Чтение онлайн

К слову, злопони были именно той причиной, почему в Выдохе никто не пользовался лошадьми. Так, эти монстры были когда-то конями, которые уменьшились в размере, отрастили себе знатные и зубастые пасти и терроризировали мелкую живность по типу паукомяков, а когда собирались в группы, то могли и на медвежуть напасть. Не факт, конечно, что победили бы, но в том-то и была вся заковырка — чем больше в табуне монстров, тем неадекватнее они себя вели.

Не брезговали твари и человечиной, а растоптать и загрызть подвернувшихся неудачников было милым делом. Во всяком случае, именно такие истории рассказывали искатели в таверне, а Зефиру не было смысла в этом сомневаться, отчего он и решил проявить осторожность и дождаться, когда эти парнокопытные отморозки проскачут мимо.

Возвращаясь к вопросу нормальных лошадей в Выдохе, то почему-то они совсем плохо переносили искажение и практически сразу же мутировали в этих милых пони. Конечно, отсрочить это можно было Пропуском, но у искателей не всегда хватало денег на такой артефакт даже для себя, а тут еще и на коня тратиться. Вот и получалось, что в Выдохе практически все ходили пешком. К тому же после качественного улучшения ядром и косточками скорость Леопольда и в особенности Зефира не особо-то уступала четвероногому транспорту.

Тем временем чудовища ускакали дальше, а группа двинулась вперед, преодолевая километр за километром. И вскоре равнина опять превратилась в небольшие холмы, а невдалеке начал раздаваться необычный шум. Он был действительно странный — как будто кто-то что-то усиленно щелкал под чье-то злое шипение. Парни остановились и переглянулись. Метрах в пятидесяти от них был подъем на широкий холм, из-за которого увидеть источник диковинных звуков не получалось, поэтому Зефир, пригнувшись, проговорил едва слышно:

— Давайте очень тихо и ползком наверх.

Через пару минут группа расположилась, лежа в ряд на вершине холма, рядом с резким обрывом, и наблюдала довольно интересную картину: в низине находилось приличных размеров поле, поросшее разнотравьем и невысокими цветами с розовыми шарообразными бутонами на зеленом стебле, которые компактно кучковались куда ни кинь взгляд. Посредине этого поля стояло большое нагромождение отвесных гигантских булыжников с чем-то вроде глубокой выемки наверху, где сейчас схоронились две знакомые девицы с пепельными волосами, спасающиеся на высоте от трех десятков крокозмей, а странный звук издавал хлыст длинноволосой фигуристой красотки, что, высунувшись из своего укрытия, с остервенением лупила им по пятерке вставших на задние лапы и шипящих монстров, пытавшихся вскарабкаться по отвесной стене.

В принципе, насколько мог судить Зефир, чудовища даже без «помощи» со стороны хлыста не могли ни за что уцепиться и подняться наверх и только подставляли свои морды под удары разошедшейся девушки. Наверное, она это даже понимала и просто вымещала гнев из-за безвыходной ситуации, в которой оказались девицы.

— Видимо, мы помогаем? — полуутвердительно спросил Леопольд шепотом, зная о том, какой отупляющий эффект оказывает одна из этих красоток на их молодого командира.

— Ага, — Зефир снова засмотрелся на изгибы тела воительницы, а потом затряс головой. — Но только так, чтобы самим не подставиться.

— И что ты предлагаешь? — скептически посмотрел на товарища Леопольд. — Их там три десятка и все плюются смертельным ядом. Кстати, странно, что до сих пор не плюнули еще.

В этот же момент одна из голов на длинной шее, получив страшный удар, рассекший ей всю верхнюю часть морды, зашипела и выплюнула яд прямо в высунувшуюся по пояс девушку. Та явно чего-то такого ожидала и быстро присела, полностью скрывшись из вида, а сгусток пролетел мимо.

— А вот и яд, — протянул тихо Зефир, — может, она их пытается заставить истратить его? Эта хрень ведь самое опасное, что в них есть.

— Без понятия, — пожал плечами чернявый.

— Ладно, а предлагаю я вот что…

Веселина облокотилась на холодный камень и смотрела на разошедшуюся Ночку, которая с ожесточением лупила тупых ящериц и уклонялась от редких плевков смертельным ядом. В своем самом страшном сне она и представить не могла, что, вступившись за подругу, их обеих отправят в изгнание в этот забытый Всемогущей Бойней край — Северо-восточный регион, куда даже проехать нормально нельзя, кроме как пересечь очень крутые горы Хребта русалки.

Жалела ли она о том, что вступилась тогда? Иногда жалела, но стоило ей только вспомнить, через что им пришлось обеим пройти и сколько раз рисковать жизнью, как жалость к себе уходила, а девушка отчетливо понимала, что сделала в тот момент все правильно, потому что одна Ночка погибла бы еще на том проклятом перевале.

Их изгнание не было бессрочным, и вернуться к родным девушки могли по истечении пятнадцати лет, из которых прошел всего лишь год. Целый год лишений и трудностей в чужой стране на краю мира, который никто из подруг не хотел повторять, поэтому и рвали они жилы, пытаясь добыть энергетические центры, ведь досрочное возвращение было возможно при условии, что девушки принесут в клан пять косточек либо ядро чудовища.

— Смотри! — отвлекла девушку от невеселых мыслей Ночка, указывая куда-то на холм. — Это тот дебил с енотом!

— М? — встрепенулась Веселина, посмотрев в указанном направлении.

И действительно, на возвышенности, укрывшись от взглядов крокозмей, сейчас лежали двое искателей и мохнатый зверь. Причем тот, которого Ночка назвала дебилом, к несказанному изумлению девушки, выставил вперед правую руку и чем-то поливал из нее бумоцвет, а у второго на спине вообще была прикреплена баллиста.

— Что ты делаешь, извращенец? — тем временем раздался голосок ее подруги.

Веселина странно посмотрела на Ночку, но промолчала, решив не вмешиваться, а парень тем временем начал свободной рукой им что-то показывать.

— Пригнуться, что ли? — пробормотала она, попытавшись понять знаки.

— Что ты там показываешь? Не можешь помочь, так и валил бы! — не унималась ее подруга.

— Я думаю, он хочет, чтобы мы спрятались.

— Да все равно, что он там хочет, — произнесла Ночка громко и возмущенно.

Парень перестал показывать пантомимы и хлопнул себя по лбу в раздражении, при этом не прекращая поливать бумоцвет, и даже более того, перенаправил струю из ладони на другие цветы, что росли близко у обрыва. Веселина в этот момент очень хотела сделать то же самое, то есть врезать по лбу, но не себе, а подруге, потому что та совсем не следила за языком в ситуации, когда им очень сильно нужна была сторонняя помощь. А самое парадоксальное было в том, что Ночка не была типичной стервой, просто на нее так один конкретный парень действовал, из-за чего она постоянно слетала с катушек.