Чтение онлайн

— Один?

— Нет, еще кто-то с ним. Мужчина.

Ясно. Как и обещал, приехал с юристом. Захотелось развернуться и сбежать. Но так, скорее, поступил бы Тарас. Поэтому пришлось вдохнуть поглубже и…

Ничего, Тамара, и это переживем.

Для приличия стукнув разок в дверь, я не стала дожидаться приглашения и вошла. Судя по всему, разговора никакого еще не было. Сидели и ждали меня. Изготовившись к схватке. Тарас за своим столом — лицо напряженное, злое, упрямое. Отец устроился на стуле для пациентов, изучая что-то в телефоне. На табуретке в углу листал бумаги пожилой мужчина в дорогом костюме. Густая шапка седых волос оттеняла ярко-синие глаза.

— Здравствуй, Тамара, — кивнул отец. — Познакомься, Валентин Романович, мой юрист. Тамара, моя дочь.

Привстав и энергично пожав мою протянутую руку, юрист выразительно постучал пальцами по циферблату часов, явно стоивших не меньше космического корабля. Я присела на кушетку.

— Ну вот что, дети мои, — отец перевел взгляд с меня на Тараса. — Разговор у нас будет не из приятных. Я дал тебе, сынок, время подумать и сделать выводы. Либо ты их не сделал, либо… это совсем не те выводы, которых я от тебя ждал.

— Ну прости, папа, что не оправдал ожиданий, — с ёрнической ухмылкой огрызнулся Тарас. — Тебе ведь не впервой, да? Сначала Томка вышла замуж не за того, и ты ее вышвырнул из своей жизни. Теперь я позволил себе не согласиться с тобой и сделать по-своему.

— Ты, Тарасик, всегда все делал по свистку и по указке, — покачал головой отец. — Зачем думать самому, если есть другие. Придумают, сделают. Или расскажут, как сделать. А тут вдруг пробило на самостоятельность? Именно в тот самый момент, когда свое мнение желательно было засунуть туда, где производят массаж простаты. Так что не стоит изображать из себя жертву, не для тех зрителей спектакль. Короче… — сделав паузу, он задумчиво пожевал губу и продолжил: — Признаю, я поступил опрометчиво, женившись в таком возрасте. И еще более опрометчиво, когда оформил на вас дарственную, не выставив никаких дополнительных условий. Обратного хода этот процесс не имеет, поэтому придется поступить иначе.

Я примерно представляла, что ожидалось дальше, и мне было очень интересно, догадывается ли об этом Тарас. А если догадывается, то какая будет реакция. Но отец не спешил перейти конкретно к делу.

— Может, помните притчу о блудном сыне? Парень решил, что папаша слишком зажился на свете, не торопится помирать и оставлять наследство, а пить и гулять с девками хочется сегодня. И потребовал свою будущую долю имущества авансом. Папа согласился, сын полученное прогулял и вернулся обратно проситься хотя бы в работники. Был прощен и обласкан. Так вот со мной, Тарас, так не выйдет. Доктор сказал: «в морг» — значит, в морг. Свою долю ты получишь, но пути назад не будет.

Видимо, до Тараса дошло: он побледнел так, словно из него мгновенно выкачали всю кровь. Повисла долгая пауза, и я поняла, что отец дал ему последний шанс. Самый-самый последний.

Которым тот не воспользовался.

— А я и так ее уже получил. Разве нет?

— Разве да, — усмехнулся отец. — Совместно с сестрой. А теперь я предлагаю вам разделить бизнес. Официально. Каждому по клинике. С образованием самостоятельных юрлиц.

Артем попал в яблочко. И если бы не предупредил о подобной возможности, я, наверно, была бы сейчас в таком же шоке, как и Тарас.

— А если я откажусь? — его голос дрогнул, и вид стал довольно жалким.

— Это уже не имеет значения, — юрист в качестве иллюстрации покачал на ладонях две папки, красную и синюю. — Вот тут документы на подпись по добровольному сценарию. А тут — на случай вашего, Тарас Григорьевич, отказа. Тамара потребует свою долю через суд. Это, знаете, как развод, когда один из супругов не дает согласия. Все равно разведут, но долго и муторно.

— А если мы оба откажемся?

Отец остановил взгляд на мне и усмехнулся.

— Не хотелось бы прибегать к плану С. Все-таки обидно уничтожать своими руками то, что создал. Но если вы не оставите мне выхода, я это сделаю. Уж поверьте, я знаю, как это делается. Обанкротить вас — как два пальца… облизать.

И снова Артем угадал. Я невольно улыбнулась, и это не осталось незамеченным.

— Значит, и ты против меня, сестричка? — последнее слово прозвучало как матерное ругательство.

— Извини, Тарас, бог видит, я не хотела выбирать. Но ты вынудил. Так что теперь выбор как раз за тобой. Добровольно мы разведемся или через клизму.

Несколько секунд он качал головой, как китайский болванчик, потом взял красную папку, просмотрел бумаги и поставил подписи. Швырнул документы на стол, схватил портфель и вылетел, хлопнув дверью так, что со стены сорвался один из висевших для солидности врачебных сертификатов.

— До чего противно, — сказала я в пространство, расписываясь у галочек.

— Согласен, — кивнул отец. — Остается надеяться, что до него это тоже со временем дойдет. Причем раньше, чем до меня. Валентин Романович процедуру выделения долей запустит уже сегодня. Какую клинику Тарас себе заграбастал? — он потянулся к бумагам, но я не стала ждать, пока он их просмотрит.

— Приморскую. И очень хорошо. Мне сюда двадцать минут пешком, а туда ехать с пересадками. И потом здесь я уже тыщу лет, а там вообще никогда не работала. Не говоря о том, что после цирка на публику, который он устроил, лучше ему тихонько отсюда убраться. Народ и так шепчется по углам. Вот что… Ларисе я сейчас отмашку дам, чтобы деньги перевела как обычно, на троих. А дальше, если правильно, поняла, придется на половину этой клиники оформить дарственную снова на тебя?

— Думаю, так будет всем спокойнее. И по завещанию ты потом получишь эту половину обратно.

— Ясно, — сложив документы в папку, я отдала ее юристу. — Все погано, а еще хуже то, что я ни черта во всем этом не понимаю. Главврачом еще могу, а вот управлять хозяйством…

— Зато я понимаю, — пожал плечами отец, поднимаясь и застегивая пиджак. — Помогу. И есть кое-то еще. Кто очень хорошо разбирается. Несмотря на отсутствие профильного образования.

— Люка?

— Поговори с ней. И, кстати, вот еще какая вещь. Хотя вы и получили клинику по дарственной, к тому же до того, как Тарас женился на Люке, с бизнесом все несколько сложнее, чем с обычным имуществом. Тем более, вторую открыли уже в период брака, поэтому Тарасу при разводе придется либо выделить Люке долю, либо выплатить ее стоимость. Таких денег у него нет. Быть совладельцами никто из них не захочет, распилить клинику пополам не получится, стало быть, Тарасу придется ее продать. Ну а насчет покупателя я позабочусь.

— Жестко, — хмыкнула я.

— Что делать? Я не хотел этого так же, как и ты. Но иногда приходится выписывать горькие лекарства.

В этот же день мы с Артемом первый раз поссорились. Абсолютно тупо — просто выпустили накопившееся напряжение и слили друг на друга раздражение. Вспышка была хоть и короткой, но бурной. И наглядно продемонстрировала очевидное: мы вовсе не идеальные, самые обыкновенные люди со своими тараканами и закидонами. И тут Артем был совершенно прав: либо ты принимаешь человека as is[1], либо не стоит и затеваться. Хотя… держать себя в руках все-таки надо, и без капитана Очевидность ясно.