их ей. Ему не нужно говорить, чтобы смысл был ясен. Его одежда пропитана его запахом, и это поможет ей оставаться скрытой.
— Спасибо, — шепчет она, принимая вещи со сладким поцелуем в его скрытую маской щеку. Интимность этого момента заставляет меня отвести взгляд, чувствуя себя лишним, несмотря на то, что стою в нескольких футах от них.
Виски прочищает горло.
— Нам стоит собираться налегке. Только самое необходимое.
В кои-то веки он высказал здравую мысль. Я киваю в знак согласия.
— Нам нужно будет двигаться быстро и тихо.
Пока Айви собирает свои скромные пожитки, я, как обычно, начинаю всё усложнять, просчитывая переменные, непредвиденные обстоятельства, потенциальные точки сбоя в нашем плане. Это то, что я делаю. Я анализирую, я строю стратегии, я сохраняю контроль.
Но осложнения... существенны. Я буду находиться в тесном пространстве одновременно с Виски и Айви — истинной нашей стаи, у которой вот-вот начнется следующая волна течки. В этой ситуации нет абсолютно ничего предсказуемого.
— Я готова, когда скажете, — произносит Айви, прерывая мои мысли. Она держит небольшой рюкзак, в котором уместилось всё, что у неё есть в этом мире. Реальность её положения — то, что жизнь этой женщины свелась к тому, что она может унести в руках, — вызывает во мне волну холодной ярости.
Уэйд Келли заплатит за это. Не сейчас, не прямо сегодня. Но когда-нибудь.
— Нам нужно уходить, пока не стемнело, — говорю я, глядя на часы. — Сумерки обеспечат оптимальное укрытие.
Руки Призрака двигаются, он показывает Айви что-то, что я не могу уловить. Что бы он ни сказал, её взгляд смягчается.
— Буду, — обещает она ему. — И я буду на постоянной связи в групповом чате. Вы будете знать, где я нахожусь, каждую минуту.
Он кивает; напряжение в его массивных плечах слегка спадает. Затем он поворачивается ко мне, его синие глаза горят интенсивностью. Ему не нужно показывать жесты, чтобы я понял послание. Сохрани её в безопасности или не возвращайся.
— Даю слово, — говорю я ему, выдерживая зрительный контакт, пока мой телефон снова вибрирует в руке.
— Пора выдвигаться, — говорю я, пряча телефон.
Призрак первым подходит к окну, бесшумно открывая его. Угасающий свет сумерек окрашивает мир в оттенки синего и фиолетового, обеспечивая нам необходимое теневое укрытие. Под подоконником пожарная лестница зигзагом спускается к земле.
Айви в последний раз подходит к Призраку, поднимая руку, чтобы погладить его лицо в маске. Его обычно ледяные глаза теплеют до более мягкого синего оттенка, и видно, как он буквально тает от её прикосновения.
— До скорой встречи, — шепчет она. — Как только это будет безопасно.
Он кивает, на короткое мгновение накрывая её руку своей огромной ладонью. Затем отступает, позволяя ей подойти к окну.
Я иду первым, проскальзывая в проем с привычной легкостью. Металлическая решетка холодит руки, когда я помогаю Айви выбраться, поддерживая её, пока она нащупывает опору на узкой площадке. Виски следует за нами; его громоздкая фигура едва не срывает окно к чертовой матери вместе с рамой.
— Следи за плечами, — бормочу я себе под нос.
— Потихонечку, — говорит он, присоединяясь к нам на площадке. — Никаких резких движений, никакого шума.
Как будто это нам нужно быть осторожными.
Мы спускаемся по пожарной лестнице в тишине; каждый шаг выверен так, чтобы минимизировать звук. Айви идет между нами: я впереди, Виски замыкает. Когда мы проходим мимо окон, мое сердце замирает в груди, но я не вижу телевизор с этого ракурса и не вижу Валека. Я уверен, что Тейн дал бы нам знать, если бы мы действовали слишком неосторожно.