Чтение онлайн

Утром Нюшка вскочила пораньше - мамке помочь по хозяйству. Вчерашний вечер помнился смутно - вроде как с лекарем получилось что-то нехорошее, и голова сильно болела. Но сейчас все было просто здорово.

– Мама!
– радостно кинулась она к матери. Но та замерла, отступила, не отводя от дочки глаз. Ее Нюшка, кровиночка родная, хоть и порченая, словно чудом преобразилась - стала на голову выше, тоньше в стане, и ноги - длинными их не назовешь, коротковаты, но это уже не прежние косолапки, а настоящие девичьи ножки. И лицо, ее малышка вдруг стала красивой и невероятно похожей на отца.

– Ждан, иди сюда, на Нюшу погляди!
– слабым голосом позвала она.

Испуганный отец выскочил из дома, бросился к дочке. Посмотрел, потом обнял, прижал к себе, погладил по голове.

– Анна! Уже не чаял, не гадал, - в глазах его стояли слезы.

– Целитель это заезжий помог, - смущенно отстранилась она, счастливая. Отец, наконец, дал ей полное имя. И такое красивое - Анна.

– Но ты его хоть поблагодарила?
– заботливо спросил отец.

– Да мамка его чуть ногами не запинала..., - девочка запнулась, сообразив, что ляпнула что-то не то. Лицо отца посмурнело.

– Злая ты, Незвана, не зря тебя прокляли, - с горечью сказал он жене, бывшей темнолесской ведьме.
– Люблю я тебя, иначе давно бы ушел к другой. Но вот пожалел сейчас, впервые пожалел, что не ушел. Разве ж так можно, за добро злом? Идите прощения просить, обе.
– Он отвернулся и ушел в дом.

Спустя несколько минут он вновь появился на пороге, уже не в будничной, а почему-то в выходной одежде, сказал, что идет к старосте, и ушел.

Незвана с дочерью, просидев у Дарьи все утро, лекаря так и не дождались.

– Сказал, что видеть не хочет, - развел руками Витька.
– И сил, говорит, не осталось в дом идти. Блинов вот просил принести. Без меда.

Он забрал для лекаря остатки блинов, а гостьи, не став дальше засиживаться, вернулись домой. Особенно обидно было Нюшке, помнившей, с каким неподдельным вниманием и сочувствием расспрашивал ее вчера добрый лекарь. А сегодня не захотел даже видеть.

В доме Дарьи, неожиданно ставшим средоточием сельской медицинской помощи, осталась только лесничиха. Бабка принесла мед, надеясь увидеть целителя. Ее сына Ведьмедьку он должен был лечить вторым. В семнадцать лет руки паренька оставались короткими и недоразвитыми, а несколько пальцев и вовсе от рождения были сросшимися. Муж лесничихи по молодости служил в пограничье, у Огненной пустыни, а проклятые земли на всех оставляли свой след.

– Так это, выходит, зря я пришла?
– спросила старуха, обращаясь к Дарье.
– Целитель, значит, силы совсем лишился?

Тетка пожала плечами, а несчастной матери за всех ответил добросердечный Игорек:

– Вы не горюйте, тетенька. Сегодня у него сил нет, а завтра все в порядке будет. И сына вашего он быстренько вылечит.

Бабка взбодрилась, приняв его слова за непреложную истину.

– Спасибо на добром слове. Так я, значит, завтра приду?

– Конечно, конечно, приходите. С сыном, - закивал Игорек.

Лесничиха ушла, и взгляды дружно обратились к мальцу.

– Может, сначала надо было спросить самого лекаря?
– для порядка выговорил ему Видян без всякого энтузиазма, явно думая о чем-то своем. Может быть, о людской неблагодарности.

– Ну правда, чего тебе было вылезать? А вдруг Сашка откажется? Как ты бабке завтра посмотришь в глаза, - укорил мальчишку вернувшийся в комнату брат.

– С чего это он откажется?
– удивился Гусь.
– Он же обещал! Мы, что, собираемся в каменоломнях камни дробить?

Старших ребят неожиданно поддержала Дарья:

– Положим, в каменоломни никто вас теперь не отправит. Доказал целитель уменья свои. А вот коли он лесничихе завтра в помощи откажет, неладно выйдет. Ты ведь за него обещался, а что силой он не обделен, теперь про то все ведают. Злой обман это будет.

– А вот не будет!
– упрямо сказал мальчишка.
– Я его сам уговорю.

Уговаривать ему Сашку не пришлось - это взяли на себя другие, более взрослые и лично заинтересованные люди.

В поисках Лечилы в дом заглянули староста - давешний хлипкий старикашка, которого, как выяснилось, звали Пахомом, - и деревенский кузнец Ждан. Мальчишки, все трое, проводили гостей к сеновалу, и Сашке все же пришлось сползти вниз для серьезного разговора.

В первую очередь, кузнец обратил внимание на сковывающие запястья целителя "браслеты".

– Снять сможешь?
– заметив его интерес, спросил Сашка.
– Инструмент тебе для этого какой-то нужен?

– Ничего не нужно, - кузнец протянул руку, провел пальцами вдоль краев металлического обруча, надавил, и тот со щелчком открылся, разделившись надвое. Так же легко он избавил Сашку от второго.

– Здорово. Спасибо, - искренне поблагодарил целитель.

– Просто секрет знать надо. Это ведь не кандалы, а вериги: сам надеваешь, сам снимаешь. Не раз я такие делал. А к тебе и я челом бью, - Ждан низко поклонился.
– Прости баб моих. Помоги остальным сельчанам болезным, коль сможешь.

– И я о том прошу, - поддержал староста.
– Двое увечных у нас осталось, Михайла, да Ведьмедька. Завтра к тебе явятся оба. Коли сможешь, низкий тебе поклон, коли не выйдет, так, значит, боги рассудили. А тебя с мальцами в Липень Ждан - он кивнул на кузнеца, - опосля самолично прям к Бонвану на самоходке доставит. Ну а уж на суде там - это как господин ваше дело решит. Не обессудь, помочь не сумеем.

– Ладно. Сделаю, что смогу, - уступил Лечила. Ему просто не хотелось больше спорить.

Кормили в тот день пришельцев просто на убой. На обед Дарья приготовила густой суп с фрикаделками и щавелем, а на второе подала аж целых два блюда: огромную жареную рыбину с кашей и запеченного с грибами лесного кабанчика, прибитого лично Ведьмедькой.

Иномирцы дружно предпочли мясо, а рыбу почти целиком в одно рыло умял счастливый боярич, честно признавшийся, что давненько так вкусно не едал. Предложенные на десерт фрукты уже ни в кого не влезли.

Ужинать Сашка не стал, предпочел лечь спать пораньше: завтра он собирался работать, а не бегать по сортирам с пережору. Он бы с удовольствием погулял по селу, но его удержала еще не прошедшая слабость, да и, чего скрывать, нежелание быть предметом глупых сплетен и пересудов. Народ и так поглядывал на него странно.

Умом он сельчан понимал - чужаки внесли долгожданное разнообразие в монотонную повседневную жизнь. Но надо же знать меру! Общительный Игорек донес до Сашки две совершенно дикие новые сплетни: о том, что заезжий лекарь Нюшку ссильничал, и теперь собирается ехать к Бонвану, просить дозволения жениться на малолетке, и, напротив, о том, что несчастную повезет к Бонвану отец, чтобы волшебством вернуть ей утраченную невинность. Буйная фантазия сельчан поражала воображение. Кукурузы они переели, что ли?