Чтение онлайн

Джубал выдохнул проклятие всем богам, причастным к человеческим глупостям, потом произнес:

— Ладно, попробуем рассуждать логично. Ты собираешься нанять частных сыщиков?

Вид у нее стал несчастный.

— Наверное, это необходимо, только мне никогда не приходилось… а частные сыщики дорого стоят?

— Весьма.

Джилл сглотнула:

— А они согласились бы на помесячную оплату?

— Деньги на бочку — вот их принцип. Да не куксись, детка. Я заговорил об этом, чтобы сразу покончить с темой. Я уже купил лучших мастеров дела и пустил их по следу Бена, так что ни к чему тебе закладывать все свое будущее, чтобы нанять худших.

— Но вы мне ничего не сказали!

— Не было нужды.

— Но… Джубал, что им удалось узнать?

— Ничего, — признал он. — Вот я и не стал тебе сообщать, чтобы ты не впала в тоску. — Джубал оскалился. — Мне показалось, что ты и так сильно нервничаешь из-за Бена; я решил, что прав его помощник, тот парень Килгаллен: Бен напал на какой-то след и унесся вынюхивать, а появится потом, когда история будет, как на ладони. — Он вздохнул. — Теперь я уже так не думаю. Этот тип, Килгаллен — у него-таки есть запись, сообщающая, что Бена некоторое время не будет на месте. Мой сыщик сумел сфотографировать послание, его действительно отсылали.

Джилл озадаченно спросила:

— Но почему же Бен не известил меня? На него не похоже, он очень внимателен.

Джубал подавил стон.

— Иногда пользуйся головой, Джиллиан. Если на пакете написано «Сигареты», это еще не означает, что внутри — именно сигареты. Ты добралась сюда в пятницу. Шифр на том телестате показывает, что его отправили из Филадельфии, Паоли Флэт, в 10.34 в четверг. Передали — и сразу получили, в конторе Бена есть свой статпринтер. Ладно, теперь скажи-ка мне, почему Бен послал письменное сообщение в собственную контору, во время рабочего дня, вместо того, чтобы просто позвонить?

— Действительно, я бы не стала так делать, ведь телефон..

— Но ты не Бен. Есть дюжина причин, если дело касается человека, занятого тем, чем занимается Бен: например, чтобы не подслушали или чтобы на службе было письменное сообщение для возможного судебного процесса, или чтобы передать послание, но с задержкой — множество причин. Килгаллен счел это нормальным. Да сам факт, что Бен пошел на издержки, установив стат у себя на службе, доказывает: он им пользуется. Однако, — продолжал Джубал, — если верить посланию, Бен в четверг в 10.34 находился в Паоли Флэт. Джилл, оттуда ничего не передавали.

— Но…

— Погоди. Такие сообщения или посылают лично, или просят передать по телефону. Если его отправляют лично, то клиент может получить факсимиле статграммы, вместе с почерком и подписью… Но если заказывать по телефону, то сначала его печатают на машинке, а затем уже фотографируют.

— Да, конечно.

— Джилл, тебе это ничего не говорит?

— Он, Джубал, я так волнуюсь, что и думать не способна.

— Перестань бить себя кулаками в грудь — мне тоже это ничего не говорило. Но тот тип, которого я нанял, хитрый парень; он отправился в Паоли Флэт, сделав фотографию телестата, прямо под носом Килгаллена, и смастерив себе удостоверение, будто он и был «Осберт Килгаллен» тот, кому направлялось сообщение. Ну, а затем, с его отеческой манерой и честным лицом, он уговорил молодую леди, и она выложила ему такое, что обычно рассказывают лишь на суде, и только под присягой. Печально. Обычно она не запоминает телестаты, входят в уши, сходят с кончиков пальцев, микроснимок в архив — вот и все. Но эта юная леди — поклонница Бена, она каждый вечер читает его колонку — жуткий порок. — Джубал заморгал, рявкнул: — На выход!

Появилась Энн, с нее еще капала вода.

— Напомни мне. — сказал ей Джубал, — статья: о пристрастии к чтению новостей. Тема: большую часть неврозов можно проследить от их источника — нездоровой привычки барахтаться в проблемах пяти миллиардов незнакомых людей. Заголовок: «Сплетни нелимитированно», нет, пусть будет «Свихнувшиеся сплетни».

— Босс, вы впадаете в патологию.

— Я — нет, а вот все остальные — да. Проследи, чтобы я не забыл написать ее на следующей неделе. И исчезни, я занят, — Он повернулся к Джилл. — Так вот, она, заметив имя Бена, пришла в восторг — он же ее герой! — но расстроилась: он заплатил только за голос, а не за изображение. И она вспомнила… что за сообщение заплатили из телестата автомата — в Вашингтоне.

— В Вашингтоне? — повторила Джилл. — С чего это Бен станет звонить из?..

— Вот именно! — угрюмо согласился Джубал. — Если он звонил из автомата в Вашингтоне, он мог бы поговорить со своим помощником, используя и голос, и изображение, — быстрее, легче и дешевле, чем передавать сообщение, которое перешлют обратно в Вашингтон с расстояния в сотню миль. Смысла нет. Или есть: темная игра. Правда, Бен привык к игре втемную, как невеста к поцелуям. Он ведь стал лучшим репортером не потому, что открывал все карты при игре!

— Бен не репортер — он обозреватель! — возмутилась Джилл.

— Извини, тут я дальтоник, не вижу разницы. Может, он считал, что телефон прослушивается, а телестат нет. Или подозревал, что прослушивается и тот и другой, вот и воспользовался кружным путем — убедить шпиков, что он далеко, и не скоро вернется. — Джубал нахмурился. — В таком случае, вряд ли мы окажем ему услугу, если его отыщем. Мы можем поставить на карту его жизнь.

— Джубал, нет!

— Джубал, да, — устало возразил он. — Этот парень катается на коньках по краю пропасти, именно на этом выстроена его репутация. Джилл, никогда еще у Бена не бывало такого опасного расследования. А если он исчез добровольно? Ты желаешь привлечь к нему внимание? Килгаллен его прикрывает, колонка Бена выходит каждый день. Я специально проверял.

— Заготовленная заранее!

— Конечно, а может, их пишет Килгаллен. Тем не менее Бен Кэкстон все еще официально на службе. Может, он сам все спланировал, потому что ему грозила большая опасность, и он не решался связаться даже с тобой. Ну?

Джиллиан прижала руки к лицу:

— Джубал… что же мне делать?

— Отключись, — грубовато отозвался он, — худшее, что с ним может случиться, — это смерть, а она ведь всех поджидает. Спустя дни, месяцы или годы. Поговори с Майком. Он считает, что «утрата телесности» — вещь менее страшная, чем упрек. Послушай, да если бы я сообщил Майку, что мы собираемся поджарить его на обед, он поблагодарил бы меня за честь, захлебываясь от счастья.

— Знаю, — тихо согласилась Джилл, — но я не могу разделить столь философскую точку зрения.

— Я тоже, — жизнерадостно признался Джубал. — Но я уже понимаю ее — для человека моего возраста вполне утешительно. Способность наслаждаться неизбежным — всю свою жизнь я добивался этого… а этот юнец, едва достигший возраста, когда уже можно голосовать, но еще не соображающий, когда надо отойти в сторону от едущей на него тележки, он убедил меня, что это я едва дошел до детсадовского возраста, Джилл, ты спрашивала, рад ли я присутствию Майка. Детка, я хотел бы продержать его у себя до тех пор, пока не узнаю все то, что уже известно ему и о чем я понятия не имею! Этот «уход», например, — утрата телесной оболочки… это ведь не «стремление к смерти» по Фрейду, ничего от нашей песни «даже самые уставшие реки», скорее уж по Стивенсону: «Я радостно жил и так же умру, и счастливым улягусь в могилу!» Подозреваю, Стивенсон насвистывал в темноте, а может, наслаждался своей чахоткой, но Майк уже наполовину убедил меня: он-то знает, о чем говорит.

— Может быть, — тупо ответила Джилл, — я просто очень боюсь за Бена.

— Я тоже, — согласился Джубал. — Джилл, я не думаю, что Бен прячется.

— Но вы же сказали…

— Извини. Мои шпики не ограничились конторой Бена и Паоли Флэт. В четверг утром Бен посетил медцентр Бетесды, с адвокатом и Неподкупным Свидетелем — это был Джеймс Оливер Кэвендиш, если это имя тебе что-нибудь говорит.

— Боюсь, что нет.

— Неважно. Тот факт, что Бен нанял именно Кэвендиша, показывает, насколько круто он был настроен. На кроликов не охотятся с ружьями для слонов. Их отвели к «Человеку с Марса»…