Чтение онлайн

— Да, — сказала я. — Что наводит на мысль: собака была рядом с ней не всю ночь. Однако возможно, что Мел все же была там. Она сама говорила, что Жермен — настоящий Гудини. Вечно сбегает. Поэтому Мел оставляла в машине щелочку совсем маленькую, иначе та пролезла бы. А вчера, забирая собаку, я заметила: окно было опущено больше, чем в прошлый раз. Так что, может, Мел убили ночью, а собака была в машине и выбралась искать хозяйку только утром?

Дэйви пожал плечами:

— Может быть. Я упомяну об этом боссу. Только не скажу, как выяснил. Не знаю, как это повлияет на дело.

Я задумалась:

— Когда мы с Мел прощались, она сказала, что выведет собаку прогуляться по саду — та слишком долго сидела в машине. Я вернулась на вечеринку минут на пятнадцать, а потом направилась к Шерил. Тони ушел вскоре за мной. Он говорит, что заметил Мел с собакой через окно. Есть свидетели, которые видели, как он покидал вечеринку, и именно на этом Уитерс строит свои доказательства. Поверить, что она выгуливала собаку пятнадцать минут, вполне можно, да? Но ее не могли убить тогда: если бы убили при собаке, она бы принялась лаять и не успокаивалась бы всю ночь. А мы уже выяснили — до шести утра никто ничего не слышал. Значит, собака была в машине, когда ее убили.

— Ну да… — Произнес Дэйви с сомнением. — Но это не значит, что Тони не мог выскользнуть из отеля позднее и тогда убить ее.

Я вздохнула:

— Знаю. Но свидетелей того, что он еще раз выходил из отеля, ведь нет?

— Нет. — Дэйви неловко переступил с ноги на ногу. — Слушай, больше я ничего не скажу. Во-первых, я больше ничего и не знаю. А во-вторых, Уитерс с меня живьем шкуру сдерет, если ему станет известно, что я с тобой болтал.

— Ничего, — сказала я. — Спасибо. Я тебе очень благодарна.

— У меня вопрос, — сказала Дебби. Я удивленно на нее посмотрела. — Почему тебя зовут Старина Дэйви, если ты не такой уж старый?

Он рассмеялся:

— Дело в том, что меня почти всю жизнь звали Старина Дэйви — из-за деда. Он тоже был Дэйви. Мой отец был младшим из шестерых, а я — младшим из его детей. Так что, когда я появился, дедушка Дэйви был уже глубоким стариком. Его шутки ради звали Молодой Дэйви — знаешь, как здоровенных парней иногда зовут Крошка или вроде того. Ну и меня пришлось звать Старина Дэйви, чтобы было понятно, о ком речь.

— Ну конечно, — сказала Дебби. — Теперь все ясно…

— Ясно, если ты корнуоллец, — заметила я.

Мы вышли из отеля. Я старалась не смотреть в сторону машины Мел на стоянке — она уже была огорожена полицейской лентой. Теперь и автомобиль Шерил тоже огородили.

Мы сели в машину Дебби.

— Ну, и что мы выяснили? — спросила я.

— Ни черта? — предположила Дебби.

Я покачала головой:

— Нет. Мы выяснили примерное время смерти Мел.

Дебби удивленно уставилась на меня:

— Правда?

— Да. Тони видел ее в 9:30 вечера. Похоже, они успели поболтать, даже обняться. Потом она вернула собаку в машину — пусть на это ушло полчаса, как минимум. Значит, время смерти — после десяти вечера и до шести утра, когда собака начала лаять. — Я задумалась. — В то же самое время я говорила с Шерил, стало быть, она была в своем номере. Похоже, я была последней, кто ее видел. Все думали, что она легла пораньше накануне свадьбы. Тони отправил ей сообщение около полуночи, но ответа не получил. Значит, она вполне могла это сделать между десятью и двенадцатью — если предположить, что она убила Мел, а потом сбежала. Иначе почему она не отвечала на звонки?

Дебби уставилась на меня во все глаза:

— Ты думаешь, Шерил убила Мел? Но зачем?

— А почему нет? Если Мел знала о ее романе, у Шерил был мотив заткнуть ей рот не меньше, чем у Тони. Даже больше. У Тони мотив появляется, только если Шерил мертва и он убил и ее тоже.

— Но мы же не уверены, что Шерил мертва.

— Вот именно! Уитерс ведет себя так, словно она точно мертва, хотя тела нет. Только в этом случае версия, что убийца — Тони, имеет хоть какой-то смысл.

Дебби задумалась:

— Хорошо… Но, как мы уже говорили, зачем тогда Шерил бросать паспорт и все вещи? Разве что она хотела, чтобы выглядело так, будто и ее убили… А мы точно знаем, что Мел знала об этом романе? Она же тебе не говорила, да?

— Нет, она… Ох, черт!

На стоянку как раз въехала черная машина: Уитерс. Я посмотрела на Дебби и съехала вниз по сиденью. Она сделала то же самое.

— От кого мы прячемся? — прошептала она.

— От инспектора Уитерса, — ответила я. Она ухмыльнулась, но это я проигнорировала. — Он уже дважды отчитывал меня сегодня, и я не хочу, чтобы он снова меня здесь увидел.

— Ладно… Но сколько раз это было в кино! Как раз в тот момент, когда кажется, что пронесло…

В этот момент мы вздрогнули — в окно с моей стороны постучали. Я вздохнула. Можно было не смотреть, я и так знала, кто это.

— Ага, — ответила я. — Я такое в кино тоже видела.

Я выпрямилась и опустила стекло. Уитерс наклонился, и его красивая, но ужасно раздражающая физиономия оказалась вровень с моей.

— Ах, инспек…

— Выйди из машины, Джоди.

— Вообще-то мы уже уезжаем. Я всего лишь возвращалась за… колбасками… — Я почувствовала, как у меня загорелись щеки. Черт, почему я лепечу про колбаски именно этому мужчине?!

— Мисс Паркер, прошу вас. — Он посмотрел на меня взглядом «только-не-унижай-себя-этими-жалкими-отговорками». Я оглянулась на Дебби и открыла дверь.

Дебби тоже потянулась к дверце.

— Нет, не вы, миссис… мисс… — Уитерс бросил на меня быстрый взгляд, будто именно мое присутствие напомнило ему, что нельзя так фамильярно обращаться к посторонним (чему нас учили в Скотленд-Ярде, но, похоже, досюда это еще не дошло).

— Дебби Робертс, — сказала Дебби, ослепительно улыбнувшись.

«Стоп-стоп-стоп, — подумала я, — ты же замужем за мужчиной моей юности. Даже не думай кокетничать с этим!»

Уитерс улыбнулся в ответ, продемонстрировав белоснежные зубы и мужественную челюсть. Господи, ну прямо сама обходительность.

— Дебби. Мне необходимо побеседовать с мисс Паркер, а вы можете ехать.

— Но она должна меня подбро… — вяло начала я.

— Уже нет, — сказал он.

Дебби посмотрела на меня с извиняющимся видом и вернулась в машину. Уитерс дождался, пока она уедет, весело, но решительно помахав на прощание, стоило ей замешкаться у выезда, потом повернулся ко мне и тяжело вздохнул.