Чтение онлайн

– Здравствуйте, – бармен отложил в сторону салфетку, которой только что протирал пивной стакан, и с вопросительной улыбкой посмотрел на нее. – Что будете пить?

Он не был красив, но на него хотелось смотреть. Во всем его облике угадывалось нечто аристократическое – в аккуратно уложенных темных волосах, в бледности лица, в ровной линии бровей, в лёгком прищуре карих глаз, в горбинке острого носа, в изгибе тонких губ, в длинных пальцах с блестящими гладкими ногтями. Этот малый явно хотел выдать себя за вампира, но таковым не являлся: вампиры пахли иначе.

– Кофе, пожалуйста. Черный, без сахара.

– Конечно, это не мое дело, но… черный кофе на ночь? – бармен все с той же легкой улыбкой изогнул бровь.

Кира усмехнулась: судя по тому, как он держался, парень знал, что привлекает внимание и явно этим наслаждался.

– В самый раз.

– Одну минуту.

Пока он готовил кофе, Кира еще раз окинула зал взглядом, на этот раз в поисках своего соседа, но никого похожего не обнаружила. Решив, что он наверняка в одной из кабинок, девушка хотела уже повернуться к бару, но справа кто-то возник.

– Кого-то ждете? – прозвучал бархатный мужской голос.

Кира даже посмотреть на него не успела, как слева донеслось «ага, меня». На соседний стул уселся высокий блондин. Присмотревшись, Кира увидела, что волосы его высветлены.

– Понял, не дурак, – прозвучало за спиной.

– Надо же, мужчина из рода сирен, такого нечасто встретишь. Но сегодня не его день, – блондин широко улыбнулся.

Кира только кивнула в ответ, однако подумала, что улыбка у этого типа беззаботная, и запах от него исходит до боли знакомый, да и лицо это она, кажется, где-то видела, но мысли оборвал бармен, принесший кофе. Она поблагодарила его и уставилась в свою чашку.

– Эмир, салют! Как оно? – блондин поднял правую пятерню, обращаясь к бармену.

Тот кивнул в ответ.

– Ты сегодня поздно, Рико.

– Выходной.

– Тебе как обычно?

– Ага.

Боковым зрением Кира видела, что блондин то и дело косится на нее. В конце концов, она не выдержала и повернулась к нему лицом.

– Интересно, да?

– Что?

– Ты раньше меня здесь не видел, и тебе, должно быть, интересно, кто я такая?

Кира, наконец, поняла: среди прочих он принес с собой запах оружия. Теперь ей самой было интересно познакомиться с ним.

– Ну… Не без этого, – смутился блондин.

– Кира.

– Рико, – он слегка пожал протянутую ему руку.

Она успела заметить, что Рико изменился в лице, когда услышал ее имя, но не придала этому значения.

– Номерочек оставишь? – Кира протянула ему свой мобильный.

Когда она это сказала, бармен оглянулся от удивления.

Ясно было по лицу, что Рико растерялся, но он все же взял телефон и стал забивать свой номер.

– Погуляешь со мной как-нибудь вечером?

Серо-зеленые глаза его делались большими:

– Вот так просто?! А если я плохой парень?

– Плохие парни не идут работать в полицию, – протянула Кира, разглядывая бутылки с разноцветными напитками.

От его кожи пахло гелем для душа, но, если хорошенько принюхаться, можно было уловить нотки адреналина, как будто он совсем недавно дрался. Поначалу она еще сомневалась, ведь новый знакомый в равной степени мог оказаться бандитом или просто любителем пострелять в тире, например. Но когда Рико снимал куртку, из кармана показался фонарик, какой бывает у военных или полицейских. Немного подумав, Кира все же решила, что военных баз в окрестностях нет и встретить патрульного здесь легче, чем военнослужащего в увольнении, который утащил с собой фонарик.

А еще был запах, который Кира никак не могла разобрать – слишком слабый, но этого хватило чтобы понять: она знает кого-то еще с таким запахом, и этот кто-то наверняка приходится родственником ее новому знакомому.

– Прошу, – бармен поставил перед Рико небольшой стеклянный чайник с зеленым чаем и маленькую белую фаянсовую чашку, и тот сам ее наполнил.

Легкий аромат жасмина привлек внимание Киры. Она стала разглядывать плавно оседавшие на дно чаинки, среди которых медленно раскрывались небольшие цветы.

– Наверное, тебе очень одиноко, если пришел пить чай в бар, – пробормотала Кира. – Грустно, когда незачем возвращаться домой.

Рико со стуком поставил чашку, и тут она поняла, что сказала это вслух.

– Прости! Я…

– Довольно. – Рико полез в карман брюк за бумажником.

– …я не хотела…

– Чай был очень вкусным, спасибо.

Он положил купюру около чайника, схватил куртку со спинки стула и широкими шагами двинулся в сторону кабинок.

– Вот же дура! – обругала себя Кира.

Бармен только хмыкнул в ответ и принялся убирать со стойки чайные принадлежности.

***

– Он ничего не вспомнит, Сан. Даже чудо не поможет, так что, не беспокойся.

– Я не беспокоюсь. Вернее, беспокоюсь, но не об этом. – Сан замолчал.

Он сосредоточено смотрел перед собой, подбирая слова.

– Знаешь… Уф-ф-ф. Знаешь, я думаю, что все-таки лучше было бы не стирать ему память.

– Что?!

– Он страдает из-за того, что не помнит прошлого.

– Думаешь, ему было бы легче помнить о том, что он сделал?

– Думаю, да.

– Вот как?

– Именно. В конце концов, мы с тобой тоже замешаны в этом.

Гай ничего не ответил, только отвел взгляд в сторону.

– Понимаешь, у него был бы шанс искупить свою вину, – продолжал Сан, – а теперь у него есть только неизвестность и чувство вины. Память ты ему стер, а вот эмоции… Он чувствует, что сделал что-то плохое, но не может понять. А я не могу на это смотреть. Ты понимаешь, что у него никого не осталось, и он никого к себе не подпускает? Я не знаю, что сейчас чувствует Альбин, но ты! Ты ведь тоже его друг! Неужели тебя устраивает, что вы больше никогда не будете дружить как раньше? Да, мы взрослые люди, но, черт возьми, но какая разница, сколько тебе лет, когда твой друг страдает? Неужели ничего нельзя сделать?

– Бесполезно, Сан, – помолчав, ответил Гай.

Теперь и он, ссутулившись, смотрел на свои ботинки.

– Я понятия не имею, как это у меня вышло. Ничего не поделаешь с этим.

Едва Гай сказал это, дверь распахнулась и в кабинет вихрем ворвался Рико.

– Сан, прости, это срочно, – не обращая внимания на Гая, выпалил он.

– У меня сейчас важный разговор.

Сана затрясло изнутри, как если бы его било током – настолько Рико был взбешен.

– Но…

– …подожди немного, ладно?