Чтение онлайн

— А как надо, иголку через край? — пока я прикладывал и сравнивал куски шорт, Марик уже соединил части и втыкал иголку с … ярко-красной нитью.

— Ты уверен, что красная нитка годится для белой рубахи?

— А ты повыбирай, — он протянул мне коробку с нитками.

— Да уж, выбор сложный: красная, зелёная или чёрная, — я почесал затылок. — Ну что ж, пусть и у шорт будет красная. Дизайнерский пошив, — я рассмеялся.

Работа шла со скрипом — нитка путалась в узелки, ткань норовила выскочить из рук, игла больно колола пальцы, но к приходу Ника посреди комнаты стоял довольный Марик в белом коротеньком костюмчике, кривовато обтягивающим ноги. Одежонку перехватывал импровизированный пояс из верёвки, а по бокам местами торчали красные нитки.

— Ух ты, Марик в обновках, я смотрю! Где такой модный костюмчик прикупили?

— Результат совместного творчества от безысходности, — я вздохнул. — Нашим вещичкам кто-то приделал ноги.

— Это меня начинает настораживать, — задумался Ник. — Сначала еда, теперь вещи. Когда вернёмся от колдуньи, нужно будет заняться этими воришками.

— Так мы идём к знахарке? Я уже готов, — Марик томился у выхода в нетерпении.

— Идём, только в этот раз без Мурки, если не возражаете, — Никита убедился, что никто не против. — Я её около бани на колышек навязал. Там и травка, и тенёк, и вода. Пусть отъедается, да отдыхает. Хватит на её звериную голову приключений.

Мы вышли в дорогу, полные надежд на предстоящее чудо. Путь предстоял через всю деревню, и встречи с деревенскими жителями оказались неизбежны. Каждый раз, здороваясь с какой-нибудь прохожей старушкой, Марик робко прятался за нас с Никитой, стесняясь своего «дизайнерского» одеяния.

Пройдя всю главную улицу и свернув на ведущую к домику ведуньи тропинку, мы вдруг с удивлением обнаружили, что за нами следом как ни в чём не бывало вышагивает наша Мурка. Её шею обнимала крепкая верёвка с несколькими надёжными узлами, завязанными хозяйской рукой Ника. А с другого конца верёвки так же основательно был прикреплён колышек, который теперь, подпрыгивая, тащился по земле за козой.

— Вот ведь деловая колбаса. Никто ей не указ, — возмутился Марк. — И как только узнала, что мы ушли?

— Козья интуиция, — рассмеялся Ник.

Мы освободили животное от верёвки, решили не терять времени на отправку непослушной зверушки домой и быстрым шагом двинулись дальше.

Жаркая солнечная погода вдруг сменилась на более прохладную. Сначала набежал лёгкий ветерок, на небе нарисовались кучерявые облака, затем их стало больше, тучи потемнели и сгустились, ветер окреп и стал лупить нас в грудь холодными порывами. Каждый шаг, приближающий нашу команду к месту назначения, словно усиливал негодование погоды. Мурка отстала, и мы даже не стали её уговаривать пробираться с нами сквозь ненастье к заветной цели.

Когда на горизонте показалась избушка, мы уже бежали сквозь рвущий одежду вихрь, пригнувшись и закрывая руками от поднявшейся пыльной бури глаза. Возле домика колдуньи творилось нечто невероятное, даже траву срывало с земли и кружило в воздухе. Мне даже показалось, что в какой-то момент ураган приподнял меня над землёй.

Удирая от ненастья, мы буквально влетели в распахнутую ветром дверь и чуть не сбили с ног перебирающую травку старенькую ведунью.

Дверь за нами тут же плотно с грохотом захлопнулась, а на улице разом стихло жуткое завывание ветрюги.

— Что это было? — вместо приветствия прошептал ошалевший Марк.

— Испытание, — проскрипела своим страшным голосом старуха. — Только сильный духом может получить награду. А повернули бы назад, больше меня здесь и не нашли.

— Бабушка, мы угадали вашу загадку. И палочку назад принесли. И нога зажила, спасибище огромное, — затараторил Марк. — А почему мы вас ночью не нашли? Это правда, что Вам триста лет?

— Не те вопросы задаёшь, внучок, — снисходительно улыбнулась ведунья и повернулась ко мне: — Всё знаю, молодец. Далеко пойдёшь, много достигнешь. Отвечу только на один твой вопрос, можешь подумать.

Мой мозг судорожно заработал. Когда ещё представится в жизни такой шанс — получить ответ на любой вопрос? Что же спросить у неё? Это должно быть что-то очень важное… Думай, Григорий Дядечкин, думай! Про будущее своё? Нет, пускай лучше жизнь преподносит мне сюрпризы. Даже книгу неинтересно читать, зная конец, а тут целая жизнь. Спросить, что за границей вселенной? А что это изменит лично для меня? Нет, это должно быть что-то важное, что может улучшить моё существование, а ещё лучше — не только моё. Пока в моём мозгу роился вихрь вопросов, ведунья обратилась к Никитке:

— Не волнуйся, Кит, помогу, — сказала она моему, напуганному таким обращением, другу. Целый год никто Никиту не звал настоящим именем. Представляю, как его это огорошило.

— У меня готов вопрос, — я, наконец, понял, что может оказаться важным.

— Задавай, — старушка вдруг хитро улыбнулась одними глазами, словно уже прочитала и одобрила мои мысли.

— Как сделать, чтобы больше не болеть? — Ник посмотрел на меня удивлённо, а Марик одобрительно закивал головой. — Летом ещё ничего, а как начинается учебный год, простужаюсь без конца. Не хочу больше столько времени проводить дома под одеялом, с градусником под мышкой. Каждый раз, лёжа с обжигающими горчичниками на спине, понимаю — вот сейчас жизнь проходит мимо.

— Молодец, хороший вопрос, — похвалила меня ведунья. — А ответ на него простой. Чтобы оставаться здоровым, нужно заряжаться от природы.

Мы непонимающе уставились на бабульку, а она продолжила:

— Человек как батарейка должен заряжаться от ветра, солнца, земли, воды. А сидя дома за бетонными стенами он этой подзарядки лишается, потому слабеет, болеет. Ответила я на твой вопрос?

— Да, яснее некуда, всё понял, — тут было над чем подумать, но я решил отложить это на потом.

— Теперь идите за мной, — нетерпящим возражений голосом скомандовала знахарка, стукнула по стене, и тут из проёма в потолке показалась складная лестница.

На удивление, сгорбленная под тяжестью лет старушка двигалась легко и быстро. Мы взобрались следом за ней по хрупкой поскрипывающей лестнице наверх и оказались на чердаке, освещённом лишь пыльной полоской света, пробивающейся свозь крошечное узкое окошко. В самом центре чердака стояло сооружение, которое напоминало бы невысокий шкаф, если бы не было сделано из тонких круглых брёвен.

— Вы на месте. И больше меня не ищите, — эта фраза из уст бабульки меня озадачила и даже слегка напугала. Что это? Она с нами прощается? — Полезайте в закуток, — ведунья подтолкнула нас к «шкафу».

Было глупо сопротивляться, сами ведь пришли за наградой, никто нас силой не тащил. Хотя всё это выглядело очень странно, и всем троим было слегка страшновато: Марик от волнения часто дышал, Ник теребил себя за ухо, а у меня начинали дрожать колени. Мы с трудом по очереди протиснулись сквозь щель между светлых, будто только что спиленных пахучих брёвен и оказались внутри сооружения. Места было мало, пришлось плотно прижаться друг к другу и почти не дышать, чтобы всем троим уместиться. Озабоченные тем, чтобы встать поудобнее, мы и не заметили, как колдунья куда-то испарилась.