Чтение онлайн

Было похоже, что Фине говорил искренне.

– Вы верите, что убийца – оборотень? – в лоб спросила Кира.

– Деточка, – улыбнулась Селения, – все знают, что оборотни давным-давно выродились.

«Ну да, точно. Выродились. Как и древние», – подумала Кира.

– Пойдем, покажем тебе материалы дела, – вздохнул Фине.

***

– Вот, – Фине хлопнул по стопке больших папок, на корешках которых значились название месяца и год, – это все, что мы сейчас имеем по этому делу. Если коротко, шестнадцать жертв с декабря прошлого года. Последняя была обнаружена в четверг, двадцать девятого марта.

– Общего между ними только причина смерти, – продолжила Селения. – И мы до сих пор не можем понять систему, по которой убийца выбирает жертв.

– Может, я попробую? – задумчиво сказала Кира. – Не то, что я мастер в этом, просто свежий взгляд и все такое.

Фине и Норбан переглянулись.

– Тебе ведь еще не выделили рабочее место? – Фине встал. – Можешь пока занять мое. А мы с Селенией поедем опрашивать очевидцев.

Селения только кивнула, и через минуту обоих уже не было в отделе. Глядя на внушительную стопку материалов, Кира чувствовала азарт. Отчасти это было связано с наставлениями комиссара. Хотелось доказать всем вокруг, что она действительно чего-то стоит и может разоблачить предателей, какими бы они искусными ни были.

Кира открыла чистый блокнот с желтыми листочками в клетку. В первую очередь предстояло познакомиться с жертвами: выписать их имена, возраст, род занятий, дату и место убийства. Она взяла папку «Декабрь 2017», задвинула остальные в дальний угол и принялась за работу. Кажется, прошло не меньше двух часов, прежде чем она закончила список. Селения была права: ничего общего на первый взгляд не было, но что-то все равно смущало.

«И что мне с этим делать?»

Кира откинулась в кресле и закрыла глаза. Живот свело от голода, а голова гудела так, словно в ней проехал поезд метро и оставил после себя поток разреженного воздуха. Все вокруг слилось в единый поток. Голоса, шаги, смех, клацанье клавиатуры, запах растворимого кофе и сэндвича с ветчиной и сыром… Она резко открыла глаза и выпрямилась. Рядом стоял Рико с бумажным пакетом в одной руке и пластиковым стаканом в другой.

– Я подумал, раз у тебя нет времени сходить на обед, – он поставил еду на стол и, прежде чем она успела что-то сказать, продолжил скороговоркой: – мне скоро на смену, пойду разомнусь. Приятного аппетита. Увидимся!

Кира только пробормотала в ответ невнятное «спасибо», проводив его взглядом до двери. Оглядевшись, она обнаружила, что в отделении кроме нее только пять детективов, одна из них – молодая женщина с коротко стриженными волосами пшеничного цвета – не скрывая зависти, смотрела на нее. Кира поспешила вернуться к рабочему столу. Благо он стоял у стены, так что можно было избежать зрительных контактов.

Она достала из пакета аппетитно пахнущий сэндвич, но даже голод не смог вытеснить мысли о поиске связи между убийствами. Стараясь жевать как можно медленнее, Кира достала из полиэтиленового кармашка фотографии с места последнего убийства. Распластанное по асфальту тело с большим трудом можно было назвать человеческим. Она отложила недоеденный сэндвич и принялась внимательно рассматривать каждую фотографию. Голова оторвана. Из шеи торчат сосуды, белеют шейные позвонки. Руки неестественно выгнуты и разодраны в области плеч. Живот вспорот, внутренности расползлись, печень и сердце отсутствуют, бедренная кость левой ноги белеет сквозь разорванные мышцы, окровавленная правая нога повернута коленным суставом к левой.

Съеденный кусок сэндвича комом подкатил к горлу, но Кира сдержала рвотный позыв. Глубоко вздохнув, она убрала эти снимки и взяла фотографии предыдущей жертвы. Практически то же самое, за исключением того, что тело принадлежало женщине. Оголенные ноги сплошь покрыты укусами, берцовые кости правой вовсе раздроблены.

Ведомая интуицией Кира наугад вытащила папку «Декабрь 2017» и просмотрела фотографии с мест преступлений на предмет совпадений. Потом «Февраль 2018», «Январь 2018» – снимки из всех папок, один за другим.

– Как специально, да? – пробормотала она, разглядывая следы укусов на теле очередной жертвы. – Как будто специально хотели показать, что убийца – зверь, – продолжила свою мысль вслух Кира, откинувшись в кресле. – Как будто кто-то хочет, чтобы мы искали то, чего нет.

Вспомнились слова Илая о том, что все считают виновными вампиров. Такое предположение выглядело вполне обоснованным, ведь кроме оборотней так изуродовать тела, оставляя следы укусов, могли только вампиры.

Кира вздохнула, вырвала чистый лист из блокнота и расчертила таблицу на пять колонок: «Имя», «Возраст», «Профессия», «Дом» и «Дата смерти». Заполнив графы, она обнаружила, что принадлежность к домам определена только у последних шести жертв:

– Анри Паскаль, сорок три года, шеф-повар ресторана Onyx, экзорцист, младший брат главы Дома синего пламени, 8.03.18, половина третьего ночи;

– Билли Бэм, двадцать лет, студент юридического факультета, некромант, младший сын главы Дома бродячих камней, тело найдено 10 марта в районе двух часов ночи;

– Таша Ли, двадцать семь лет, модель, сирена, старшая дочь главы Дома сияющих в ночи, убита 14 марта около половины первого ночи;

– Анна Браун, 39 лет, воспитательница, эмпат, двоюродная сестра главы Дома небесного дуба, тело обнаружено 19 марта в три часа;

– Джо Горак, 32 года, врач скорой помощи, целитель, второй сын главы Дома древесной совы, 20 марта, половина четвертого утра;

– Горан Павич, 18 лет, фотограф, вампир, младший сын главы Дома хрустальной розы, смерть наступила 29 марта около двух часов ночи.

Последняя жертва рушила теорию о причастности вампиров.

«Если только они таким образом не решают вопросы наследства».

Даже если это было так, в списке не хватало только трех шаманских домов: Дома детей Северных склонов, Дома Белого ворона и Дома серых лис. В то же время все шестеро имели родство с главами своих домов. Если бы среди предыдущих жертв были родственники глав шаманских домов, это наверняка было бы отмечено.

«Значит, следующая жертва – кто-то из шаманов?»

– Как успехи? – голос Селении прозвучал так неожиданно, что Кира вздрогнула.

– Убийство Горана Павича ничем особенным не отличалось от предыдущих?

– К чему ты клонишь?

– Его могли убить свои же?

– В смысле?

– Вы же сами сказали, что оборотнем убийца быть не может…

– Давай на «ты», ненавижу все эти формальности.

– Хорошо. Допустим, убийца не оборотень. Но кто-то отгрызает жертвам головы. Ведь отгрызает же? Укусы по всему телу. У кого из нелюдей хватит физических сил на такое? И еще, смотри. – Кира протянула Селении листок с таблицей, – шесть последних жертв. Они все родственники глав Домов. А шаманов нет. Либо они есть среди предыдущих жертв, но тогда не хватает еще одного трупа.

– Объясни, – Селения положила листок на стол.

– У нас шесть родственников глав. Допустим, среди остальных десяти есть еще трое – шаманы, тогда получается серия убийств, где жертвы связаны принадлежностью к Домам. Если допустить, что увечья нанесли вампиры, остается восемь Домов и пятнадцать жертв, без Павича. Еще один труп, и на каждый будет по два.

– Вычитай серых лис.

– Почему?

– А ты знаешь, кто их глава и где он вообще есть?

– Ох…

– Даже если кого-то из них действительно убили, мы этого не узнаем. И убийца бы не узнал. Но вампиров до Павича среди жертв не было. По твоей теории получается пятнадцать жертв на семь домов. Один лишний?