Чтение онлайн

Когда отец с юристом уехали, я еще долго сидела в кабинете Тараса, пытаясь собрать в кучку разбегающиеся мысли. Поняла, что ничего не выйдет, и позвонила Артему.

— Солнц, извини, у меня люди, — немного раздраженно ответил он. — Перезвоню. Или вот что, подъезжай ко мне в офис часам к шести, сможешь?

— Ну… хорошо, — согласилась я, хотя и без особого энтузиазма. До шести оставалось чуть больше трех часов. Если ехать домой, то почти сразу же надо начинать собираться. Или же болтаться где-то без дела столько времени. На магазины и кафе не было настроения.

Отправив в кабинет Тараса уборщицу собрать разбитое стекло, я подошла к стойке администратора.

— Соня, скинь всем нашим сообщение, что завтра в пересменку будет собрание. Кто выходной, пусть, по возможности, тоже подскочит. Все, счастливо.

Не дожидаясь расспросов, я развернулась и вышла на улицу.

На мирное и цивилизованное объяснение ситуации персоналу со стороны Тараса рассчитывать не стоило, но все-таки процесс «развода» предстоял небыстрый, поэтому раздувать скандал не хотелось. Тарас должен был отработать на Марата весь свой график, передать обязанности главврача мне — или кому-то другому — и только потом перебраться в Приморскую. Наверняка кто-то уйдет с ним, кто-то наоборот переведется сюда.

Размышляя об этом, я вдруг обнаружила, что свернула на Невский не к площади Восстания, а в другую сторону — к Адмиралтейству. Ну что ж, видимо, подсознание подсказало, чем занять время.

— Я здесь, Инезилья, стою под окном[2], - остановившись у служебного входа в Михайловский театр, обрадовала я Люку по телефону. — Можешь выскочить на полчасика? Зашибись надо.

Она вышла, застегивая на ходу пальто, и я присвистнула:

— Мать, тебя можно снимать для рекламного баннера «Жизели». Прямо вилиса[3]: красивая, бледная, унылая.

Мы устроились в ближайшей кафешке, и я в деталях изложила события последних дней. Люка слушала с какой-то обреченной усталостью, словно из другого мира. Вяло ковыряла ложечкой пирожное, кивала, а сама была где-то далеко-далеко. И только после прямого предложения официально работать со мной в глазах появилось что-то живое.

— Не знаю, Том, извини. Бизнесом заниматься с друзьями и родственниками — последнее дело. Ты, считай, из-за этого брата потеряла. Не хочу, чтобы и нас с тобой рассорило.

— Послушай, — я подергала ее за рукав. — Все так, но мне хочется надеяться, что у нас все по-другому. Может, конечно, с моей стороны непорядочно так давить, но мне правда нужна твоя помощь. Чувствую себя абсолютно никчемушной. Отец обещал помогать, но ты же понимаешь… Кто-то, между прочим, говорил, что так меня любит, что даже собаку доверил бы. И машину. Не помнишь?

— Я даже помню, что было сказано в ответ, — улыбнулась Люка. — Чум, надеюсь, ты не хочешь, чтобы я прямо сейчас ответила? Можно подумать?

— Подумай, — великодушно разрешила я. — Извини, я настолько на нервах в последние дни, что чувствую себя электрическим скатом.

— Самое время с Артемом встретиться. Чтобы искры полетели.

Она вздохнула совсем печально, и мне страшно захотелось сказать, что ей тоже подобное не помешало бы. И я даже знала, с кем. Но Люка заговорила об этом сама:

— Тома, можно я поплачусь? Я кретинка! Полная и законченная.

— Да? — удивилась я. — А что так? Только не говори, что все-таки хочешь к Матрасу вернуться, меня это просто убьет сейчас.

— Нет, что ты. С этим все. Я послала в сад Пашу.

— Что?! Зачем?

— Не знаю. Он позвонил сразу после того, как ты мне прислала счет. И я как-то… в общем, резко попросила оставить меня в покое. Мол, все равно ничего не выйдет.

— Блин, Люка…

Длинные тонкие пальцы с розовыми ногтями зарылись в волосы, привычно потирая виски. Глаза подернуло слезами. Я определенно ее не узнавала.

— Подожди, не реви. Позвони, объясни. Думаю, он поймет.

— Я позвонила, — всхлипнула она. — Вчера. Он сбросил.

— Ну, может, занят был, — не слишком уверенно предположила я.

— Тогда перезвонил бы. Все, ладно. Проехали. Умерла так умерла.

— Вот правда глупость.

Как ни странно, меня это не только расстроило, но и разозлило. Несмотря на наличие Артема, где-то в моем дальнем уголке все равно пряталась досада. Туда я складировала все под маркировкой «эх, а ведь могло бы быть иначе». У меня с Павлом не сложилось, потому что в принципе не могло сложиться, а эта коза взяла его и отфутболила. А теперь слезы льет.

— Ладно, Барабас, — я погладила ее по руке, — ты права. Умерла так умерла. Прорвемся.

Мы поговорили еще немного и разошлись. Времени все равно оставался вагон, но домой возвращаться уже точно не имело смысла. Я все-таки пошаталась по магазинам, но ничего не понравилось, все раздражало. По-хорошему, в таком настроении имело смысл отложить свидание, но я надеялась, что встреча все изменит.

На часах было ровно шесть, Галя собиралась уходить.

— Здрасьте, — буркнула она. — Артемий А… Артем занят. Подождите.

Видимо, зная или догадываясь о моем статусе, сообразила, что отчество будет лишним. Теперь я уже не испытывала по отношению к ней ничего негативного, но чувство неловкости за ту сцену в гардеробе не уходило. Хотя, с другой стороны, не прощения же просить, она ведь действительно передо мной влезла довольно по-хамски.

Артем выглянул из кабинета.

— Привет, Том. Посидишь минут десять?

Можно подумать, у меня был выбор.

Галя давно ушла, я прочитала вдоль и поперек найденный журнал и начала потихоньку закипать. Толку в этом не было никакого, работа есть работа, но это раздражение наложилось на уже скопленное за день.

Без двадцати семь из кабинета вышли две хмурые злые тетки предпенсионного возраста. Проводив их до двери, Артем мешком плюхнулся рядом со мной на диван, обнял за плечи, чмокнул в ухо.

— Прости, Тома. Если б ты знала, как я замахался.

— Неприятности? — с сочувствием спросила я.

— Скорее, сложности. Ничего, все решаемо. Жаль, сегодня не пятница. То есть не суббота. Можно было бы на всех забить и снова на дачу поехать. Хотя нет, дожди обещают. Ну тогда прокатиться куда-нибудь на денек. А правда, давай махнем в субботу в какую-нибудь приятную Буржуинию, где тепло?