Чтение онлайн

Моя жизнь сейчас напоминает жизнь кота, стремительного бегущего в колесе. Если я начинаю останавливаться, жопа поднимается выше головы, меня заносит и я волей-неволей перебираю лапами. Чем опять завожу это чёртово колесо. Выскочить из колеса я тоже боюсь, выскакивала уже и калечилась изрядно. Больше всего я хочу, чтобы чьи-нибудь руки взяли меня из этого бегущего круга. И хозяин этих рук сказал, ну-ну, ты чего так разогналась, ты давай успокойся-ка, ты мне нужна хорошей кошкой, а не сумасшедшим гепардом домашнего разлива.

Иногда страшно. Иногда какая-то гиперактивность. Иногда заходится сердце. Я знаю, ради чего пошла на это. И мои близкие знают. Но это никак меня не оправдывает и участи не облегчает.

Помогите…

Осспади, почему я такая овца-то? В субботу обнаружила в сумке пятничный сыр. А сейчас – понедельничный йогурт. А я ещё, главное, думаю, чо у меня такая сумка тяжёлая…

Пришла домой, под дверью стоит девочка-школьница и навзрыд плачет. Прям под моей квартирой. Бросилась навстречу, дайте, мол, телефон позвонить, у меня, хны, хны, ничего не понятно.

А я ж несостоявшаяся мамаша, у меня нереализованный инстинкт. Обняла, слёзы вытерла, не реви, говорю, всё починим, чего случилось-то? Девочка оказалась соседской, прям вот из квартиры за стенкой. У нее сломался ключ и она не может открыть дверь. Дома никого, телефона нет (куда-то она его проебала, я не поняла), мама у неё орёт будь здоров (мне-то за стенкой слышно), и её, бедную, аж пидорасит. Ну, пошли открывать. Шароборили-шароборили, реально не открывается. Пошли ко мне за подсолнечным маслом. Давай опять открывать. Нифига. Дала ей телефон, чтобы маму предупредила. Потом потащила к себе, говорю, ты не плачь, щас мама придёт, своим ключом нормально всё откроет. Посиди пока у меня.

А у самой прям сердце разрывается. Девчонка классе в четвёртом, наверное, такая очкастая, смешная. Блин, думаю, вот там в семье трое детей, а ты, Оля, только годишься на то, чтобы чужих в подъезде успокаивать.. Помню, жила ещё в Радужном, шла по парку и увидела в листьях (осень была) совсем кроху. Месяцев 10 или год, около того. Сидит и ревёт. У меня аж коленки подогнулись. Вокруг, главное, никого. Первая мысль – в милицию! Вторая мысль – это тебе бог послал, бери и прячь, прям вот воспитывай как своего. (Говорю же, нереализованный инстинкт). Пока стояла над малышом и разевала рот, прискакала ебанутая мамаша, которая так решила проучить ребёнка, чтобы не плакал. Типа спряталась. Метров за 300 от него. Пиздец. Ты реально думаешь, что ребёнок понимает в 10 месяцев, почему ты ушла? Он только запомнит панический ужас от того, что его бросили. Родятся же дурами.

Ну а сегодняшняя история закончилась хорошо. Пришла её мама с средней дочкой и младшим сыном (тот совсем кнопка, в январе родился), забрала. Я говорю, вы только не ругайте Алёну, она и так чуть не поседела тут за два часа. Ну и подмигнула ей на дорожку, чтоб не терялась.

Вот, познакомилась через три года с соседями.

У деда (папиного отца) в деревне был большой – мне по детству казалось, что огромный – дом. Как такие называют, пятистенок. Чтобы зайти в хату, нужно было подняться по широкому и высокому (ступенек 10-15) крыльцу, и вот уже там и был собственно дом. Внизу, под крыльцом, было что-то вроде подвала и домика для кур. Там жили маленькие жёлтенькие цыпочки, которые орали, как ненормальные, когда их выпускали утром попастись на травку. Если сидеть на крыльце (а можно было и на лавке на веранде), справа был огромный навес. Верстаки, косы, метров 20 или даже 50 всякого хозяйства висело. А под навесом – ласточки. Они там жили всегда, сколько я себя помню. Причем это были не стрижи, а именно ласточки. Наверное, они и сейчас там живут, жаль, что дом продали, и даже при всём желании я туда уже не попаду даже в гости. Так вот, моё любимое занятие у деда было пялиться на ласточек, сидя на крыльце или зайдя под навес и задрав голову. Под верхними брёвнами были маленькие кусочки помёта, травинок, грязи и еще бог знает чего, из чего ласточки наделали по всей длине навеса гнёзд. И в этом всём истошно орали маленькие жёлтенькие клювики, которые постоянно хотели жрать. И мамы-ласточки (и папы-ласточки тоже, никто не бездельничал) стреляли по воздуху своими черно-белыми телами – вжить, вжить, вжить – взад и назад, кормя свою ораву. И гомон этот прекращался только когда садилось солнце. Внезапно, как по команде всё замолкало и затихало. Только редко-редко во сне или от счастья, что мама рядом, тихонько пикал какой-то детёныш в гнезде из говна.

Как вы уже поняли, я скучаю – по папе, с которым мы ездили к деду; по деду, который курил всю жизнь пахучий табак в трубке, а когда бросил, умер; по ласточкам, снующим, как безумные через весь огромный дедов двор; по бабе Маше (хоть она и папина сестра, почему-то принято её звать баба Маша), старшей папиной сестре, она, слава богу, жива, только видимся мы с ней по грустным поводам; по бабемашиному домашнему хлебу из русской печке; по дедовой черёмухе, она росла сразу над лавкой, на которой обычно деда курил трубку. Я скучаю по детству. Что это – старость или просто одиночество?

Надо себе сделать зарубочку: каждый раз, когда дорогой твоему сердцу человек делается холоден, помни, Пит Мелларк больше всего на свете любил Китнисс, поэтому, став переродком, душил её со всей своей нечеловеческой силой. Может быть, стоит потерпеть? Ведь у Китнисс же получилось.

Вчера, уже засыпая в люле, пыталась написать какой-то важный пост. Мысли путались, слова терялись, резко проваливалась в сон. В итоге увидела, что в конце своей путанной мысли написала «да всё» (чего в контексте поста быть не должно) и поняла – да реально всё уже, спи. И уснула.

Вот у меня была история. Навстречу в тёмной арке шли два гопника, набычившись, разболтанно. Я уже начала лепить кирпичи. Обходят меня, и тут фраза: Я ему, слышь, говорю, нахера щас акции продавать, у них волатильность высокая, бля.

Рот я закрыла уже ближе к подъезду.

Сегодня была запланирована поездка «по диваны». Ленуська предложила свои автомобильные услуги, и я передать не могу, как признательна.

Ездили мы почти шесть часов. Я устала не просто как собака, а как целая стая собак. Я хотела пить, писать и жрать. А ещё я невыносимо хотела сесть. А ещё лучше – лечь. Ленуська стоически переносила моё нытьё и жалобы, что выбрать не из чего. Хотя буквально вчера я ей сказала: ну я не буду сильно капризничать. Едва мы попали в первый мебельный центр, я начала хотеть идеальный диван. Потому что платить 30, 40 или 50 тыщ за неидельный диван – большая глупость.

Мы были в Мебель-Сити, Марте, АМТ, Атриуме и до этого я ещё ездила в Версаль. Итого пять мебельных центров. 80% – шлачный шлак. Даже запах такой, знаете, дешёвой мебели. Конечно, видели диваны и за 250 тыщ. Пиздец, их реально кто-нибудь покупает?

Итак, выбор шёл между трёх моделей: Гаэтана за 36 000 + 2 000 доставка в Версале; Пальмиры Массив за 35 000 + 500 рублей доставка в Мебель-Сити; и безымянного дивана за 25 000 + бесплатная доставка в Атриуме. По случайности (или нет?) все диваны оказались светлыми. Мой идеальный диван должен быть достаточно длинным (потому что я дылда), широким (потому что я большая), иметь ровные и желательно деревянные подлокотники (чтобы поставить кружку-тарелку), складываться по принципу книжки (потому что это самый комфортный механизм для раскладывания при моей больной спине), быть в меру жёстким и в меру мягким, т.е. не проваливаться при сидении, но при этом быть комфортным для сна, а также спальное место не должно иметь дырки посередине между половинками матраса. Ну, согласитесь же, все требования оправданы :). Ах да, желательно, чтобы диван стоил до 40 тысяч вместе с доставкой, подъёмом до квартиры и сборкой. Ну и самая мелочь – чтобы он прослужил лет 10. Ну, хотя бы семь. Окей, семь меня устроит.

Пальмиру мы увидели в первом МЦ, а безымянный – в последнем. Мы ездили по центрам и везде я говорила Ленуське, ладно, поехали уже обратно, купим голубой диван. Если бы в этом павильоне принимали оплату по карте, мы бы закончили покупки ещё часа в два. Но у меня часть денег была налом, а часть – на карте. И мы решили посмотреть остальные центры, снять денег и вернуться за Пальмирой. Кроме того, в павильоне с Пальмирой была совершенно чумовая девушка-консультант. Это высший пилотаж продаж. Когда надо – похвалила выбор, когда надо – сделала личный комплимент, когда надо – пообещала скидку, когда надо – отвела взгляд от понравившегося дивана и сказала, что вообще не хотела нам его предлагать (чем ещё больше распалила моё любопытство). Разрешила посидеть, пораскладывать и даже полежать на диване. Была любезна и доброжелательна. Её зовут Любовь. Надеюсь, это знак. В итоге, после почти пяти часов путешествий я выбрала Пальмиру. И купила. Диван привезут в понедельник, но я уже прям хочу-хочу его. И не намереваюсь закрывать этот волшебный огурцовый узор какими-то покрывалами. Вот! Теперь у меня есть девочковый диван. Он очень нарядный. Лялечка, а не диван.

Потом мы поехали в «Оберег», чтобы отвезти вещи, в которые я уже не влезаю. Сделали, считаю, хорошее дело. Надо ещё разобрать шкафы и повторить поездку, теперь я уже знаю, где это.

Таким был мой день, 28 ноября 2015 года.

Занимательная страничка

Эта утка никогда не выходит на сушу. При опасности предпочитает заныривать, а не улетать. Плавает с вертикально поднятым хвостом. И носит гордое название савка. Савка! Ааааа!!!

У меня есть свой птиц. Вот.