Чудес не бывает
Шрифт:
— Смотри, как бы твоя бредовая идея не получила осуществления в жизни.
— Ты о чем? — озадачился Орри и получил многозначительный взгляд и кивок в сторону мальчика:
— Смотрит на тебя, как влюбленная девчонка, — пояснил тихо, чтобы не оскорбить ненароком пажа. Орри зыркнул на Исайя, вскочил в седло, но уезжать не спешил — в голову закралась мысль: почему нет? Почему правда не использовать мальчишку в своих целях, выставив перед отцом как своего… Тьфу!
И постучал пальцем по лбу, глянув на ухмыляющегося Гарта.
— Твоя мысль, — хохотнул тот. Направил лошадь в сторону друга и шепнул, качнувшись к уху. — Я слышал, таких при дворе много. Развращают по малолетству, а потом…
Орри брезгливо поморщившись, отодвинул Гарта от себя и покосился на мальчика. Тот казался расстроенным и подавленным.
— Мы уезжаем, спасибо за ночлег.
Иса кивнул, отводя взгляд.
— Странный малый, — направил свою лошадь прочь Гарт.
— Несмышленыш, — заступился за него Орри, присоединяясь к другу.
— С какой радости ты его оправдываешь? Понравился?
— Знаю, каково быть пажом или оруженосцем знатного человека. За ними совсем не смотрят, но каждый норовит обидеть.
— Лучше б чему-нибудь научили.
— Сами учатся. Приходится. Особенно когда господин богат и знатен как Лавсли. Таких дурачков больше десятка набирается и каждый друг перед другом бахвалится, козни строит, задирается. Тут поневоле драться научишься, как ненавидеть и дружить.
— Да уж. Но этому малышу с дружбой не повезло — один. Кстати, он так и не сказал, что здесь делает.
— Может это великая тайна его господина? — Орри обернулся и заметил одинокую фигурку, двигающуюся за ними. — Похоже, он направляется в Даган.
— Предлагаешь взять с собой? Только с сопляками возиться нам не хватало!
Но Орри уже решил, руководствуясь одним из своих правил: почему не помочь, если можешь?
— Идите сюда, мессир Губерт!
Иса подбежал и уставился на мужчину, как на учителя — с уважением и готовностью внемлить словам. Гарт усмехнулся:
— Ты не отразимо действуешь на женщин и мужчин.
— Не говори ерунды, — отмахнулся тот и спросил парня. — Вы направляетесь в замок Даган?
Иса кивнул.
— Тогда прыгайте, — качнул головой себе за спину. — Мы тоже едем в Даган.
Парень без раздумий принял приглашение и поспешил забраться на лошадь Орри, но был настолько неуклюж, что чуть не свалил того на землю.
— Что за дурачок, — умиляясь и удивляясь, усмехнулся Гарт. — Я в вашем возрасте был более ловок.
Мальчик лишь носом шмыгнул. Вцепился в протянутую Орри руку помощи и в его одежду, и, наконец, забрался на коня. Обнял мужчину и тяжко вздохнул.
— Э! Ты меня ни с кем не спутал? — дернулся Орри, пытаясь ослабить объятья мальца, взгляд прошел по лицу и остановился на кинжале.
Где-то он видел и то и другое. Нет, точно видел и точно знает где, но может ли такое быть?…
Гарт рассмеялся, лукаво поглядывая в лицо друга, что пошло пятнами от раздражения и смущения. Иса чуть отстранился от мужчины, но хватку не ослабил. Орри покосился на него, желая повторить свои слова более грубо, но понял, что мальчик испуган и смущен.
— Ты что, коня первый раз видишь? — спросил мягко.
— Нет, — неуверенно протянул тот.
– `Нет' — буркнул недовольный мужчина, мысленно смиряясь со странностью мальчишки.
Гарт только головой качнул, смеясь:
— Повезло тебе с попутчиком.
— Сейчас ты с ним поедешь!
— Нет, уж, сам пригласил, сам и мучайся.
Оррик зубы сжал, чтобы не сорваться на крик: Гарт насмехается, мальчишка, словно младенец в грудь кормилицы вцепился, сопит в спину. `Хорошо' день начался!
Но не стряхивать мальчишку, не одергивать, ни тем более оставлять одного в лесу он не хотел. И мелькнувшее еще при первом взгляде на лицо Исы подозрение, отчего-то не спешило исчезнуть. А может, виной тому схожесть парня с образом из прошлого Орри?
Бред, конечно, но жизнь штука странная и он готов примириться с некоторыми из них, если она способна творить чудеса, и преподносить приятные сюрпризы.
А пока он присмотрит за мальчиком и решит, что делать дальше, когда поймет — демоны ли играют его воображением или правда, свершилось одно из чудес, о которых любят говорить люди, уповая на милость Божью и с этим упованием умирая.
Глупо, конечно, все что происходит — дело рук и помыслов человеческих, и не всегда чистых. Но он не из соломы делан и как-нибудь уж сможет отличить черное от белого, понять кто же играет его разумом ангел или демон, и не повторить прошлой ошибки.
Если б только Господь совершил действительно чудо и дал ему шанс.
Еще один, самый маленький и зыбкий, Орри б не упустил его.
Исвильда вжалась в спину Оррика, радуясь и этой малости и не веря, что это на самом деле происходит. Вот он, рядом. Под ее пальцами ткань его потрепанного колета, сквозь которую проникает тепло его тела. И пусть близость мужа дело временное, чувство защищенности, что он дарит, всего лишь иллюзия, и трудно назвать любовными объятьями общение с его спиной, но сейчас это есть и того довольно. Его жена-ведьма не могла рассчитывать и на эту малость.
Девушка не знала, радоваться ей или печалиться, оттого что Орри оказался не настолько прозорлив, как она думала, и не признал в ней женщину?
Но к чему спешить, чему огорчаться?
Сейчас он здесь, рядом, с ним тепло и покойно — остальное неважно.
Пусть минуту, час, но она под защитой Оррика, рядом с тем, кому можно доверять, кто не оттолкнет, не причинит боли, не втопчет в грязь ради забавы.
А может, эти качества своего избранника она придумала?
Нет, она может ошибиться, но Лемзи никогда…
Четыре года назад
Лемзи стоял у калитки и смеялся, глядя на сестру, что тряслась в седле и вымучивала улыбку, делая вид, что все прекрасно. А все действительно было прекрасно: лето, солнце, зелень травы и брат, что, наконец, приехал домой. А лошадь? С ней у нее всегда были проблемы как и с седлом.
— Лемзи! — спрыгнула с лошади, обрадованная Исвильда и кинулась на шею брата ни чуть не стесняясь хмурого незнакомца, что стоял с ним рядом, придерживая двух коней.