Чтение онлайн

— А-а-а, НЗшники… — Август Пшечек сразу потерял к ним интерес, зато тут же переключил внимание на бумаги в руках Светланы Львовны.— А это, как я понимаю, мадам Райская, списки необходимого от вашего крайне скрупулезного Гринстена Фрока? Надеюсь, он учел все мои пояснения и ничего не забыл включить для детальной проверки и полной активации всех функций артефакта! Что же вы такие важные бумаги в руках носите?

Собираясь впопыхах и частично одетая в чужие вещи, Света совсем забыла о том, что неплохо было бы взять с собой сумку, благо она у нее имелась, и очень вместительная. Поэтому только сейчас, когда преподаватель ЧС поинтересовался бумагами, свернутыми в трубочку, которые она сжимала в руке, Райская поняла, что их совершенно некуда положить.

Тионелия возвращаться в жилище «изгоев» отказалась и ждать тоже не хотела. Густо подведенный лиловыми тенями единственный глаз циклопихи просто горел огнем предвкушающего покупки шопоголика.

— Светлана, какая сумка? Сумки надо подбирать к имеющемуся наряду. К своему! — Мисс Пиктосви выделила голосом последнее слово, явно показывая Свете, что к ее нынешнему наряду и вовсе ничего не стоит покупать. — А та твоя… м-м-м... сумочка сейчас, боюсь, совсем не соответствует осенним трендам. Слишком большая, простоватая и ни с чем не будет сочетаться.

Светлана Львовна не сильно поняла, почему мягкая сумка-шоппер из плотной вельветовой ткани вполне нейтрального молочно-бежевого оттенка ни с чем не сочетается. Однако, глядя на элегантную секретаршу, Света вынуждена была признать, что в одежде циклопиха разбирается лучше. Сегодня Тионелия щеголяла в ярко-фиолетовом приталенном полупальто с воротником-стоечкой, который, как и манжеты, был отделан дымчато-серебристым мехом неизвестного зверька. Аккуратная шляпка-таблетка с сетчатой вуалькой была изящно закреплена на тщательно уложенных локонах, а пышная юбка с парой пикантных разрезов позволяла увидеть стройные ноги в сапожках на небольшом каблучке. Сумочка у мисс Пиктосви была крошечная, из гладких жемчужно-сиреневых пластин, напоминающих перламутр, прямоугольная и с небольшим ремешком, чтобы носить в руках.

Света так засмотрелась, что просто сунула бумаги ЧСнику-артефактору, чтобы он сам с ними разобрался, но свиток из свернутых листов перехватила Тионелия.

— Потом посмотрим все списки в кафе! Вы ведь не откажетесь угостить дам чашечкой кофе перед волнительным выходом в столь представительной компании джентльменов? — многозначительно произнесла секретарша, положив бумаги в сумочку и вопросительно изогнув бровь. — Мы с мадам Райской так волновались, что даже не позавтракали, как бы голова не закружилась в суете у прилавков.

Если учесть, что циклопиха была выше всех как минимум на голову, а возможно, и больше, то мужчины, представив эпический обморок секретарши, послушно закивали, выражая полное согласие и с кафе, и с кофе, и «со всем, что пожелают прекрасные дамы».

??????????????????????????

Правда, мэтр Пшечек при этом пристально смотрел на Силтоуна и Липски, так что было понятно, кому за все придется расплачиваться.

А сама мисс Пиктосви, склонившись к уху Светы, еле слышно прошипела:

— Там же два листа, которые мы составляли с девочками, и половина на одном — дамское белье! Не думаю, что Августу стоит его изучать, выискивая свои детальки для какого-то там артефакта!

Подхватив заалевшую Светлану Львовну под локоток, Тионелия направилась к двери в арке. Мужчины двинулись за дамами, обсуждая кафе и блюда, которые следовало там заказать к завтраку.

Рузарио Липски — Света совершенно не представляла, какой расы этот студент, — настаивал на пирожных шу, поскольку только такие нежные десерты подходят дамам.

Остальные его не поддерживали, и Светлана Львовна их понимала: если размеры шу были такие же, как на Земле, то для мисс Пиктосви пришлось бы заказывать их в трехлитровой супнице, чтобы эта немаленькая красотка смогла заморить червячка. А Тионелия лишь загадочно улыбалась, точно зная, что закажет все сама и не будет экономить, пусть платят эти проштрафившиеся олухи.

Кафе «Капли росы» оказалось поистине волшебным местом, совершенно непохожим на те, что знала Светлана в земных реалиях.

Академия находилась на холме, под которым виднелся город. К городу от академии, огибая холм по спирали, вела дорога, по которой то и дело пробегали серебристо-зеленые вспышки. От нее почти у самых ворот отходила дорожка. Неширокая, покрытая неизвестным плотным материалом, она немного сворачивала в сторону вдоль стены академии и выводила на что-то вроде искусственной насыпной террасы, полностью залитой водой. В прозрачной воде было видно песчаное светлое дно, ярких рыбок, подводные растения и еще какую-то занимающуюся своими делами живность. Светлана Львовна помнила, что такая водичка очень обманчива и до дна может быть несколько метров, хотя видно было каждую песчинку.

На воде, как плоты, плавали огромные, диаметром метров шесть или семь, листья водяного растения, на которых располагались прозрачные пузыри чуть меньшего размера. Это действительно напоминало огромные капли росы.

Один такой незанятый, как пояснила Тионелия, лист стоял вплотную к берегу у маленького причала и пузыря не имел. Зато на нем было прекрасно видно зеленый столик, но почему-то без стульев. Мужчины галантно помогли дамам подняться на борт, и вот тут для Светы началось настоящее волшебство.

Конечно, это была не первая магия, которую она видела в новом для себя мире, но именно здесь это все виделось потрясающе красивым и поэтому поистине волшебным.

Зеленый лист под ногами даже не колыхнулся, а столик рос из самого его центра и составлял с ним единый организм. Словно из площадки вырастала тычинка на ножке с плоской шляпкой полутораметрового диаметра.

После того как все взошли на борт этого плавучего плотика, циклопиха положила на столешницу ладонь. Тут же над головами замерцал сферический купол, а рядом с мисс Пиктосви выросло, как живое, зелененькое кресло нужного размера. Все, включая Светлану Львовну, в душе замирающую от волнения — вдруг ее стул не появится, — положили ладони на стол.

Конечно, кресла появились, и Светино не стало исключением. Она садилась в него с легкой опаской, но мебель оказалась удобной и слегка пружинила на единственной ножке.

— Сейчас поплывем, — предупредил приглядывающий за Светланой мэтр, и кресло плотненько обхватило ее подлокотниками.

Плыли они, как сказал оказавшийся по соседству Рузарио Липски, на свободное место, и оно, к восторгу и ужасу Светланы Львовны, оказалось на самом краю террасы, резко обрывающейся вниз.

Вид там, конечно, был потрясающий. Город с цветными домиками и башенками в паре мест, поля, лес где-то за городом, а на горизонте величественно вздымался небольшой горный массив. Однако от близости пропасти сердце замирало.

— Это не самое популярное место с утра, — опять прокомментировал происходящее Рузарио, видимо заметив, что Света побаивается, и решив отвлечь ее разговором. — Вот вечером этого столика не дождаться. Город сияет огнями, а закат над горами выглядит необыкновенно красочно. Девушкам нравится. — Парень смутился, поняв, кому ляпнул последнюю фразу, и заторопился исправить оплошность, предложив что-нибудь заказать.

Столик как раз пошел трещиной, и из нее, как из тостера, вылетели плотные тонкие книжечки, конечно же, в зеленом переплете.