Чтение онлайн

— Он сообщил, что Крэйг уехал в субботу, пока они в отеле ждали начала свадьбы. Полин очень расстроилась, потому что он ушел, даже не попрощавшись: просто оставил записку, которую они нашли в субботу днем, когда вернулись домой. Я спросил, сохранилась ли записка, но Роджер сказал — нет, он выбросил ее, пока Полин не увидела, потому что она и так уже была расстроена. — Он вопросительно посмотрел на меня. — Ты этому веришь?

— Ни капли, но ведь не у всех же складываются отношения с родителями, правда? — заметила я. — Они поссорились?

— Полин сказала — нет, но Роджер признал, что они повздорили накануне вечером.

— Из-за чего?

— Из-за того, что он пожаловал на свадьбу без приглашения.

Я коротко усмехнулась:

— А вот в пятницу, когда они вместе пришли на вечеринке, его ничуть не смутило, что Крэйга не приглашали. Тони было ужасно неловко, и Шерил тоже явно была не в восторге. Даже мне было очевидно, как им обоим не по себе, но Роджеру это показалось забавным. То есть он, по сути, сказал, что, насколько ему известно, Крэйг уехал домой и в субботу днем все было в порядке?

— Не совсем. Он сообщил, что машина Крэйга не заводилась, и он ее оставил.

— Ага, как же.

— Я спросил Роджера, как Крэйг собирался добраться домой без машины и обходиться без нее в Оксфордшире, но он ответил, что обещал отдать ее в ремонт и что Крэйг часто ездил автостопом, так что, вероятно, собирался добраться так до Эксетера, а потом сесть на поезд.

— То есть намекают, что он сел не в ту машину?

Уитерс кивнул.

— Не поверю ни на мгновение. Но мне также не верится, что Роджер убил его и потом сбросил тело в болото.

— Но он был на болотах. Желтый кресто-что-то, цветок, это доказывает.

— Но у нас нет этой крестовидки гладкой. К тому же я не мог ничего проверить: его машины там не было.

— Правильно, она в мастерской на Гилл-стрит. Я сегодня отвозила туда свой фургон, и она там стояла. Очевидно, у нее протекает шланг.

Уитерс улыбнулся:

— Значит, ты была права насчет пятна? К сожалению, криминалисты не сфотографировали место на обочине, только забор, за который зацепилась рубашка Крэйга.

— Тьфу ты!

— Вот именно.

Мы дошли до конца дороги. Жермен задрала лапу и занялась делом, а мы деликатно отвернулись. Уитерс посмотрел на меня:

— Я действительно верю тебе насчет пятна на обочине и того, что его могла оставить машина Роджера. Даже насчет растения верю. И если ты помнишь, когда мы навещали его в воскресенье, Роджер сказал, что Крэйг уехал тем утром. Значит, он либо лгал тогда, либо лжет сейчас. Но ничто из этого не доказывает, что он совершил что-либо противозаконное. У него все еще нет мотива убивать Мел или Крэйга. А что насчет Шерил? Если с ней что-то случилось, какой у него мотив там? Как ты сама сказала раньше, от этого брака он выигрывал больше, чем от его расстройства, даже если он недолюбливал Тони. Раз у него были планы на «Пенхалигонс», кто лучше Шерил смог бы повлиять на владельцев? Есть только один человек, у которого на самом деле был и мотив, и возможность для всего этого.

— Неужели ты все еще подозреваешь Тони?

— Взгляни на дело с моей точки зрения. Мы знаем, что Шерил ему изменяла…

— Мы нашли залоговые квитанции на ее имя! — я сообразила, что еще не рассказала ему о нашей последней находке. — Мы думаем, ее кто-то шантажировал — вероятно, сам Крэйг угрожал показать Тони фотографии их связи, и она спешно продавала свои вещи, чтобы собрать деньги.

— А кто сказал, что ее шантажировала не Мел? Шерил не собирает достаточно денег, чтобы заткнуть ей рот, тогда Мел рассказывает все Тони, тот выходит из себя и убивает Шерил и Крэйга в приступе ревности, а потом вынужден убить и Мел, чтобы та не выдала его. Все вполне логично.

— Не логично, если ты знаешь Тони.

— К этому все и сводится. Ты знаешь людей, которые в это вовлечены. Я — нет. Я объективен, а ты — нет.

Я продолжала настаивать:

— Мой отец говорил, что быть полицейским в таком месте, как Пенстоун, — это одновременно благословение и проклятие, потому что ты всегда знаешь людей, в отношении которых ведешь расследование. Проклятие, потому что иногда ты абсолютно точно знаешь, что кто-то виновен, потому что представляешь, что он за человек. Но ты не можешь этого доказать, и он уходит от наказания, что просто сводит тебя с ума. А в других случаях ты знаешь людей, которые, как бы все ни выглядело, не могли совершить преступление, и ты не можешь не искать способа их оправдать.

Уитерс приподнял брови:

— А в чем благословение?

— Понятия не имею. Как думаешь, почему я пошла в столичную полицию?

— Суть в том, что ты не веришь в то, что Тони способен совершить одно убийство, не говоря уже о двух или трех, и, если честно, сколь бы очевидным это ни казалось, я тоже не верю.

— Не веришь?

— Нет. И это все ты. Я бы давно упек его за решетку, если бы не ты.

— Значит, хорошо, что я здесь. — Я улыбнулась. — Я бы не хотела, чтобы по твоей вине правосудие допустило ошибку. — Я взглянула на Жермен, которая уселась рядом со своей лужей, крайне довольная собой, а затем снова перевела взгляд на Уитерса. — Вопрос в том, куда мы — то есть ты — идем дальше?

Куда мы идем дальше?

В этом и был вопрос. И это определенно было «мы», независимо от того, что я сказала старшему инспектору Уитерсу, потому что теперь я ни за что не собиралась отступать.

Я лежала в кровати, слушая, как Жермен похрапывает в соседней комнате у Дейзи. Она прокралась к изножью ее кровати, отчего Дейзи пробормотала что-то и сонной рукой потянулась, чтобы погладить ее по пушистой макушке. Теперь обе они крепко спали, и, судя по дергающимся лапам, по крайней мере одной из них снилось, как она гоняется за кроликами.

«Куда мы идем дальше?» На мой взгляд, оставался лишь один вариант — вернуться к началу. К утру субботы, еще до того, как мы узнали о смерти Мел или Крэйга. Вернуться к исчезновению Шерил. Где она? И жива ли она еще?

На следующее утро я задавалась все тем же вопросом. Жива ли Шерил? Уитерс был убежден, что нет и что теперь они ищут не пропавшего человека, а тело, которое, возможно, не найдут никогда. Пенстоун расположен на морском берегу и окружен скалами и пустошами — в этих глухих местах тело может пролежать ненайденным годами, в зависимости от погоды и приливов. Я спросила его об этом накануне вечером, перед тем как пожелать спокойной ночи.

— Думаю ли я, что она мертва? Скажем так. — Уитерс начал загибать пальцы. — Первое: она исчезла в алом шелковом коктейльном платье и на высоких каблуках. Тони не смог назвать никаких других вещей, которых не хватало бы в ее гардеробе, и их не оказалось ни в чемодане, ни в гостиничном номере, так что мы почти уверены, что она была одета именно так. Не самый подходящий наряд, чтобы совершить двойное убийство или без следа исчезнуть. Второе: насколько нам известно, с собой у нее не было ничего, кроме телефона. Она оставила все вещи, кошелек со всеми банковскими картами и паспорт. На ее банковском счете тишина, она не снимала деньги, так что, если исключить тайный банковский счет, у нее в распоряжении нет ни гроша. Третье: ее нет ни на одной записи с видеокамер поблизости. В отеле камер нет, потому что здание охраняется как историческое, и, видимо, это важнее безопасности гостей. — Мы оба закатили глаза. — Но камеры есть у банкоматов в городе, а также на вокзалах в Эксетере и Барнстапле и на некоторых автобусных остановках, и нигде ее не видно.