Чтение онлайн

– Ну, Снегурочка, - добрая отеческая улыбка озарила седобородое лицо рождественского кудесника, - вот мы и приехали.

– Сейчас, - Прости,Утка полезла в сумочку и достала несколько купюр. Вот, Санта-Клаус, держи! Купи себе новые валенки.

– Что это?
– изумился Санта-Клаус.

– Это твоя доля, - объяснила Прости,Утка.
– С меня причитается, ведь без тебя не было бы этого ночного турне!

– Та-та-та!
– восхищенно выдохнул Санта-Клаус.
– Выходит, пока я забавлялся с детишками, ты тоже не теряла времени даром! Он растроганно заморгал.

– Надо же, и о старике кто-то подумал...
– Санта-Клаус рукавицей смахнул со щеки непрошенную слезу.
– Ты была самой лучшей Снегурочкой, что только встречались мне за долгие годы!
– торжественно объявил Санта-Клаус.
– Проси меня, что ты хочешь!

– И ты все-все исполнишь?
– не веря своему счастью переспросила Прости,Утка.

– Все-все!

Какое мое самое сокровенное пожелание?
– начала лихорадочно соображать Прости,Утка. Норковая шуба, вилла на Багамах, миллион долларов... Нет, чепуха, все не то!.. И тут её осенило.

– Санта-Клаус!
– Прости,Утка припала к волшебной груди, закрытой красным тулупом, и проворковала то, мечту о чем трепетно лелеет всякое женское сердце.
– Санта-Клаус, пожалуйста! БУДЬ ТЕПЕРЬ ВСЕГДА МОИМ СУТЕНЕРОМ!!!

Отзвучал голос корифея некитайской словесноти. И плакала растроганно вся площадь, тронутая судьбой маленькой Прости,Утки. И судья плакал, и прокурор плакал, и секретарь суда - ну, тот с бородавкой на губе - знаете?
– и он плакал. Всех захватила эта история бесхитростного женского существа. Еще шептались меж собой судьи и присяжные заседатели, и слышалось невнятно: "Манго... моргушник... сбежал, каналья... мотать срок..." Но уже все было ясно, уже никак невозможен был оправдательный приговор или даже смягчение его. И даже бравый адвокат вздохнул сокрушенно и виновато произнес:

– Ваше величество, здесь и я бессилен... После таких показаний!

И наконец поднялся судья, и встали все с мест, чтобы стоя принять слова торжествующей наконец законности. И строг и беспристрастен был вид служителя справедливости - и приговор его был таков же.

– Приняв во внимания все обстоятельства... согласно закону Некитая и заповеданиям божественной Шамбалы... за укоснительное несоблюдение супружеских обязанностей с отягчающей импотенцией... в чем подсудимый признан виновным... приговаривается: к неукоснительному соблюдению оных! Отныне и вовеки! Приговор окончательный, обжалованию не подлежит! закончил чтение наперсник Фемиды. Он оглядел молчащее собрание, поворотился в сторону осужденного и добавил голосом уже более человеческим: - Хватит, ваше величество! Погуляли и довольно! Ступайте к супруге, она уж заждалась. Да исполняйте же приговор, ваше величество, черт вас возьми!
– рявкнул судья и опустился на скамью с лицом человека честно выполнившего свой долг.

Радостно зашумела публика, рукоплеща справедливому решению. И то сказать - куды суровей: неукоснительно исполнять супружеские обязанности! Снова взойти на трон, а как не взойти, если он супруг императрицы, а как он есть ея супруг, то стало быть император, а не какой-нибуюь там консорт занюханный! В кои-то веки восторжествовала справедливость под небесами!

Оглушенный приговором, государь в этот миг созерцал все как бы со стороны и откуда-то сверху. Он смотрел на эту ликующую площадь, на императрицу, призывно машущую ему сорванной со шляпки вуалью, на секретаря суда, собирающего со стола бумаги - ну, того, с бородавкой, знаете?
– и на поникшего своего адвоката, и на злобно торжествующего прокурора, на голых дигамбаров, на одетых в идиотские чалмы жительменов... Казалось, показывают какое-то пестрое шумное кино - монументальное, красочное, на десять Оскаров. "Нет, какой перфоманс!.. Какой перфоманс, а?
– восхищенно думал император.
– Ну, молодцы! Собрать столько голых мужиков, два хора, роли разучить... Какой перф...

* * *

На этом обрывается подлинная рукопись корифея некитайской словесности Ли Фаня. Из множеста существующих продолжений ни одни не признан подлинным - так не будем продолжать и мы. Закончим на том. Ведь и так все ясно про наших героев: аббат Крюшон вновь обрел член и яйца (но не воссоединился с ними), граф Артуа - ну, читайте эпилог. Император же - да пусть он сам скажет:

– Эта... ты к чему клонишь? Что, значит, я снова книжку твою читаю?

– Ну!

– Авангардизм, стало быть?

– Он!

– А Гамлет-то как же?

– Лежит в пещере, поал?

– И это не Гамлет. Хрен знает кто!

ВОТ ТЕПЕРЬ ЦЗИ

1994-1998, 2000, последняя вставка - 19.05.2000