Чтение онлайн

Взгляд карлика сделался задумчивым. Он посмотрел на кресало — взял в руки камень и металлическую пластину, ударил. Искры возникли и тут же исчезли в темноте.

— Ты боишься за свою жизнь, а не за наши, — предположил карлик.

— Да какая разница. Хотите оставаться — оставайтесь! А я поплыл к выходу, — возмутился я и стал быстро раздеваться, чувствуя как ком стал в горле. Из-за скопления углекислого газа в пещере катастрофически не хватало воздуха.

Огненный круг, который нарисовал на пыльной площадке фехтовальщик, стал быстро разрастаться. Пламя темного цвета окрасилось золотом, словно Дьявольское око[1]. Рука стала потной, а сердце ускорило свой ритм. Липо опустил лезвие. Нет смысла в стойке, ожидая противника. Для предстоящей схватки лучше сэкономить силы.

Через минуту из пустоты возникла огромная когтистая лапа, шипастое тело и ужасная кровожадная морда. На лице Липо возникла долгожданная улыбка. Ожидание сражение хуже, чем смертельная рана на поле боя.

— Рад приветствовать тебя, враг! — произнес маэстро заученную фразу.

Демон прорычал:

— Смертный! Прекрасно!

Покинув портал, демон встал на четыре лапы, словно Фарнезский бык[2] и принялся рвать лапами землю. Исход не сулил маэстро ничего хорошего и скорее всего был схож с судьбой Дирки. Но воин избавил себя от дрянных мыслей.

Липо принял позицию «Бык»: направление меча вверх и в сторону, а острие немного кверху в лицо оппонента. Демон взревел и ринулся в атаку!

Бой — лишь мгновение! Выпад –всего лишь удар сердца! Так учили в болонской школе. Основа основ — и неважно кто твой противник человек или верный слуга Сатаны.

Огромная лапа совершила полукруг, а лезвие движение снизу вверх. Обманный маневр, который способен сделать только истинный мастер. Липо оттачивал свое умение долгие двадцать лет, все ради сегодняшнего дня.

Между ними образовалась дальняя дистанция. Два шага и противник будет на расстоянии вытянутой руки. Но маэстро не торопился атаковать. Он знал, что демон уже пробрался в его голову и прикоснулся к его знаниям. А значит надо действовать нестандартно, по-новому.

Липо медленно перешел в стойку «Глупец» — опустил острие и руки вниз, выставив лезвие перед собой. Из такой стойки контратаковать крайне неудобно, потому что открыта грудь и голова фехтовальщика. Возможно, именно это и сбило демона столку. Он стал медленно смещаться вбок. Прижав голову к земле, он тяжело дышал, обжигая человека огненным взглядом. Липо прищурился, и стал медленно поднимать лезвие вверх.

Демон остановился, слегка подался вперед.

Опять смена стойки — на этот раз еще более открытая. Проще было бы откинуть меч и остаться безоружным.

«Ну давай, иди сюда! Посмотрим, кто кого!» — направил мысль своему противнику маэстро.

С огромных клыков капала слюна, хрустели кости — смертная плоть давила на демона, как бы он хотел избавиться от кожи, мышц и костей, освободившись от всего того, что его сковывало, но в материальном мире действовали свои правила. Не став больше медлить, демон атаковал вновь.

Сместившись в сторону, Липо присел на одно колено, прокрутившись на месте. Демон оказался на противоположной стороне и издал грозный рык. Лезвие уткнулось в землю, маэстро уперся о рукоять, медленно встал на ноги. Ладонью левой руки он заслонил рану на боку. Острый коготь потустороннего зверя все-таки добрался до него. Впрочем, у демона обнаружилась рана: верхняя лапа кровоточила густой темной кровью.

— Тебе не справиться со мной, живые мощи!

— Уверен? — поинтересовался маэстро.

— Уверен!

С губ Липо сорвался едва уловимый шепот. Он использовал последний козырь в рукаве. Демон фыркнул, и бесцеремонно полез человеку в голову. Помысли, знания, нити за которые можно дергать, как марионетку. Но на этот раз у него ничего не вышло. Он уперся в защитную стену.

Только сейчас демон понял, что просчитался. Его заманили в капкан и сцапали, как бездушного зверя. Демон взревел! Но было уже поздно — стальные оковы веры крепко держали его гнилую душу. И у чудовища не осталось выбора, он зашел слишком далеко.

Липо резко изменил стойку на свою любимую «Крыша». Подняв руки вверх, маэстро сделал решительный шаг вперед, лезвие взмыло над головой. Демон осклабился — его сегодняшний визит в мир смертных был слишком коротким. Но это лишь сегодня!

Теперь Липо был защищен от проказ потустороннего существа и не собирался отсиживаться в обороне. Болонская система подразумевала простой и открытый бой. И неважно кто перед тобой человек или забредший в мир людей демон!

[1] В данном случае идет речь о сравнении с солнечным затмением.

[2] Казнь Дирки. Братья привязали Дирку к рогам разъярённого быка, который разорвал её на куски

Глава 9. Знамение

Последний из монахов, что встал на защиту обители пал в неравной схватке с непобедимым захватчиком. Зал, где проводили Ритуал Очищения, был усеян трупами. Служители ордена лежали в неестественных позах, утопая в собственной крови. Жизнь теплилась лишь в главе ордена отец Пиот.

Неведомая сила приковала его к стене и распяла, слово сына Божьего.

Существо, что вторглось в обитель сидело на алтаре и скучающим взором взирало на пленника.

— Изыди! — сорвалось с губ настоятеля.

— А разве это что-то изменит? — прошипел гость.

Он снял широкополую шляпу и небрежно бросил ее на пол. Его лицо напоминало переплетенных змей. На самом деле это были корни — тонкие, шелушащиеся, словно кожа во время линьки, но главным оставался безучастный взгляд, желтые бездушные глаза имели черную радужку.

— Ты истинное зло! — прохрипел настоятель.

Он был слишком высок и худощав. А в своем незавидном положении казался еще длиннее, словно струна готовая порваться в любой момент. Только на струне можно играть, а вот настоятель отказывался подчиняться опасному гостю.

— Где пришелец?! Пленник! — уже в сотый раз повторило существо.

— Изыди!

— Зачем он вам? Он рожден ни этим миром, — произнесло существо.

— Изыди!

— Упрямец.

Существо покинуло алтарь и направилось вдоль стены, где красовались разноцветные витражные стекла. Остановился возле первого, немного постоял, двинулся ко второму. Но и тут не задержался. По всей видимости, библейские истории ему были не по вкусу. А вот напротив последнего он замер и долго вглядывался в рисунок.